ЛитМир - Электронная Библиотека

- Хиза велели нам перебраться сюда, - сообщила Ито. - Сказали, что вы тоже придете.

- Станция пала, - произнес Эмилио, и эта весть всколыхнула живой круг от края до края. Вновь прибывших вели к центру; особо настойчиво низовики тянули за собой Эмилио и Милико. - Нам не осталось ничего другого, Ито. У власти пока Мациан... а кто будет на следующей неделе, я не знаю.

Ито, Джонс и их подчиненные отстали. Возле скалы собралось великое множество людей, сотни и сотни глаз угрюмо и тревожно смотрели на Эмилио и Милико. Эмилио узнал начальника рудников Дикона, Макдональда с третьей базы, Герберта и Тауша с четвертой... Вскоре его со всех сторон обступили хиза, и ему пришлось крепко взять жену за руку, чтобы не потерять ее в мельтешащей толпе. Каменный столп приближался, нависал, и вскоре Эмилио увидел, что это никакой не столп, а целая скульптурная группа, скопление образов, подобных которым он видел на станции, - приземистых и высоких, плоских и шарообразных. Многоликие головы, рты, раскрытые будто от изумления, и огромные выпученные глаза, навсегда обращенные к небу.

Туземные образы казались очень древними, и Эмилио охватило благоговение. Милико остановилась и молча разглядывала их; то же самое делал и он. Перед этими камнями, в окружении существ чужой расы, оба казались себе крошечными и одинокими.

- Вы приходить, - известил их голос Топотуна. Низовик взял Эмилио за руку и повел к подножию каменного изваяния.

Там действительно сидели Старые - самые древние хиза с посеребренным мехом на головах и плечах. Вокруг них из земли торчали увешанные бусами палки с резными ликами. Эмилио заколебался, но Топотун решительно потащил его в круг и потребовал:

- Садиться.

Эмилио отвесил поклон, Милико последовала его примеру, затем оба уселись по-турецки перед четырьмя старейшинами.

Опираясь на руку, один из Старых наклонился вперед и коснулся Милико, а затем Эмилио. Словно благословлял.

- Вы хорошо прийти здесь, - заговорил (очевидно, переводя) Топотун. Вы тепло прийти здесь.

- Топотун, скажи, что мы очень благодарны. Спасибо, много-много спасибо. Скажи, что здесь опасно. Беда с Верхней. Глаза Верхней смотрят вниз, на это место. Сюда могут спуститься люди-ружья и сделать плохо.

Топотун перевел. Старые выслушали с прежней невозмутимостью в очах. Один ответил.

- Корабль прилететь Верхняя здесь мы, - перевел Топотун. - Прилететь, увидеть, улететь.

- Тут опасно! Пожалуйста, объясни им!

Топотун проговорил несколько фраз на туземном, Старый ответил, протянув руку к образам:

- Хиза место. Ночь прийти. Мы спать, сон они уйти, сон они уйти.

Заговорил второй старейшина, в его щебете прозвучали два человеческих имени: Беннет и Лукас.

- Беннет, - подхватили ближайшие низовики. - Беннет. Беннет. Беннет. - Слово, будто ветер, прошелестело по всему кругу.

- Мы красть еда, - сказал Топотун. - Мы учиться красть еда. Мы красть вы, делать вы безопасно.

- Ружья, - возразила Милико. - Ружья, Топотун.

- Вы безопасно. - Топотун помолчал, прислушиваясь к речи Старого. Делать вы имя. Ты имя Он-Приходить-Снова, ты имя Она-Давать-Руки. То-хими. Михан-тизар. Ты дух хорошо. Ты безопасно приходить здесь. Любить ты. Беннет-человек, он учить мы спать видеть человеки сны.

Не зная, что сказать, Эмилио посмотрел на огромные круглоглазые изваяния, окинул взглядом толпу, казалось, заполнившую равнину от горизонта до горизонта, и на миг поверил, что обещание Старых может сбыться, что перед этими образами, вызывающими благоговейный трепет, никакой изверг не отважится пролить чужую кровь.

Старые затянули молитву; постепенно ее подхватили все низовики. Коричневые фигуры закачались, входя в ритм.

- Беннет... - снова и снова выдыхала толпа.

- Он учить мы видеть человеки сны... Звать ты Он-Приходить-Снова.

Поежившись, Эмилио обнял Милико за талию. Туземный хор напоминал звон бронзового колокольчика, а порой казалось, что такое можно услышать только внутри колокола величиною с весь сумеречный небосвод. И от этих звуков цепенел человеческий разум...

Солнце быстро тонуло за холмами. Вечер принес с собой холод. Бесчисленные глотки дружно втянули и выпустили воздух, завершая песнь. Затем десятки рук взметнулись к проблеску звезд, раздались негромкие радостные возгласы.

- Имя Она-Приходить-Первый, - сказал Топотун, затем поочередно назвал остальные звезды, которых востроглазые туземцы встречали как закадычных друзей: - Ходить-Вместе, Приходить-Весна, Она-Всегда-Плясать...

Снова, на сей раз в миноре, зазвучала молитва; снова закачались мохнатые тела.

Усталость напомнила о себе. У Милико стекленел взгляд, Эмилио поддерживал ее и сам старался не уснуть на ногах. Наконец Старые закивали, а Топотун похлопал Эмилио по руке, давая понять, что можно устраиваться на ночлег.

Эмилио уснул, а пробудившись, увидел подле себя еду и питье. Сняв маску, он наелся и напился, то и дело прикладываясь к респиратору.

Его окружал широкий ковер неподвижных тел - впрочем, кое-кто уже шевелился в цепях сна, настойчиво пробуждаемый нуждой. Ощутив собственную нужду, Эмилио встал и пробрался за край толпы, к опрятным санитарным траншеям, вырытым низовиками. Возле одной из них он постоял, пока не подошли другие люди и к нему не вернулось чувство времени. Тогда Эмилио двинулся обратно, поглядывая на спящих, образы и усыпанное звездами небо.

Вот он, выбор хиза. Сидеть в святилище под небесами, говорить со звездами и богами... надеяться. Он понимал, что это безумие. И не боялся. За себя не боялся - только за Милико. Все они "видят сны". Живут мечтой. Надеются. Но когда прилетят злые люди и нацелят на них ружья, надеяться будет не на что.

Хотя... низовикам случалось разоружать людей голыми руками. В начале освоения планеты.

Он пошел обратно - к Милико и Топотуну. И к Старым, отчего-то веря, что здесь беженцев не дадут в обиду, что никто не посмеет пролить кровь перед образами, которые веками - задолго до появления людей на планете - в ожидании глядели в небо.

Он опустился на землю возле Милико, лег и стал смотреть на звезды, думая о своем выборе.

А утром прилетел разведчик.

Никто из десятков тысяч хиза не проявил страха. Без паники встретили прибытие корабля и люди, сидевшие среди низовиков.

Разведчик опустился на порядочном расстоянии от изваяний, не найдя ровной площадки поближе.

- Я должен поговорить с ними, - сказал Эмилио Старым через Топотуна.

- Нет говорить, - ответил Старейший. - Ждать. Спать.

- Никак не пойму, - заключила Милико спокойно, - они всерьез вознамерились подчинить себе Нижнюю? Неужели не видят разницы между нею и станцией?

Многие уже встали. Эмилио принял сидячее положение, и другие, глядя на него, усаживались и готовились к ожиданию.

Ждать пришлось довольно долго. Наконец вдали раздался рев громкоговорителя.

- Здесь есть люди? - прогрохотал над равниной металлический голос. Мы с рейдероносца "Африка". Не соблаговолит ли ваш начальник выйти к нам и назвать свою фамилию?

- Не надо! - с мольбой сказала Милико мужу, когда он зашевелился. Они могут выстрелить.

- Они выстрелят, если я не выйду. Прямо в толпу. Нам с ними не справиться.

- Эмилио Константин здесь? У меня для него новости.

- Знаем мы ваши новости, - пробормотал Эмилио и не позволил жене встать. - Милико, у меня к тебе просьба...

- Нет.

- Пожалуйста. Я должен идти - им нужно, чтобы снова заработала база. Я хочу оставить здесь тех, кому у Порея не поздоровится. Им нужен кто-нибудь из начальства.

- Это всего лишь предлог.

- Нет. И да. Оставайся за меня. Начни войну, если придется. Защити хиза, научи их сопротивляться и не пускать чужих на свою землю. Кому, кроме тебя, я могу это поручить? Кто еще знает низовиков так, как мы с тобой? - Он печально покачал головой, глядя в темные глаза жены. - Воевать можно по-разному. Например, так, как это делают хиза. Я надеюсь вернуться - Флоту, наверное, в самом деле нужна только база. Неужели ты думаешь, что я хочу тебя бросить? Но кто, если не мы, спасет Нижнюю? Прошу тебя, останься.

87
{"b":"6162","o":1}