ЛитМир - Электронная Библиотека

Что-то шевельнулось между деревьями, Раен тут же остановилась и положила ладонь на рукоять излучателя. Она боялась не зверей, а людей и всего того, что скрывалось и пряталось.

Маджат.

С удивлением заметила она среди листьев темную фигуру, замершую в защитной позе и в полтора раза превосходящую ее ростом. Фасеточные глаза мерцали при малейшем движении головы. Раен хотела окликнуть, уверенная, что это какая-нибудь Работница, потерявшая дорогу из лаборатории – порой их подводило зрение и, оглушенные химикалиями, они теряли ориентацию. Хотя она не должна была зайти так далеко…

Голова повернулась в ее сторону – это была не Работница. Сейчас отчетливо были видны массивные челюсти и панцирь.

Раен не могла разглядеть эмблему кургана, а глаза людей не различали окраски маджат. Этот замер среди пятен света, пробивающегося сквозь листья, и выглядел как набор торчащих суставов и кожистых конечностей – Воин, к которому не следовало подходить. Воины появлялись иногда, чтобы посмотреть на Кетиуй, на то, что смогут увидеть их слепые глаза, после чего уходили, не выдавая своих тайн. Девушка жалела, что не видит его эмблему: он мог быть воином любого из четырех курганов, тогда как только миролюбивые голубые и зеленые контактировали с Кетиуй. Торговля с красными и золотистыми совершалась при посредничестве зеленых. Красный или золотистый Воин был бы очень опасен.

Кстати, он был не один, рядом медленно поднимались другие: трое, четверо. Страх стиснул ее горло – иррациональный страх – ведь еще никогда в истории Кетиуй маджат никому не причинили вреда в пределах долины.

– Вы на земле Кетиуй, – произнесла Раен, подняв руку, по которой они могли ее опознать. – Возвращайтесь. Возвращайтесь.

Маджат какое-то время смотрел на нее, потом отступил. У него нет эмблемы, с удивлением заметила она. Чужак чуть снизил свое положение в знак согласия; во всяком случае она надеялась, что он хотел выразить именно это. Она стояла неподвижно, ожидая какой-либо перемены, может, атаки. Сердце лихорадочно колотилось. В лабораториях она никогда не оставалась с ними одна, и сейчас вид мощного Воина и его товарищей, пятящихся по ее приказу, казался слишком фантастическим.

– Хозяин кургана, – прошипел маджат и неожиданно с ошеломляющей скоростью бросился бежать сквозь кусты. Остальные побежали следом.

ХОЗЯИН КУРГАНА… – Горечь сквозила в ровном голосе Воина. ДРУЗЬЯ КУРГАНА, – предпочитали говорить маджат в лабораториях, осторожно касаясь людей и склоняя головы с мнимой искренностью.

Рев двигателей геликоптеров стал оглушительным; Раен ждала, внимательно поглядывая по сторонам. НИКОГДА НЕ ПОВОРАЧИВАЙСЯ К НИМ СПИНОЙ, – слышала она с самого рождения даже от людей, связи которых с курганами были самыми тесными. Маджат двигались слишком быстро, а обычная царапина, нанесенная хотя бы Работницей, была смертельно опасной.

Она попятилась, решила, что можно уже повернуться и бежать дальше, но все еще продолжала оглядываться через плечо.

Вертолеты уже стояли на земле, и струи воздуха из-под винтов пригибали траву под воротами у самого берега озера.

Колокольный звон возвестил Клану, что прибыли чужие. Раен еще раз оглянулась, проверяя, что маджат окончательно исчезли, и легкой рысцой побежала к геликоптерам. Машины были красные с зелеными полосами: цвета Клана Тон, друзей септа Сул Мет-маренов. Двигатели смолкли, и из геликоптеров начали выходить мужчины и женщины. Ворота открылись, и Мет-марены вышли приветствовать гостей, большинство без солскафов: настолько неожиданным был визит и велика радость от прибытия Тонов.

Первые гости носили плащи Тонов, среди них виднелась белизна и желтизна Ялтов, тоже принимаемых сердечно. Однако за ними из геликоптеров вышли люди в черном с красной оторочкой – Холды и другие, в голубизне Мет-маренов, но с черной оторочкой вместо белой септа Сул.

Септ Руил Мет-маренов и Холды. Раен остановилась как вкопанная, остальные тоже. Приветствие перестало быть сердечным. Если бы не защита дружественных Тонов, ни один Руил или Холд не осмелился бы ступить на эту землю.

Однако затем ее родственники расступились и позволили им войти. Геликоптеры выплюнули еще несколько Тонов и Ялтов, но никто уже не приветствовал их. И еще кое-кто вышел из машин – два десятка ази, в солскафах, с опущенными визирами, анонимных.

Вооруженные ази. Раен смотрела на них с недоверием, нервно огибая посадочное поле. То и дело оглядываясь, она добралась до ворот. Происшедшее потрясло ее до глубины души; она злилась на Руилов, вторую ветвь Мет-маренов. Появление Руилов означало неприятности, а ази-охранники были доказательством их наглости. В этом она не сомневалась, ведь Тонам охрана не требовалась.

С деланным равнодушием прошла она сквозь ворота. Ази септа Сул плотно закрыли их, оставив ази пришельцев на солнце, и Раен пожелала им удара. Понуро поплелась она к дому – весь день насмарку.

2

Она по-прежнему испытывала удивление, видя черноту септа Руил среди бело-голубых плащей Сулов и тем более красные и черные цвета Холдов; шокировал тот факт, что их впустили в столовую, где проходили собрания Клана.

Раен сидела рядом с матерью и чувствовала себя в безопасности. Ее мать, Морел, зачала ее с одним из Иллитов, который сам был в родстве с Тонами. Возможно, кто-то из присутствующих приходился ей дальним родственником. Но даже если так оно и было, мать, которая должна была это знать, молчала, а гипнозанятия не дали никаких указаний.

Во главе стола сел дедушка… даже больше, чем дедушка, но так было просто – самый старый из Мет-маренов, седоволосый и сгорбившийся под тяжестью прожитых десятилетий – пятистам оборотов Цердина вокруг своего солнца. Он был старейшим из септа Сул, да и Руил тоже, поэтому они должны были его уважать. Раен всегда смотрела на него со страхом, встречаясь с ним в последнее время довольно редко, ибо он лишь изредка покидал свою комнату в западном крыле, не вмешиваясь в домашние дела. Если он куда и отправлялся, то в Древний Зал Альфы, чтобы принять участие в Совете, где располагал большим блоком голосов. Мет-марены в отличие от других Кланов, члены которых рассеялись по всем мирам района, держались вблизи от дома, от Кетиуй. Из всех двадцати семи Кланов и пятидесяти восьми септов, образующих Семью, Мет-марен Сул были единственными, обязанности которых лишь изредка позволяли выезжать куда-то дальше от Цердина и курганов. Здесь располагалось представительство Семьи, связующее звено между курганами и людьми, тогда как Мет-марен Руил, бездомные с момента распада, перебирались с места на место по всей планете и гостили, где только могли.

Холды помнили день, когда Мет-марены сражались с Мет-маренами. Они заплатили кровью за предоставление убежища убийцам – Руилам, поэтому веским и должны были быть причины, приведшие к встрече Холдов и обоих септов Мет-маренов под одной крышей.

Ялтам и Тонам пришлось использовать все свое влияние, чтобы заставить деда согласиться на это собрание. Холды и расколовшиеся Мет-марены сидели за одним столом, старательно разделенные Ялтами и Тонами. Холды и Руилы демонстрировали отвагу, граничащую с бравадой, принимая все, что подавали на стол Сулы.

У Раен были небольшие нелады с желудком и потому она отказалась, когда официант-ази подал очередное блюдо.

– Кофе, – сказала она, и ази Мев шепотом передал ее просьбу другим. Чашка оказалась перед ней очень быстро: ведь Раен была дочерью правнучки старейшего, потомком по прямой линии, а в Клане была принята наследственная иерархия. С одной стороны, это ей льстило, однако с другой, создавало проблемы. Это позволяло сидеть сегодня за столом среди старших, большинство из которых чувствовали себя оскорбленными этим. Раен старалась вести себя как мать, с заученным пренебрежением ко всему происходящему. Увы! Напротив сидел Руил, кузен Брин, дерзкий и вызывающий, и Раен избегала его взгляда, как только могла.

– Мы прибыли с надеждой на примирение, – говорил старший Тонов с другого конца стола. – Мет-марены, позволите ли вы говорить в этом месте Руилу или по-прежнему предпочитаете посредников?

2
{"b":"6163","o":1}