ЛитМир - Электронная Библиотека

– Ты прекрасна, – прошептала Раен, и слезы брызнули из ее глаз, слезы волнения и боли одновременно.

Мать осталась довольна. Ее слуховые усики выдвинулись вперед, она склонила свою большую голову и клешнями подтянула Раен к себе, после чего коснулась усиками Слез.

– Соль, – заметила она.

– Да.

– Ты уже здорова.

– Скоро буду.

Гигантская голова склонилась еще ниже.

– Разведчики сообщают, что Кетиуй закрыто для них. Такого еще не было никогда с тех пор, как возникли эти холмы. На границе Кетиуй мы убили Работницу из красного кургана. Видишь ли, молочная королева, Работницы не появляются, пока Воины не очистят территорию. Мы нашли в ней следы свежих воспоминаний зеленых и золотистых. И людей. И жидкостей жизни. Зеленые сотрудничают с золотистыми, нас избегают. Почему?

Раен обеспокоенно покачала головой. Разум ее начинал работать в человеческих понятиях. Маджат по-прежнему находились в долине, хотя Договор ограничивал их присутствие. Красный курган – союзники Руилов. Вся Семья могла подняться против Руилов, но не сделала этого; она согласилась, и красный курган остался в долине. Девушка не задумывалась о других вопросах, не заботилась о логике. Рассудочность была чужда ей.

– Я отберу у них Кетиуй, – заявила она, понимая, что это безумие. – Отберу.

– Месть, – сказала Мать.

– Да, месть. Да!

Мать с шипением втянула воздух в свои полости.

– Этот холм принадлежал голубому кургану во времена, когда мы еще не знали людей. Потом они пришли, и мы, маджат, убили первых. Но затем мы поняли – поняли звезды, машины и людей. Мы дали согласие на одну Семью, все-все: красный курган, голубой, зеленый и золотистый. На один человеческий корабль, чтобы среди нас приземлился один человеческий курган. И прилетел один корабль, который привез яички других людей. Так нас обманули, но мы смирились с этим. Мы позволили, чтобы курган Контрин торговал с нами, множился и строился во имя всех людей. Мы согласились, чтобы курган Контрин поддерживал порядок и не пускал других. При этом мы получили металлы, ази и знания о невидимых вещах; мы увеличили наши курганы и отправили королев к другим солнцам. Ази работают для нас своими человеческими глазами и руками, а торговля дает нам пищу, много пищи. Мы можем выкормить большее число маджат, чем за много прошедших циклов. Мы стали путешествовать кораблями Контрин на Мерон, Андру, Калинд и Истру, образуя новые поселения Разума. Нас устраивал такой обмен, мы обрели сознание, намного превосходящее то, что было до появления здесь людей. Ваши курганы развивались и процветали, обеспечивая пищу для наших, но потом вдруг вы разделились, а теперь делите и нас. Внезапно произошел раскол, началась война-в-гнезде людей; такое уже случалось, мы видели подобные вещи. Однако теперь нам грозит война-в-гнезде маджат, а такого не было со времен, наступивших еще до прибытия людей. Мы беспокоимся. Мы хотим сосредоточить Разум, но мы разрослись слишком широко; миры слишком далеки, а корабли слишком медлительны, чтобы нам помочь. Мы не сумели этого предвидеть, и сейчас слепы. Помоги мне, королева Кетиуй. Почему так происходит? Чем это кончится?

Трутни запели и заволновались вокруг Матери. Голоса их были писклявы, а большая часть песни звучала слишком высоко, чтобы ее могли слышать человеческие уши. Звук заглушал слова, захлестывал мысли, скрежетал по костям.

– Мать! – прорыдала Раен. – Я не знаю. Не знаю. Но что бы ни происходило в Семье, мы сможем их остановить. Голубой курган может их остановить.

Зашумел втягиваемый в полости воздух, Мать опустилась пониже и издала басовую ноту, утихомирив Трутней.

– Королева Кетиуй, возможно ли, чтобы наши два вида чрезмерно размножились? Какова правильная плотность вашей популяции, молодая королева? Может, вы достигли критического уровня, которого не предвидели? А может, уравнения, описывающие наше с вами развитие, изменились из-за введения сложного фактора наших контактов? Этого не должно еще произойти. Мы пытаемся достичь слияния, но ничего не получается. А где слияние человеческих существ? Ты знаешь ответ на этот вопрос?

– Нет. – Раен дрожала, слушая оглушительный голос Матери и сознавая отсутствие опыта, опыта всех людей в контактах с маджат. Вытянув руку, она с полным отсутствием уважения коснулась обонятельных пятен, прямо под большими мозаичными глазами. Мать приняла это без гнева, хотя могучие челюсти могли сомкнуться в любой момент, а среди Трутней прокатилась волна беспокойства.

– Послушай меня, Мать. Мы в Кетиуй всегда были друзьями голубого кургана. Сейчас мне нужна помощь. Они убили… всех, кроме меня. И думают, что победили. Септ Руил привел с собой красный курган. Ты думаешь, что они их когда-нибудь отправят обратно, что они знают, как это сделать? Нет, красные не уйдут никогда. Они навсегда останутся в Кетиуй, в нашей долине, и Семья не попытается их остановить, ибо уже сделала бы это, если бы хотела.

– Это кажется разумным.

– Я могу отобрать у них Кетиуй. Если голубой курган мне поможет, я отберу его.

Захлопнув челюсти, мать подняла голову и, пока думала, произвела на свет дюжину новых существ, Работницы подхватили и унесли яички, Трутни засуетились вокруг нее, издавая беспокойный писк, затихающий на верхних регистрах.

– Это очень опасно, – заметила Мать. – Вмешательство нарушает Договор и увеличивает беспорядок. Кроме того, у тебя нет трансляционных компьютеров. Без точных инструкций Воины и люди не смогут сотрудничать.

– Я могу им ПОКАЗАТЬ! Повести их. Некоторые знают Кетиуй, правда? Они уже были там. Остальные могут идти за ними.

Мать колебалась. Голова ее вновь качнулась.

– Ты права, молодая королева, но, подозреваю, по другой причине, чем та, о которой думаешь. Все-все Воины знают Кетиуй. Мы не совсем понимаем, каким путем следуют твои мысли, однако, ты можешь послужить фокусом. Да, это возможно. Очень рискованно, но возможно.

– Нужно только немного подождать. Еще несколько дней, и я попытаюсь.

Мне понадобится излучатель, ази и Воины. Тогда мы отнимем Кетиуй. Местные ази включатся в борьбу, когда я прикажу им. Месть, Мать! А голубой курган сможет входить в Кетиуй и выходить оттуда, когда только захочет.

Воцарилась тишина. Мать с шумом втянула воздух, выпустила его и втянула снова. Песня Трутней то усиливалась, то затихала.

– Я рожаю Воинов, – сказала наконец Мать. – В данных обстоятельствах они нужны кургану. – Говоря это, она отложила еще несколько яиц. – Но я не могу рожать ази, их утрата будет невосстановима. Мы можем провести только одну атаку на Кетиуй. Голубой курган обманул красный, сообщив о твоей смерти, – для этого наружу вышли испорченные Воины. Но те, что пойдут с тобой, не должны быть испорченными, ибо не смогут ни запомнить своей миссии, ни правильно функционировать. Красные кольцом окружают Кетиуй. Когда ты их встретишь и когда падут голубые Воины, ты не сможешь больше вернуться сюда. Вкус выдаст твое существование, и красные явятся, потому что мы впустили человека внутрь кургана, а это будет принято плохо. Тогда нам придется сражаться здесь и там, используя всех наших Воинов. Если в этой битве мы потеряем многих, последуют очередные атаки красного и прочих курганов, а времени для выращивания новых воинов не будет. Скажи, королева Кетиуй, разумно ли это? Может, ты попробуешь найти Трутней и поселиться где-то в другом месте с большими надеждами на будущее? Ты могла бы родить собственных Воинов. Могла бы купить ази. Основать новый курган.

Раен взглянула в мозаику глаз, для которых существовала лишь как теплое пятно.

– В красном кургане тоже выращивают Воинов, правда? Если они планировали атаку на Кетиуй, значит, Воины рождаются уже давно. Несколько лет. Что случится, если они пойдут дальше? Тебе нужен Кетиуй под контролем септа Сул. Если же будешь тянуть… тогда тебе не хватит времени, чтобы родить Воинов, а красные… – она сделала паузу. Внезапно ее осенило, каким ключом нужно воспользоваться, как расшевелить голубых. – Красный курган убивал людей, убивал Мет-маренов. Вопреки Договору. Возможно, Руилы подготовили их, но убийства совершил красный курган, согласился их совершить. Ты хочешь, чтобы они навсегда остались вашими соседями, Мать? Я знаю дороги в Кетиуй, которых Воины не могут увидеть, и смогу провести их внутрь. Голубые попадут внутрь, сколько бы красных ни охраняло ворота. Я знаю, что смогу это сделать.

7
{"b":"6163","o":1}