ЛитМир - Электронная Библиотека

Неодобрение, которое высказывал мальчик, неприятно обжигало своим безрассудством. Петр медленно подошел к печке, подобрал оба одеяла и, чертыхаясь, видимо от затрудненного дыхания, бросил одно из них на пол и снял с потолочной балки висящий там моток веревок, пока Саша доставал связку репы.

— А сколько верст ты сможешь пройти, Петр? Выдержишь ли ты дальний переход? — спросил Саша, спрыгивая с лавки со связкой репы в руках и вопросительно глядя в сторону Петра. — Послушай, Петр, ведь есть и другие возможности. Давай не будем делать этого. Ведь мы даже представить не можем, на что способен этот старик…

— Со мной ничего не произошло, как видишь. Просто старый шарлатан устроил хорошее представление. Скорее всего, он лишь чем-то одурманил меня. Ты сам пил этот чай. Один Бог знает, что он намешал в него. Он ведь мог сделать это прямо у тебя на глазах. — Петр разложил одеяло на столе и завернул в него репу, подвернув концы одеяла в середину. — Захвати нож, он нам наверняка пригодится.

— Я не могу воровать!

— Это не воровство, запомни, а всего-навсего справедливая плата за твою работу. Возьми вон тот нож. И еще возьми рыбу, она ему достается даром.

— Нет, — сказал Саша.

— Дурак, — пробормотал Петр и связал веревкой углы одеяла. Взяв в руки концы веревки, он закинул этот импровизированный мешок за спину, взял стоявший у стола меч, прихватил нож, а затем снял с колышков свой пояс и сашин кафтан. — Послушай, парень, если тебе хочется оставаться в этом доме, рядом с ним, то ты, конечно, можешь так и поступить. Но если у тебя есть хоть капля здравого смысла…

— Я иду с тобой, — едва слышно, прерывая дыхание, сказал Саша, а Петр накинул на него кафтан, завязал свой пояс, поднял задвижку и открыл дверь.

И в то же мгновенье, что-то огромное, похожее на собаку, с диким рычаньем бросилось на них.

— Боже мой! — закричал Петр.

Он так быстро захлопнул дверь, что страшилище ударилось со всей силой об нее, издавая громкий лай и толкая дверь снаружи, в то время как он толкал ее изнутри. Саша бросился к двери. Теперь они вдвоем удерживали ее, а она содрогалась под ударами когтей. Еще до них доносился злобный хриплый лай.

— Что это за чудище? — едва взвизгивая спросил Петр, стараясь опустить еще один засов, чтобы противостоять сыпавшимся на дверь ударам. — Что это за исчадие ада?

Наконец засов встал на свое место, и они услышали стук когтей на крыльце: неизвестное существо спустилось вниз.

В следующий момент новый удар был нанесен в окно и сопровождался скрежетом когтей о ставень. От такой неожиданной атаки запоры на окне затрещали и едва не выскочили.

— Боже мой, — только и мог произнести Петр. Его колени дрожали, но он старался не показывать страха. Он встал подальше от двери, чтобы было удобнее управляться с мечом, который он теперь держал в руке. Так он стоял и прислушивался к происходящему вокруг дома. Тем временем, атаки на окно прекратились, и скрежет когтей вновь послышался на крыльце.

Опять посыпались удары. Зверь царапал дверь когтями и лаял как собака.

— Это наверняка «маленький старичок», — прошептал Саша.

— Какой же это человек, черт возьми! Это проклятая черная собака!

— Это не собака. Это не собака, Петр. Это существо знает, что кое-что украли в этом доме…

Петр слышал звуки скребущихся о дерево когтей. Возможно, что это был всего-навсего глупый обман, вызванный их поспешными сборами в дорогу и окружающей темнотой, из-за чего им это существо и показалось особенно страшным: темная густая шерсть и огромные черные зубы. Он даже попытался представить себе, как обычно выглядит собак, какая у нее пасть и какой звук она издает, если щелкает зубами.

Вновь последовал удар в дверь. Он был так силен, что затрещал засов.

Затем раздались шаги тяжелых лап. Петр почувствовал, что его рука, сжимавшая меч, была мокрой от пота.

И в этот момент он услышал, какое-то новое движенье, но оно происходило внизу, под самым полом.

— Мы должны вернуть все, что мы взяли, — прошептал Саша.

— Но ведь это же просто-напросто собака! Ну, послушай меня, ради Бога!

— Это не собака… — Саша расстегнул кафтан и вновь повесил его на прежнее место, на колышек около двери. Он протянул к Петру руку. — Ну, пожалуйста.

И теперь тот почувствовал себя полным дураком. Ведь если бы он не был так слаб от раны, то немедленно распахнул бы дверь и отрубил бы голову этому бесовскому созданью.

Если оно было там лишь одно.

Послышалось свистящее шипенье и треск двери, а в следующий миг раздался пронзительный кошачий визг.

Петр вздрогнул.

— Петр!

Тогда он сбросил одеяло с плеча, и Саша бросился со всех ног, чтобы развязать веревку и положить все на прежнее место.

Удары и скрежет когтей о дверь не прекращались.

— Вот видишь, твоя уловка ничем не помогла, — сказал Петр. — Черт побери, малый, а ведь оно таки не прислушалось к твоим бабушкиным сказкам.

— Не нужно насмехаться, Петр, пожалуйста! Сейчас не время шутить…

— Клянусь тебе, что «маленький старичок» в «Петушке» мне понравился гораздо больше. Очень приятная кошечка. Целыми днями чистит уши и вообще прилично себя ведет. Но этот… Боже мой!

Очередной удар когтями в дверь был нанесен с такой силой, что от неожиданности Петр чуть не упал, и даже подогнул колени, а из дверного косяка полетели щепки.

А под полом, на том самом месте, где он стоял, раздался тяжелый глухой удар.

Петр продолжал держаться на ногах, но чувствовал, как у него останавливается дыхание и он погружается в ночной кошмар, из которого нет хода назад, и что многие вещи просто потеряли смысл с тех пор, как они вошли в этот дом, и что вполне может случиться так, что вряд ли вновь все встанет на свои места.

У него не было никакого желания быть убитым этим привидением, в которое он решительно отказывался верить.

— Я вижу, сегодня неудачная ночь? — спросил он Сашу. — Но попробуй все-таки пожелать, чтобы это существо исчезло отсюда. Ведь это как раз по твоей части?

— Спрячь свой меч, — сказал Саша в ответ. — Это раздражает его. Убери, пожалуйста, прошу тебя.

Мальчик был очень серьезен. Но достаточно серьезным было и существо, поджидавшее их на крыльце. И Петра охватило странное, отдающее смертельным ужасом подозрение, что этой ночью, прямо сейчас, все, в чем он сомневался чего не знал наверняка, оказалось самым настоящим и реальным.

— Спрячь его! — не унимался Саша.

Он убрал меч в ножны и вновь вернулся в середину комнаты, пожимая плечами и слегка важничая, но, тем не менее, с опасением поглядывая в сторону двери.

Однако за ней стояла полная тишина.

Он так же мало верил в сашины умозаключения, как и в собственное желание проверить, что же все-таки находилось под полом.

Саша же немедленно схватил кувшин с водкой, стоявший на столе, и выдернул затычку, на что Петр очень живо среагировал.

Но мальчик лишь капнул несколько раз на пол, чтобы жидкость затекла в щели между досками.

— Не хватало, чтобы ты еще напоил его, — сказал Петр. — Разве мало у нас было неприятностей?

Саша пристально посмотрел на Петра, но однако, несмотря на волнение, все же закончил весь ритуал умиротворения духов. Этот мальчик, столько времени проводивший в конюшне, в этот момент был единственным, кто ни на мгновенье не сомневался в правоте своих поступков.

Петр тут же поднял вверх руки в знак примирения.

— Прости меня, — сказал он. — И у них я тоже совершенно искренне прошу прощенья.

За этим последовала тишина, изредка прерываемая скрипом половиц.

Петр и Саша некоторое время молча переглядывались.

Но было слышно лишь завывание ветра.

— Я приготовлю чай, — сказал Саша. — Мне кажется, что это нам сейчас не повредит.

Петр, однако, с большим удовольствием выпил бы водки. Но почему-то сейчас ему было стыдно признаться в этом, и он присел за стол, уговаривая самого себя, что дрожь и слабость в коленях и руках была лишь следствием раны, да тех нескольких дней, проведенных в холоде и голоде, пока они пробирались через этот безжизненный лес.

24
{"b":"6164","o":1}