ЛитМир - Электронная Библиотека

Закончив с рыжеголовым, он коротко оповестил напарника:

– У этого никаких бумаг!

Крысолов в подтверждение кивнул, затем взялся за широкого и плотного. Перевернул его на спину, стащил с кучи мусора. Дечан, в свою очередь, холодея от ужаса, занялся высоким. Не дай бог, сейчас налетит толпа, ноги не успеешь унести.

– Панати, – удовлетворенно оповестил его дружок. – На этот раз ты попался, голубчик.

Странно, что в голосе убийцы не было ни радости, ни сожаления – так, легкое равнодушие, словно охота за секретным агентом КВБ представлялась ему скучной, рутинной работой.

Услышав своего напарника, Дечан ошеломленно выпрямился. Неужели им наконец удалось поймать Панати! Отлично, дружок, подумал он. Наконец-то тебе не повезло. Он вновь повернулся к высокому, взял его за руку, потом выпустил. Рука глухо шлепнулась о грязную мостовую. Высокий застонал. Дечан отскочил на два шага и воткнулся в напарника, который по-прежнему невозмутимо вглядывался в лицо широкого и плотного.

– Послушай, – торопливо затараторил Дечан, – пора сматываться! Мы ухлопали самого Теодора Куриту!..

Напарник с силой ткнул его в бок, Дечан сразу пришел в себя.

– Но это такая удача! Сынок Такаши теперь у нас в руках. Теперь ты можешь наконец отомстить их роду.

– Нет.

Дечан удивленно глянул на товарища.

– Я так понимаю, что в твоем случае ты имеешь право взять жизнь любого члена этой семейки.

Напарник некоторое время стоял, раздумывая, потом ответил:

– В общем-то, все они несут ответственность за пролитую кровь…

– Так кончай с ним поскорее. На этом можно считать дело законченным. Что еще надо? Род Куриты лишится одного из своих членов. Кровь за кровь. И не надо охотиться за Координатором. У меня, знаешь, и так шея ноет, когда я вспомню, что ты замыслил.

– Все это не так просто, – глухо ответил напарник. – Это кровная месть… За пролитую кровь должен ответить тот, кто оказался виновным… Иначе…

Высокий снова застонал. Дечан и его напарник замерли. Между тем высокий, опираясь на руки, попытался подняться. Ствол «церерского весельчака» неотрывно следовал за каждым его движением.

– Его, должно быть, прикрыл собой тот, с рыжими волосами, – возбужденно выложил Дечан.

– Ты – слизняк. – Теодор неожиданно подал голос. – Убийца ты!.. Не смей даже упоминать о кровной мести.

– Я вовсе не по своей воле взял жизнь вашего парня, принц Теодор. Этот Панати должен был умереть в любом случае.

– Ты сам понял, что сказал? – спросил заметно оправившийся Теодор. – Если ты посмел поднять руку на Панати, за тобой начнется повсеместная охота, как за бешеным псом.

– Я должен был убить его. У меня есть на это право, – упрямо повторил Крысолов. – Это мой долг!

– Нет у тебя никакого права! Ты, падаль, не смеешь упоминать о долге. Просто наемный убийца…

Эти слова произвели должное впечатление на напарника Дечана. Крысолов буквально окаменел – так простоял несколько мгновений, затем сунул руку под шлем. Послышались звонкие щелчки, следом Крысолов снял шлем и шагнул к принцу. Встал, широко расставив ноги.

Дечан заметил, как напрягся Теодор, когда его напарник приблизился к принцу. Жуткий шрам рассекал левую щеку Крысолова. Он шел через глазную впадину, где виднелась ужасная, давно затянувшаяся рана, исчезал в черных, с примесью седины волосах – как-то уродливо взбугривал их, отчего голова казалась неправильной формы. Искореженное лицо было покрыто капельками пота.

– Меня зовут Миши Накецуна, – представился убийца. – Кем я был в прошлом, теперь не имеет значения. Долгие годы я служил под началом Минобу Тацухары, был его начальником штаба. Мой командир попал в ситуацию, из которой не оказалось выхода. Я находился рядом с ним, когда ему пришлось сотворить сеппуку, чтобы спасти свою честь. Кое-кто довел его до такого конца, и я поклялся отомстить этим бесчестным людям. Несколько лет я охотился за Грегом Самсоновым, который предал и подставил его. Месть свершилась! Теперь я взялся за его помощников, которые были вместе с ним в этом грязном деле. К сожалению, главный виновник, Джерри Акума, умер от страха перед возмездием. Были еще два человека, которые принимали участие в этом деле, – Квин и Панати. Эти люди без чести и совести исполнили самую грязную работу. Это они помешали Минобу доказать, что Волчьи Драгуны и не помышляли о предательстве. Человек, стоящий перед вами, имел честь разделаться с Квином. Панати, однако, до сих пор удавалось ускользать от меня. Но теперь справедливое возмездие и его настигло. Этот Панати был тем человеком, который спланировал эту западню, поэтому я вправе требовать его голову.

Миши замолчал. Время тянулось медленно, за этот срок Дечан успел возмутиться непоследовательностью напарника, восхититься его благородством и окончательно решить про себя, что во всех этих азиатских хитростях нормальному человеку вовек не разобраться. Вот перед тобой враг, представитель рода, который погубил твоего господина. Отсеки ему голову – и дело с концом. Так нет, он еще должен объяснить ему и добиться у того согласия, что он имеет на это право.

Наконец Миши глубоко вздохнул и продолжил:

– Конечная цель моей мести – Такаши Курита. Я и до него доберусь. Это он дал ход плану дискредитации наемников. Это он прислал письменное распоряжение Тацухаре разфомить Драгун. Он знал, что мой повелитель дружил с Джеймом Вулфом и для него было немыслимо встретиться с побратимом на поле битвы. Если бы Тацухара-сама вступил в битву на Мизери и победил в ней, он потерял бы лицо. Мой командир прекрасно знал, что все обвинения в гнусных преступлениях, которые предъявлялись Драгунам, – откровенная ложь. Они с помощью Такаши специально загнали Тацухару в угол. Отказавшись выполнить приказ, он тоже был бы опозорен. Я вовсе не оправдываюсь и не ищу разрешения. Я излагаю факты. Как должен был поступить верный самурай, когда с его покровителем обошлись подобным образом? Как только сражение на Мизери закончилось и Волчьим Драгунам пришлось бежать с планеты, мой повелитель, исполнив долг перед родиной, сотворил сеппуку. Только так он мог спасти свою честь.

– Я понимаю, – глухо ответил Теодор и после короткой паузы добавил: – И прощаю тебя. Ты имеешь право требовать голову Панати. Он – твой…

Миши поклонился в пояс, затем двинулся в сторону трупа. На ходу из его правого запястья выскочило длинное лезвие. Он встал на колени перед мертвым Панати и прошептал:

– Смерть, которую ты принял от моей руки, слишком легкое возмездие для такого негодяя, как ты. Ты не испытал и сотой доли тех душевных мук, которые обрушил на голову моего господина. В отместку ты будешь лишен чести.

Он мягко коснулся лезвием шеи мертвеца. Лезвие на мгновение замерло, затем неуловимым движением Миши отделил голову от туловища – кровь хлынула из ужасной раны, уже потемневшая, застоявшаяся в замерзающих жилах. Миши встал, опустил клинок, чтобы кровь стекла по бороздке, потом вытер его, и спустя мгновение лезвие со звоном исчезло в наручных доспехах.

Дечан невольно сглотнул, прочистил горло. В следующее мгновение его взгляд привлек метнувшийся к сложенному на мостовой оружию Теодор. Он бросился к нему, однако принц успел отыскать свой меч и вырвать его из ножен. Дечан встал как вкопанный. Теперь ему ничего не оставалось, как отойти в сторону. Как он, то бишь этот меч, называется по-самурайски? Ага, катана… Когда катана обнажена, лучше не путаться между дуэлянтами.

– Ты не тронешься с места, Накецуна. Теперь ты будешь иметь дело со мной, – заявил Теодор.

Дечан выхватил пистолет. Вдвоем они вмиг справятся с этим обезумевшим принцем. Неужели Крысолов настолько глуп, что упустит такую возможность?

– Ты утверждаешь, что Такаши Курита невиновен? – спросил Миши.

– Я не знаю. Но я уверен в том, что обязан сразиться с тобой, иначе моей чести будет нанесен урон. Я буду драться ради Синдиката, ради того, что мне дорого. Я знаю только одно – Синдикат не может существовать без Координатора.

67
{"b":"6171","o":1}