ЛитМир - Электронная Библиотека

Вера Новицкая

Наташа Славина

© А. Власова. Обложка, 2017,

© ЗАО «ЭНАС-КНИГА», 2017

* * *
…………………….
Любовь и скорбь – одно и то же,
Но этой скорбью кто скорбел,
Тому всех благ она дороже.

Глава I

Молодой врач Дмитрий Андреевич Сольский только что проводил последнего больного, когда прислуга подала ему письмо. Едва доктор бросил мимолетный взгляд на конверт, как все лицо его преобразилось и большие карие глаза засветились теплым светом.

– От тети Вари! Наконец-то! – тихо и радостно проговорил он, направляясь к мягкому креслу, придвинутому к самому окну, чтобы прочитать там дорогие строки.

Еще на ходу разорвал он конверт и торопливо развернул листок. При взгляде на несколько неровных, дрожащей, неразборчивой рукой написанных строк, жизнерадостное и ясное выражение лица Дмитрия Андреевича словно потускнело. Тревожный влажный взор впился в белый листок.

«Дорогой Дима!

Я собрала свои последние уходящие силы, чтобы проститься с тобой… да, родной мой, проститься… Я умираю, едва ли доживу даже до той минуты, когда ты будешь читать эти строки. Прощай, милый! Моя последняя к тебе просьба: приюти Наташу, она еще не у пристани[1], даже не доучилась. Только тебе могу я ее доверить, только ты сбережешь и поддержишь ее. В тебя я верю, ты не предашь. Целую и благословляю тебя и Катю. Храни вас Бог…

Твоя тетя Варя».

Чуть ниже на той же странице стояла краткая приписка другим, четким, круглым почерком:

«Дима, Дима, уж мамы нет, нет моей чудной, дорогой мамы! Сегодня в 6 часов утра она ушла от нас. В среду похороны. Писать не в силах. Если можешь, приезжай.

Твоя Наташа».

Словно разбитый, надломленный, машинально опустился Дмитрий Андреевич в кресло. Что-то большое, тяжелое подступало к горлу, острая боль и горячая волна бесконечной любви и нежности наполняли его сердце.

«Тетя Варя, милая, светлая, родная!..»

Тетя Варя!.. С этим именем связаны первые светлые впечатления его жизни, первые сознательные воспоминания о материнской заботливости, ласке и любви. Только после встречи с этой женщиной жизнь его приняла ясные, определенные очертания. До того ему мерещатся темный сад, большой низкий пустынный дом, бледная и молчаливая женская фигура, изредка проводящая тонкой худой рукой по его стриженой головенке, крошечная сестренка, вечно плачущая и хватающаяся за юбку ворчуньи-няньки. Смутно рисуется мрачная большая комната и долгие месяцы лежащая там на кровати бледная женщина – его мать. Потом она лежит уже среди неуютного, почти пустого зала на белом длинном столе. Кругом дым, странный запах, какие-то люди что-то поют и наконец приподнимают и куда-то несут маму. Няня что-то причитает, как будто ворчит. Через некоторое время – другие люди, какой-то господин с цепью на груди. Из дома всё выносят, полная пустота кругом. Наконец нянька, причитая и говоря что-то непонятное, уводит их с сестренкой из старого дома, уводит совсем.

Вот небольшая избушка, несколько грядок возле нее и нянин муж, лохматый мужик с большой шишкой на голове. Теперь они живут у няни. Но однажды приходит в их хатенку высокий барин с большими черными усами и с красным околышком[2] на фуражке. И няня, и муж ее низко кланяются ему, много так говорят, и всё про них, про него с Катюшей, всё на них показывают. Потом собирают их вещи. Няня берет Катю на руки, барин берет за руку его, Диму, они садятся в коляску, затем на машину. Куда-то приехали: кругом шум, стук, большие дома, столько людей, столько колясок. Вот красивый дом, высокая лестница. Поднимаются. Они в прихожей. Навстречу им идет молоденькая, стройная белокурая женщина. Она обнимает детей, ласково проводит своими маленькими ладонями по их щечкам, тепло и задушевно звучит ее голос. О, как хорошо, как отчетливо помнит он и этот дом, и эту лестницу, по которой столько раз, всегда с радостью в сердце, взбирался, и эту чудную тоненькую женщину, этот незабвенный, в душу проникающий голос, эти милые ласковые ручки – руки тети Вари!.. Какую громадную любовь, заботу и утешение всегда находил он у этой маленькой женщины с той самой минуты, как господин с черными усами и в красной фуражке ввел его под ее кровлю, и потом в течение всей дальнейшей жизни, вплоть до настоящего момента.

Михаил Васильевич Славин, родной брат мужа тети Вари, Владимира Васильевича Славина, был назначен предводителем дворянства в те края, где года за два перед этим скончался небольшой помещик Сольский. В запутанном, заложенном, обремененном массой долгов именьице покойного остались на произвол судьбы больная жена его и двое крошек-детей, без родни и друзей, без всяких средств к существованию. Когда затем умерла вскоре и вдова, кредиторы забрали всё, что можно было унести, остался нетронутым лишь сырой и мрачный покривившийся дом. Дети оказались бы в полном смысле слова бездомными, холодными и голодными, если бы не ворчливая, неласковая на вид, в сущности же добрейшей души няня Анисья, которая приютила сирот у себя.

Случайно увидевший детей и заинтересовавшийся их историей предводитель дворянства принял малюток под свое покровительство: с тех пор дальнейшая судьба их была обеспечена. Шестилетнего Диму приютила тогда еще бездетная, только что вышедшая замуж Варвара Михайловна Славина, а его двухлетнюю сестренку Катюшу взяла на воспитание гостившая у Варвары Михайловны подруга Анна Васильевна Гарина, прельстившись миловидностью ребенка. Через две недели Гарина увезла Катю на юг, где жила сама, и брат с сестрой были разлучены. С этого времени семья «тети Вари» стала Диминой семьей, ее жизнь и интересы – его интересами.

Четыре счастливых, безмятежных года прожил Дима в доме Славиных. Затем наступило первое горе – разлука с близкими, ставшими родными людьми: ребенка, как круглого сироту, приняли на казенный счет в закрытое учебное заведение.

Тетя Варя сама подготовила мальчика, сама усидчиво и терпеливо занималась с ним, несмотря на то что через два года после его появления у нее родилась дочурка Наташа, в которой она души не чаяла. Но у тети Вари хватило тепла и заботы на обоих. Она даже сама отвезла Диму в училище, чтобы хоть этим смягчить тяжесть разлуки.

Быстро неслись года. Мальчик постепенно превращался в юношу. Но не стушевывалось, не слабело его чувство к приютившей его семье, наоборот, оно тоже росло и крепло.

Теперь, когда он, по обыкновению, приезжал на праздники и каникулы, уже не одна только тетя Варя с радостью и нетерпением ждала его: заслышав знакомый звонок, в прихожую, вся запыхавшись, с заалевшими щечками, влетала маленькая девочка с пышными светло-золотистыми волосиками, с лучистыми серыми глазами, ясными и ласковыми, как глаза тети Вари. С радостным криком и блестящим взором бросалась девчурка на шею приехавшего и горячо обнимала своего «милого, ненаглядного, золотого Димочку».

Счастливые, веселые дни протекали в этом доме, где всегда царило довольство и душевное, и материальное, где во всем была полная чаша.

Но горе из-за угла подкарауливает счастливых людей. Идеально честного, а потому и доверчивого Славина втянули в рискованное предприятие, результатом чего стали продажа с молотка дома и полное разорение. Говорят, беда никогда не приходит одна: Владимир Васильевич был потрясен этой тяжелой неудачей, а больше всего – тем обстоятельством, что на него, безупречно чистого, самого разоренного и обманутого, будто падала тень за участие в этом, как потом только узнал он, несколько темном деле. Многочисленные прежде знакомые и приятели стали редеть, искреннего участия и поддержки негде было искать. Все вместе взятое так повлияло на впечатлительную натуру Славина, что здоровье его пошатнулось, и через полгода его не стало.

вернуться

1

Быть у пристани (перен., устар.) – быть в спокойном, умиротворенном состоянии, добиться своих целей, воплотить свои желания (здесь и далее примеч. ред.).

вернуться

2

Око́лыш – часть головного убора, ободок, охватывающий голову.

1
{"b":"617388","o":1}