ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Глава 1

РАКЕТНО-КОСМИЧЕСКАЯ ХРОНОЛОГИЯ (ИСТОРИЧЕСКИЙ ОБЗОР)

При сравнении экономики и научно-технических возможностей СССР и США невольно возникает вопрос: каким образом Советский Союз, который потерял во второй мировой войне более двадцати миллионов человек и понес невообразимо огромный материальный ущерб, преодолел несравнимые со всеми последующими экономические трудности и научно-технические проблемы и всего за два десятилетия 1956-1976 годов совершил удивительный прорыв в космос, навсегда вошедший в мировую историю и летопись XX века.

Наиболее выдающиеся, успехи в создании космической техники и наивысшие темпы наращивания ракетно-ядерных вооружений и в СССР, и в США приходятся на период 1960-1975 годов. В это же время развернулась и так называемая «лунная гонка». Начало и прекращение работ по программе Н1-Л3 по времени совпадает с наиболее напряженными периодами гонки ракетно-ядерных вооружений. Все, что произошло дальше, до конца XX века, и, видимо, захватит начало XXI века, в значительной степени было предопределено именно в этот период.

Я уверен, что подавляющее большинство читателей не представляют себе истинных масштабов деятельности, проводившейся двумя сверхдержавами в этих областях. Вот почему мне кажется целесообразным предварить мемуарную часть книги исторической справкой. Такая справка в виде перечня основных работ, имеющая целью дать некоторое представление обо всем, что творилось в ракетно-космической отрасли, необходима еще и потому, что интеллектуальный и трудовой героизм, обеспечивший Советскому Союзу стратегический паритет, еще не получил должной оценки в исторических трудах. Если подобный перечень составить и для всех других направлений научно-технического прогресса в оборонных отраслях, то современники получили бы впечатляющую картину.

Централизованная и авторитарная система власти в Советском Союзе создала для науки и оборонной промышленности прогрессивную систему мобилизационной экономики. В области гуманитарных наук советское общество частично было отгорожено «железным занавесом» от мирового культурного пространства. Однако в области точных наук и наукоемких технологий стремление превзойти мировые достижения любым способом было государственной политикой. Современная Россия переживает тяжелейший идейный и экономический кризис. Если она до сих пор еще пользуется уважением мирового сообщества, то не за свои демократические достижения конца XX века, а за тот научно-индустриальный потенциал, который был накоплен советской сверхдержавой.

В процессе создания стратегического ракетного вооружения и ракетно-космических систем мы и американцы в большинстве случаев стремились достичь одних и тех же конечных целей. Однако США неслись к этим целям по великолепной, не тронутой войной автостраде, а мы преодолевали бездорожье изрытой воронками целины.

С удивительной быстротой, развернувшись на широчайшем фронте научно-технического прогресса, мы стремились к высоким целям, совершая деяния, соизмеримые по героизму с подвигами военных лет.

После нашего запуска первого в мире искусственного спутника Земли и особенно триумфа Гагарина благополучные и самодовольные США убедились в том, что многократного превосходства в стратегических ядерных средствах для победы в «холодной войне» явно недостаточно. Последовало щедрое вложение миллиардов долларов в общенациональную задачу завоевания приоритета в космосе. Американцев мы опережали в космосе, но многократно проигрывали им в стратегических ядерных средствах.

«Все для фронта, все для победы!» – этот призыв во время войны доходил до каждого советского человека, где бы он ни трудился. Под этим мобилизующим лозунгом советская экономика набрала такую кинетическую энергию, которая в течение многих лет после войны продолжала сплачивать широчайшие слои общества, объединявшиеся военно-промышленным комплексом, армией, милитаризованной наукой и даже искусством. Создание ракетно-космического комплекса Н1-Л3 осуществлялось одновременно с десятками других наукоемких программ. Высшим правительственным органом, контролировавшим работы по программе, была ВПК – Комиссия по военно-промышленным вопросам при Президиуме Совета Министров СССР. С 1965 года головным министерством, отвечающим за реализацию программы, было MOM – Министерство общего машиностроения. Основными «смежниками» были: Министерство обороны (МО), Министерство авиационной промышленности (МАП), Министерство среднего машиностроения (МСМ), Министерство электронной промышленности, Министерство радиопромышленности, Министерство тяжелого машиностроения, Министерство оборонной промышленности (МОП), Министерство промышленности средств связи, Министерство электротехнической промышленности и многие других[1].

В ВПК, в головном министерстве и подавно в других министерствах не было какого-либо специализированного главного управления, которое бы занималось исключительно программой Н1-Л3. Головной организацией по разработке Н1-Л3 было ОКБ-1, возглавляемое главным конструктором С.П. Королевым. После его смерти ОКБ-1 было переименовано в ЦКБЭМ, которое до мая 1974 года возглавлял главный конструктор В.П. Мишин. Головными конструкторами-смежниками по двигателям, системам управления, бортовому и наземному радиокомплексу, наземному стартовому комплексу и десяткам других систем были главные конструкторы, уже имевшие множество других заданий и продолжавшие получать новые работы во исполнение постановлений ЦК КПСС и Совета Министров.

Технология производства, отработки и испытаний невиданной по масштабам ракеты-носителя требовала специализированных цехов, грандиозного сборочно-монтажного корпуса, строительства стартовых комплексов с многочисленными службами поддержки.

Ракета H1 создавалась в условиях «холодной войны». Она не предназначалась для возможного превентивного или ответного ядерного удара, и перспективы ее использования в военных интересах были весьма туманными. Поэтому отношение высших политических руководителей страны к созданию этой ракеты и всей лунной программы было неоднозначным.

В начале шестидесятых годов угроза ядерного удара по Советскому Союзу казалась совершенно реальной. В отличие от космических средств, приоритет в создании стратегических ядерных систем с самого начала принадлежал американцам. Никакие триумфальные победы в космосе не могли служить гарантией от внезапного перехода «холодной войны» в «горячую». По данным[2] , приведенным Робертом Макнамарой (табл. 1), превосходство США над СССР в области стратегических вооружений вплоть до середины семидесятых годов было подавляющим.

Таблица 1. Соотношение американских и советских стратегических ядерных сил (1960 -1980 гг.)

Боевые средства 1960 1965 1970 1975 1980

1. Ядерные боеприпасы США и СССР

1.1 Ракетные боеголовки 68 1050 1800 6100 7300

– Несколько 225 1600 2500 5500

1.2 Бомбы 6000 4500 2200 2400 2800

– 300 375 200 300 500

1.3 Всего 6068 5550 4000 8500 10100

– 300 600 1800 2800 6000 

2. Средства доставки США и СССР

2.1 Бомбардировщики 600 600 550 400 340

– 150 250 145 135 156

2.2 МБР 20 850 1054 1054 1050

– Несколько 200 1300 1527 1398

2.3 БРПЛ 48 400 656 656 656

– 15 25 300 784 1028

2.4 Всего 668 1850 2260 2110 2046

– 165 475 1745 2446 2582 

3. Соотношение стратегических ядерных сил США и СССР

– 20,2:1 9,2:1 2,2:1 3:1 1,6:1

Примечание:

МБР – межконтинентальная баллистическая ракета;

БРПЛ – баллистическая ракета подводных лодок

Таблица дает некоторое представление только о количественной стороне динамики ракетной гонки.

Для людей, далеких от техники вообще и ракетно-ядерной в частности, сухие цифры не дают представления об истинных масштабах всенародного научного и трудового подвига, который за ними скрывается. В эти работы были вложены колоссальные экономические ресурсы, в них участвовали миллионы людей. Однако хорошо организованная система секретности до последнего времени не давала представления о том, во сколько раз эта гонка была труднее и дороже «лунной гонки». Большинство из миллионов участников даже не осознавали, в каком смертельно опасном состязании они участвуют. Этим неведением они отличались от миллионов тружеников тыла времен Великой Отечественной войны.

вернуться

1

До 1965 года вместо министерств существовали госкомитет по отраслям промышленности Председатели госкомитетов имели ранг министров. (Примеч. авт.).

вернуться

2

Макнамара Р. Путем ошибок к катастрофе: Пер. с англ. М.: Наука, 1988.149 с.

4
{"b":"6178","o":1}