ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Отделение НТР было реорганизовано в отдел научно-технической разведки. В 1945 году в Москве в нем работало не более 30 человек. Половина из них была занята на американском и британском направлениях[513].

В 1947 году внешняя разведка подверглась в очередной раз реорганизации, которая диктовалась не соображениями целесообразности, а скорее желанием Сталина в очередной раз перетасовать «колоду» КГБ.

Постановлением Совета министров СССР от 30 мая 1947 года был создан Комитет информации (КИ) при СМ СССР, на который возлагалось осуществление политической, военной и научно-технической разведки. Он объединил 1-е управление бывшего МГБ, созданное в марте 1946 года, или внешнюю разведку органов безопасности, и Главное разведывательное управление Генштаба Советской Армии. Внешняя контрразведка оставалась в руках МГБ и подчинялась Л. П. Берия.

Фактически внешняя разведка стала подчиняться МИД СССР, а в 1949 году она была подчинена ему напрямую и во главе КИ стал В. М. Молотов. В систему функционирования внешней разведки был введен институт главных резидентов, которыми назначались послы и посланники.

Комитет информации при СМ СССР в послевоенный период состоял из линейных подразделений (американский, британский, французский, германский отделы, отдел Скандинавских стран, китайский отдел и т. п.), отдела научно-технической разведки, управления стратегической разведки, а также подразделений по обеспечению разведывательной деятельности (отдел оперативной техники, связи, шифровальный и т. п.).

В январе 1952 года Комитет информации, показавший нецелесообразность соединения под одной крышей политической и военно-стратегической разведок, был расформирован. Военная разведка вновь возвратилась в Генштаб, который не мог обходиться в своей деятельности без стратегической информации.

В довоенный период в разведке не существовало понятие «главный противник». Разведка работала против тех стран, со стороны которых исходила угроза непосредственного военного нападения. Во время войны главным противником считалась Германия и ее союзники.

После войны стала прорисовываться картина возможного ядерного нападения со стороны США, которые ежегодно обновляли планы нанесения ядерных ударов по СССР, увеличивая количество бомб, необходимых для уничтожения экономического и военного потенциала нашей страны.

В феврале и сентябре 1950 года Комитет информации принял принципиально важное решение «считать разведку против США одной из главных задач всех оперативных управлений».

В марте 1951 года в новом решении США рассматриваются как главный противник СССР, а разведка против США как важнейшая задача внешнеполитической разведки. Разработка американских учреждений с целью агентурного проникновения в них вменялась в обязанность всех резидентур, а не только в США.

В связи с обострением агентурно-оперативной обстановки в странах Запада, вызванным «холодной войной» США и их союзников против СССР и социалистических стран, разведывательная деятельность легальных резидентур в Европе и особенно на американском континенте была серьезно затруднена. К тому же из-за предательства источника американской резидентуры Э. Бентли агентурная сеть внешней разведки в этой стране в послевоенный период была разгромлена ФБР США. С большинством источников информации связь была прекращена. Многие из них были арестованы и заключены в тюрьму.

В апреле 1951 года Коллегия Комитета информации приняла решение об усилении нелегальной разведки против США с учетом ужесточения контрразведывательного режима в этой стране.

Поскольку наряду с резидентурами КИ за рубежом одновременно действовали контрразведывательные резидентуры Министерства госбезопасности, создавая ненужный параллелизм в работе, 1 ноября 1951 года в зарубежных странах были воссозданы единые резидентуры. Комитет информации как разведывательное подразделение прекратил существование.

К концу Второй мировой войны внешняя разведка сумела создать мощный агентурный аппарат, превративший ее в самую эффективную разведывательную службу мира. Она была способна выполнять задачи, которые ставило политическое руководство страны по получению важной секретной информации.

Агентурный аппарат в основном состоят из лиц, завербованных на идейно-политической или патриотической основе. По занимаемому положению агенты в подавляющем большинстве принадлежали к средним слоям общества (чиновники, партийные функционеры, ученые). Лишь некоторые из них принадлежали к высшим правящим кругам.

Важную роль в послевоенный период играли так называемые агенты-документалисты, т. е. лица, способные добывать ценную документальную информацию. Их вклад в деятельность разведки был определяющим. Поток информации от этих агентов был настолько велик, что она не вся оперативно обрабатывалась из-за недостатка опытных кадров.

В 1953 году центральный аппарат внешней разведки по прихоти Л. П. Берия подвергся ряду неоправданных перестроек. В марте 1953 года 1-е главное управление МГБ СССР было преобразовано во 2-е главное управление МВД СССР. В мае того же года Берия, вновь поставивший внешнюю разведку под свой прямой контроль, провел новую ломку ее структуры и сокращение штатов. Большое количество руководителей и оперработников легальных резидентур было отозвано в Москву для отчета о работе. Массовой чистке подверглась агентурная сеть разведки, что нанесло ей серьезный урон.

После ареста Берия руководством страны были приняты меры по укреплению внешней разведки органов безопасности. 13 марта 1954 года решением Президиума Верховного Совета был образован Комитет государственной безопасности при Совете Министров СССР.

30 июня того же года было принято решение ЦК КПСС «О мерах по усилению разведывательной работы органов государственной безопасности за границей». В соответствии с ним перед подразделениями научно-технической разведки ставилась задача добывания документальных материалов по важнейшим открытиям и военным изобретениям в области атомной энергии, реактивной техники, радиолокации и образцов новейшей техники.

В 60-е годы научно-техническая разведка, наряду с политической и внешней контрразведкой, была признана основным направлением работы внешней разведки.

В конце 60-х годов у 10-го отдела (научно-техническая разведка) ПГУ КГБ было семь приоритетных направлений, которые определил его руководитель Л. Р. Квасников: ядерное, авиакосмическое, электронное, медицинское, химическое, по разной технике и информационно-аналитическое (выполнение заказов различных ведомств)[514]. Каждое направление в Центре курировали два — три сотрудника.

В начале 70-х годов по предложению Ю. В. Андропова была разработана советская разведывательная доктрина. В этом документе говорилось о задачах научно-технической разведки:

«добывает секретную информацию о ракетно-ядерном вооружении стран — главных противников и их союзников по военно-политическим блокам, о других средствах массового уничтожения и средствах защиты от них, а также конкретные данные о перспективных направлениях в науке, технике и технологии производства в ведущих капиталистических государствах, использование которых могло бы способствовать усилению военно-экономического потенциала и научно-технического прогресса Советского Союза;

своевременно выявляет и прогнозирует новые научные открытия и тенденции развития зарубежных науки и техники, могущие привести к существенному скачку научно-технического и военного потенциала или созданию новых видов оружия, способного радикально изменить сложившиеся взаимоотношения в мире;

анализирует, обобщает и через соответствующие ведомства реализует добытые разведывательные материалы по теоретическим и прикладным исследованиям, созданным и действующим системам оружия и их элементам, новым технологическим процессам, вопросам военной экономики и систем управления».

Далее в доктрине говорилось о том, что научно-техническая разведка среди «активных операций проводит мероприятия, способствующие росту экономической и научно-технической мощи Советского Союза». А при «проведении активных операций разведка, в зависимости от конкретных условий, использует не только свои силы, специфические методы и средства, но и возможности КГБ в целом, других советских учреждений, ведомств и организаций, а также вооруженных сил».

вернуться

513

Максимов А. Операция «Турнир»: Записки чернорабочего разведки. — М, 1999, с. 40—41, 50.

вернуться

514

Калугин О. Д. Прощай, Лубянка! — М., 1995, с. 167, 169-170, 171.

79
{"b":"6179","o":1}