ЛитМир - Электронная Библиотека

– Не-а, – широко улыбнулся Кай. – Папа меня усыновил, так что с той поры я больше – ни-ни! Ни за что! Вырасту и тоже буду караваны водить. Ну же, пошли, уже совсем близко… Сюда!

Кай юркнул в узкий проход между домами, в который я-то протиснулась с трудом, а что касается Брасса… Он все же пролез, но я убедилась, что маги ругаются ничуть не хуже, чем разбивший бутыль с выпивкой церковный дьяк. Распугивая крыс, переступая через помои – хорошо хоть я поставила защитные заклинания на одежду! – мы продвигались по узкому ходу. Наконец, к моему изумлению, выбрались из дыры и очутились на большой площади.

Огромные дома с величественными колоннами, украшенное позолотой здание Ратуши, над которой развевался флаг Центарина – золотой лев на коричневом поле… Два храма: первый – Трехликому, с огромными изваяниями всевидящего Бога, и второй, чуть поскромнее, Великой Матери, которой меня посвятили в Скалле в трехлетнем возрасте. И толпа – гомонящая, оживленная, пытающаяся протиснуться поближе к возвышающемуся над их головами деревянному помосту.

Плаха для короля Имгора.

Мне стало нехорошо, и я отвернулась, пытаясь прийти в себя. Принялась отряхивать подол, затем снимать с волос паутину. Платье и обувь – мои единственные сапожки! – я все же уберегла, а вот про голову забыла! Брасс защиту ставить не стал, поэтому несло от него так… Так себе!

Маг крутил головой, тревожно щурясь. Словно чувствовал то же самое, что и я – вибрацию толпы. Много, много людей. Молодые, пожилые, дети… Среди них были и маги, много магов. И – лица, лица, лица. Здесь в сотню… Нет же, на этой площади в тысячу раз больше человек, чем я видела в Калинках за всю свою жизнь!

Нет, не то!

Над нами будто бы сгущались тучи, и я, словно кошка перед дождем – а ведь небо было совершенно чистым, без единого облачка, – инстинктивно чувствовала приближающуюся магическую непогоду. Вот-вот что-то произойдет.

Тут меня толкнули в бок. О, Трехликий, когда я уже вспомню о защите?!

– Что встала, дурында?! – рявкнула полная румяная лоточница. – Пирожки! Пирожки! – завопила во весь голос. – Горячие пирожки во славу короля Ийседора!

Кто-то подпирал меня сзади. Рыкнул недовольно, и я шагнула в сторону, пропуская нахала. Развернулась, испугавшись, что потеряюсь в толпе, и… уткнулась носом в расшитый золотом дублет.

– Поосторожнее! – раздался приятный мужской голос с едва уловимым акцентом.

Выдохнула изумленно. Подняла голову – какой же он все-таки высокий! – уставившись на никого иного, как на лорда Райара Кеттера.

– Мири… – он тоже меня узнал, но на красивом лице особой радости я не заметила.

Впрочем, с чего бы ему радоваться? Вот еще, сокровище с косичкой в одном-единственном платье! Пусть с помощью магии я привела его в порядок и даже навела небольшую иллюзию… Оборки по низу, вышивка на лифе – подсмотрела вчера у одной девицы в таверне, и мне тоже захотелось быть красивой и нарядной. Но, по сравнению с разодетыми горожанками, пришедшими поглазеть на казнь, моя одежда выглядела совсем простенькой. Впрочем, даже без красивых платьев, лент и драгоценностей Брасс постоянно засыпал меня комплиментами. Глаза, улыбка, губы…

Глупый, он ведь еще не знал о четвертом правиле Райсов! Я не собиралась ни в кого влюбляться. Так почему же, глядя в мужественное лицо лорда Кеттера, я и сама, кажется, стала о нем подзабывать?

Глупости!

– Мири, как ты здесь очутилась? – спросил лорд недовольно.

– Так же, как и вы. Пришла посмотреть на казнь Имгора Гервальда. Такая радость и повсеместный праздник, вы не находите, милорд? – заявила, уязвленная его тоном. Но тут же спохватилась. – Как ваша рана?

– Я в порядке. Мири, тебе здесь не место! – безапелляционно заявил он, а я…

Не успела рассердиться, потому что раздались звуки труб.

С холма – нет, не с того, где находился королевский дворец, а с того, где стоял мрачный бастион Центральной тюрьмы, по направлению к Ратушной площади двигалась процессия. Я прищурилась на утреннее солнце. Пусть не была такой высокой, как лорд Кеттер, и спины людей закрывали почти весь обзор, но я не сомневалась, что в той железной клетке, окруженной сотней солдат и несколькими боевыми магами, везли короля Имгора.

На публичную казнь, на которой его брат, король Ийседор, не счел нужным присутствовать.

– Живо убирайтесь отсюда! – приказал негромко лорд Кеттер. Посмотрел на Кая, затем на Брасса. – Забирайте ее и уходите! Скоро здесь будет жарко.

Глава 3

Я не знала, что именно пошло не так и почему планам заговорщиков не суждено было сбыться. Может, они не рассчитали, что короля Имгора будут охранять так много сильных магов. Или же то, что эти маги будут готовы пресечь любую попытку похищения. Либо что и на Имгора Гервальда тоже пало проклятие королевы Мириам, обрекая на провал все связанные с ним планы и начинания.

Не знала и узнавать не собиралась. Первое правило семьи Райс – держаться подальше… Подальше от всего! Не вмешиваться, не доверять и так далее. Но, пообещав Райару Кеттеру убраться с площади, исполнять его приказ не спешила. Замерла с друзьями возле прохода между домами, готовая юркнуть в него, как только настанет обещанное «жарко».

Если бы я знала, чем все закончится, то бежала бы оттуда со всех ног и парней бы с собой увела!

Вместо этого пыталась уговорить себя, что не нарушаю данное отцу обещание. Не вмешиваюсь и не показываю, а тихонечко стою себе в сторонке и наблюдаю, как по незримому сигналу над площадью скручиваются в тугие узлы магические потоки. Вернее, сворачивались они над головой замершего на помосте рыжебородого высокого мужчины в длинной белой рубахе и холщовых штанах, дожидающегося собственной казни.

У него были крупные, благородные черты лица – широкий лоб, внушительный нос. Король оказался высок и плечист и ничем не выдавал, что его тревожит ближайшее будущее.

Обвинитель тем временем зачитывал Имгору Гервальду приговор, но тот стоял спокойно. Слушал, не перебивая, о «предательстве и множественных преступлений против истинного короля Центарина Ийседора».

Толпа возле помоста волновалась. Перешептывалась, переговаривалась. Все знали – истинный король стоит раз перед ними, а в златокупольном дворце, ослепительно сверкающем на утреннем солнце, давно уже обитает узурпатор.

Имгор смотрел на свой народ. Народ, которым должен был править, получив трон по наследству от старшего брата, как и заведено Трехликим. Смотрел на толпу, которая с замиранием сердца и извращенным любопытством ожидала, когда взлетит огромный топор одетого в красное палача и с плахи скатится рыжебородая голова. После этого ее поднимут на пики – для потехи и устрашения этой самой толпы, – доказывая, что уже никогда не сбудутся чаяния тех, кто мечтал вернуть Имгору причитающуюся ему корону Центарина.

Я тоже смотрела. Сперва на невозмутимое лицо короля, затем на его руки, запястья которых охватывали темные обручи. Отец говорил, что все Гервальды – сильные маги. Значит, чтобы лишить способностей, мятежного короля заковали в браслет из амарилла, поглощающего магию. Вряд ли Имгор чувствовал волнующиеся над помостом магические потоки – это была прерогатива десятерых в черных мантиях, застывших вокруг плахи, готовых отразить любое нападение.

Они ждали и дождались.

Вспышка была настолько яркой, что на миг я потеряла ориентацию. И тут же грянул гром, заставив людей охнуть, отпрянуть от помоста. В ту же секунду из толпы вылетели малиновые молнии, впиваясь в черные фигуры магов.

Раскаты боевых заклинаний заглушили начавшийся переполох. Нет же, это был настоящий хаос! Люди, объятые ужасом, кинулись бежать. Площадь пришла в движение. Нас чуть не смели, едва не сбили с ног. Перепуганный Кай вцепился в мой рукав. Я тут же накинула на него, на себя, даже на растерявшегося Брасса еще одно защитное заклинание. Вовремя! Над головой просвистел малиновый шар – срикошетил от плахи, где, объятые дымом и магическим пламенем, держали оборону маги короля Ийседора. Разорвался неподалеку, проверив мою защиту на прочность.

7
{"b":"621538","o":1}