ЛитМир - Электронная Библиотека

Игорь Харламов

Battle the Elliot

  Играю в 'цивилизацию', развил науку так сильно, что учёные там поняли, что они находятся в симуляции, и сами выключили игру, боюсь запускать.       Война выигрывается ещё до её начала, как бы это и не было прискорбно, для погибающих на ней бойцов.

Пролог 1.

   Ещё не взошло Солнце. Только узкая полоса света на начавшем сереть небосклоне говорила о начале нового дня. Но на кораблях, ровными рядами выстроившихся на обширном рейде между небольшими и узкими островами уже начинала закипать жизнь. Матросы занимались уборкой кораблей к утреннему подъёму флага. Остановив механизмы и открыв проёмы в переборках. Лишь над несколькими кораблями струились в небо тонкие струи дыма. На остальных кораблях котлы еле теплились, не позволяя быстро поднять пары. И сдвинуть громады кораблей с места. Кипела жизнь и на берегу, где, наскоро позавтракав, грузчики толпились возле джонок, которые должны были доставить их на борта прибывших вечером глубоко сидевших транспортов.

   Да и казалось, что могло случиться. Со стороны противника базу прикрывали минные поля, дозоры миноносцев и канонерских лодок, береговые батареи и смотрящие вдаль береговые посты. Казалось, ничего не предвещало иного, чем обычный день, военных будней.

   Вот только большие, чёрные корабли несколькими отрядами стремительно резали серые, холодные волны. Подобно распахнутым челюстям огромного хищника, приближаясь оттуда, откуда их не ждали. Оттуда, где не было ни минных полей, ни дозоров, ни береговых батарей. Ни чего что могло бы увидеть, оставить их и поднять тревогу. Ни одного огонька не было видно на этих кораблях, только на корме, у каждого корабля, горел синий фонарь, прикрытые спереди шторками. Давая понять следующим в колонне кораблям, где находиться мателот. Возле изготовленных к бою орудий, возле штурвалов и механизмом замерли молчаливые, тёмные фигуры.

   На крыле мостика головного корабля стояла одинокая фигура, стремящаяся разглядеть проход в надвигающейся громаде островов.

   - Ваше превосходительство, Андрей Андреевич, вы просили предупредить вас, за пять минут до поворота, - произнёс сзади голос флагманского штурмана.

   - Хорошо, пройдёмте в боевую рубку, господа. Снаряды у супостата уж больно злые. И распорядитесь, пусть поднимут боевые стеньговые флаги, и "Наш" до места [1], - отдал, находившемуся у ходовой рубки командиру броненосца, распоряжения адмирал и направился к входу в боевую рубку, обогнув, чтобы не задеть созданную вокруг рубки противоосколочную защиту. Из скрученных матросских коек. Защиту, призванную уменьшить ширину амбразур боевой рубки и исключить рикошеты осколков от её задней стенки.

Пролог 2.

   Декабрь, он и в Греции декабрь, и поэтому, когда командующий отрядом среди ночи, без шинели в одном мундире, вышел на ют крейсера и, замерев, стал всматриваться вдаль, хотя Пирей и был скрыт мраком ночи, вахтенный офицер, мичман фон Гернет рискнул обратиться к адмиралу.

   - Ваше превосходительство, вам плохо? Может быть, вызвать врача.

   В ответ адмирал одёрнул ворот, как будто тот его душил и, покрутив шеей произнёс:

   - Все пустое, Адам Фридрихович, всё пустое. Кстати вы бывали в Киево-Печерской лавре?

   - Нет, ваше превосходительство, не сподобился, я лютеранин.

   - Вот и я лютеранин. И тоже не сподобился. А придётся побывать. Надо срочно отправить в лавру отряд матросов с офицером.

   - А что случилось, ваше превосходительство.

   - Сегодня, в лавру придёт из Бессарабии, старый матрос Феодор Катанский, участник обороны Севастополя. Что бы рассказать об одной иконе, которую назовут Порт-Артурской. Так вот Адам Фридрихович, вам предстоит эту икону доставить в Порт-Артур. Как хотите, хоть на катере, хоть на джонке прорывайтесь, но икону вы должны доставить. Сдадите вахту и собирайтесь. С, Леонид Фёдоровичем, я вопрос решу. Кстати попросите его и отца Петра сразу же, после подъёма флага, зайти ко мне.

   - Ваше превосходительство, прорываться, но... - начал было говорить мичман, но встретившись взглядом с повернувшим голову адмиралом, осёкся, слишком много печали и безысходности было во взгляде адмирала.

   Адмирал отвернулся и, постояв минуту произнёс:

   - Но вы правы, зябко. Распорядитесь, что бы ко мне принесли все конверты, которые найдёте, писчую бумагу, перья и чернила. И пусть вестовой принесёт чай. У нас мало времени.

   И адмирал, развернувшись, направился к трапу, а мичман, покачав головой, еле слышно произнёс:

   - Да, что нашло на старика. Но Киев, это тоже не плохо.

Пролог 3.

   - Хм, снова мир в игре приходит к конкурирующему обществу, - настроение было поганое, хотя казалось, до поражения было далеко, и можно было бы ещё побарахтаться, - И пожирание мира самим собой уже не за горами. А так хотелось бы победить, создав солидарное общество и полученных персов перенести в новые виртуальные симуляторы миров искинами. А что, если, базу не сносить, а установить поверх существующей базы предыдущую версию эмулятора [2] игры. И зайти в игру на новом эмуляторе, но по старому сохранению. Он автоматически обновиться, но по идее персы могут и перенестись на новую базу. И мы получим в начале игры прокаченных на предыдущей версии персов. А это идея, надо попробовать. Возможно, так получиться обыграть, хотя это и не совсем честно. А ладно. И пока всё ставиться делами займусь.

   Несколько позднее:

   - Так, и что у нас тут. Нет не похоже, что бы персы перенеслись. А жаль. Хотя... Что такое? А понял. Персы, номера, которых совпали, в базе, с номерами предыдущих получили их опыт и знания. И это интересно, что получим в результате. Играем.

   [1] 'Наш' - сигнальный красный флаг с косицами, обозначающий помимо всего прочего и 'веду бой'.

   [2] Игровой сленг, Перс - персонаж, за которого играет игрок. Симулятор - виртуальная копия. Эмулятор - программа эмитирующая сервер сетевой игры, преследуется как пиратство. Искин (фантастическое) - обладающая личностью управляющая система.

ЧАСТЬ 1

  

Глава 1.

   В иллюминаторы адмиральского салона крейсера "Дмитрий Донской" светило солнце, освещая заваленный исписанными бумагами стол. За которым сидел и быстро писал контр-адмирал Андрей Андреевич Вирениус, командир отдельного отряда кораблей для Тихоокеанского флота. Руки буквально сами быстро чертили схему нового корабля, когда в двери постучали.

   - Да, войдите, - не отрываясь от листка, произнёс адмирал.

   - Ваше превосходительство, вы просили зайти, - в проёме показался командир крейсера капитан первого ранга Добротворский. За его спиной стоял корабельный священник.

   - Да, проходите, Леонид Фёдорович и отец Пётр, - проговорил адмирал, отложив в сторону листок с чертежом, - И давайте без чинов. Вопрос необычный и весьма странный. Вестой чаю.

   Капитан Добротворский окинул взглядом листы с эскизами весьма необычных кораблей и присел на стул. Напротив, него, на другой стул, опустился отец Пётр. И дождавшись, когда вестовой внесёт чай, а потом выйдет адмирал неожиданно произнёс:

   - Хочу спросить прямо, Леонид Фёдорович, отец Пётр вы люди верующие? Без обид, по крайней мере, с сегодняшней ночи у меня нет сомнения в существовании высших сил. И вопрос очень непростой. Не спрашивайте, откуда я это знаю. Но буквально сегодня, вы отец Пётр сможете либо опровергнуть меня, либо подтвердить мои слова.

1
{"b":"621697","o":1}