ЛитМир - Электронная Библиотека

Следуя скандинавскому литературному канону и в особенности Хольбергу, письма Раска иногда приобретали звучание социальной сатиры, заставляя Раска сокращать для обхода почтовой цензуры некоторые ключевые слова, такие как «Россия» или «рабы». Поняв, что ему, возможно, придется возвращаться через территорию России, Раск безуспешно пытался остановить печатание своих писем.

Взлет литературного таланта Раска продолжался недолго; характерное для российского периода оптимистическое настроение покинуло его в Южной Азии и больше уже не возвращалось.

В первой части книги представлены избранные письма, во второй – дневниковые записи Раска; большинство из этих материалов ранее на русский язык не переводилось, а путевой дневник не опубликован и в оригинале. В приложении даны воспоминания о Раске его петербургского друга И.Н. Лобойко. За помощь в создании книги составитель благодарен О.В. Рождественскому и Т.Л. Шенявской, которые разделили с ним труд по переводу писем; А.И. Рейтблату, взявшему на себя редактуру книги; Датскому фонду искусств, который помог составителю посетить Бреннекилле, Оденсе и Копенгаген и оплатил часть издательских расходов; Х. Басбёллю за истолкование трудных мест расковских текстов; Н. Минар-Тёрмянен за помощь в комментировании финляндской части путевых записок Раска; А.Б. Рогачевскому, организовавшему лекцию о Раске в Арктическом университете Норвегии; датским, российским, финским и шведским коллегам, вклады которых отмечены в соответствующих местах в комментариях.

Леонид Чекин

Часть I Письма с дороги

Выборг, 24 марта 1818 г. Р. Нюэрупу[147]

Выборг в Финляндии, 24 марта 1818 г.

Наконец я отъехал более 10 миль на восток от бывшей шведской границы[148]. Здесь говорят на всевозможных языках и диалектах, так что я сейчас могу сказать чуть не на более чем десяти языках «a maa la mej te» и проч.[149] В доме, где я живу, служанка говорит по-фински, дворник – по-шведски, портье, он же одновременно и слуга, по-немецки, а хозяин – итальянец[150]! А когда они сходятся вместе, удовольствие удваивается. В остальном Выборг – маленький грязный город, его можно сравнить с Корсёром[151], но он много больше и не столь плотно застроен. Здесь есть гимназия и старый замок, который теперь служит тюрьмой. Профессора не очень бы развлекло описание остальных городских великолепий, так же как и моего последнего перегона, когда я более четырех часов потратил на две с половиной шведских мили, хотя я благоразумно приобрел в Або кнут[152]. Впрочем, поездка моя через Финляндию была приятной и в высшей степени интересной. Я проложил маршрут через Тавастгус[153] и Вильманстранд[154], чтобы увидеть и услышать самых настоящих финнов, хотя мне и советовали (даже в Тавастгусе) поехать вдоль побережья, где большинство говорит по-шведски. Но я в своем решении не раскаялся, хотя вскоре и был к этому близок, когда однажды поздно вечером моим кучером был неопытный мальчишка, совсем ребенок[155]. Лошадь испугалась, опрокинула нас и рванула; сундук упал на мое левое колено, ударил его и вывихнул так, что я думал, что у меня нога сломана. Я был в десяти шведских милях от Тавастгуса и пятнадцати от Выборга, и никто в этом краю не знал ни слова по-шведски или по-немецки. Но, к счастью, травма была не столь большой, как мне это показалось. На следующий день я проехал еще десять шведских миль и теперь почти вернулся в свое прежнее состояние. В Або[156] я положил все жизненные силы на изучение финского, и крестьяне удивляются моим навыкам в этом языке (которые в общем не столь велики), особенно когда слышат, что я датчанин, что, впрочем, им объяснить сложно, так как они не знают, что такое Дания. Вместо этого они говорят Juutin-maa (т. е. Ютландия). Как-то вечером, когда я рассказывал моей хозяйке, которая была порядочной и словоохотливой женщиной, из какой я приехал страны и спросил ее, много ли до меня у нее было гостей-датчан (ютов), она ответила по-шведски: «Åh, jo vist kommer här ibland tocke der Judar och Italienare»[157]! Я поразился ее знанию шведского и спросил, не был ли ее муж шведом, на что она ответила: «Да, мой муж был на этом свете немец, он был из Смоланда[158]». Но даже и образованные не очень сильны в географии, например, одного пастора я спросил, до каких пределов на востоке говорят по-фински и живут финны и кто обитает между Финляндией и Белым морем, финны, лапландцы или русские, и проч. На это он ответил: «Не знаю, кто там живет рядом с Камчаткой». Впрочем, финны чрезвычайно порядочны, добры и скромны. В Або я также познакомился с человеком, который был очень силен в финском, а именно с лектором Ренваллем. Он давал мне уроки в течение 14 дней каждый вечер с пяти до девяти или десяти. Мне бесконечно польстило, когда я обнаружил, что система финских склонений и спряжений, которую я предложил в своем конкурсном труде, была целиком и полностью принята и применена в рукописном проекте новой грамматики, который он мне показал и одолжил. Я занимаюсь тщательным изучением языка и обычаев финнов для исследования феннских[159] народов в России, и особенно происхождения гренландского языка, о чем, возможно, со временем написал бы работу. Возможно, профессор помнит мою идею, высказанную по этому поводу в конкурсном труде; здесь я нашел для нее дополнительные подтверждения.

P.S. Так как у меня не было возможности ни осуществить мой план в Выборге, ни дальше заниматься финским языком, то я после трех дней пребывания там поспешил уехать из этого дорогого[160] и неприятного города. Поэтому я не отправил это письмо и могу сейчас сообщить, что счастливо прибыл в Петербург, где сижу за своим письменным столом, по уши погрузившись в русский язык.

Петербург, 3 мая 1818 г. Р. Нюэрупу[161]

В России месяц май, день третий, старый стиль,
Прошло уж семь недель, как корни Р[аск] пустил.

Был я в здешнем Немецком театре[162], видел «Невидимку», а также «Эфрозину и Корадина», grosse Opera aus dem Französ. übers. и т. д. и т. п.[163] и так позабавился, что хочется немного об этом рассказать моим добрым друзьям. Это учреждение, мне кажется, все-таки дало бы фору немецкому театру в Оденсе под началом г-на Франка и комп.[164] Я сидел во втором ряду галереи (один рубль)[165] и уверяю, что ни на каком сеновале так дико не посидишь. У меня имелся прекраснейший в мире вид на спину суфлера; это был довольно приятный человек, особенно он изящно смотрелся, когда уставал стоять и убирал в сторону фалды своего фрака, чтобы присесть. Но тут я также и напугался, так как дирижер, находившийся очень близко от него, казалось, всякий раз целил своей палочкой в его голову; порой он также оборачивался, когда чувствовал, что в оркестре дела шли слишком скверно, и тогда я думал: «Все, наша карта бита». Но он делал хорошую мину при плохой игре, и все успокаивалось. Листы у него были в прекрасном порядке, иногда он клал их перед собой на сцену, а иногда держал в руках; то он показывался целиком, то наполовину, то его почти не было видно:

вернуться

147

Место хранения неизвестно. Опубликовано: Magazin for Rejseiagttagelser. 1820. B. I. S. 91–93; Rask R.K. Samlede tildels forhen utrykte Afhandlinger. D. 1. S. 54–56; Breve fra og til Rasmus Rask. B. I. S. 301–303. Перевод на немецкий язык: Finnische Sprache und Literatur. Aus Briefen des Professors Rask an den Professor Nyerup zu Kopenhagen // Jahrbücher der Literatur. 1821. B. XV. Anzeige-Blatt für Wissenschaft und Kunst. S. 15–16.

вернуться

148

До 1809 г. (когда принадлежавшая Швеции большая часть Финляндии отошла к России по Фридрихсгамскому мирному договору) государственная граница Швеции и России проходила по реке Кумень, ныне Кюмийоки. В одной старой шведской миле 10 688,54 м.

вернуться

149

Аллюзия на комедию Л. Хольберга «Якоб фон Тибое, или Хвастливый солдат»: «Я понимаю больше 10 языков. Например, могу тебе 10 способами сказать: “Мне надо собраться” (Jeg maa lave mig til)… По-ютски: Ame lame til» (2.2).

вернуться

150

Раск поселился у Дж. П. Мотти, см. часть II, примеч. 73.

вернуться

151

Город на острове Зеландия в Дании.

вернуться

152

Ср.: «При всем почтении к путешественнику, они однако ж очень берегут своих лошадей, и по временам нельзя обойтись без понуканий. Вот почему не бесполезно еще в городе вооружиться своим собственным кнутом» (Грот Я. Гельсингфорс // Современник. 1840. Т. 18. С. 73).

вернуться

153

Губернский город, ныне Хямеэнлинна в Финляндии.

вернуться

154

Уездный город Выборгской губернии, ныне Лаппеэнранта в Финляндии.

вернуться

155

Ср.: «Если путешественник сам хочет править или едет со своим кучером, то он может не брать никого со станции; в противном случае с ним садится подводчик, которого дело часто исполняют мальчики от 10-ти до 12-ти лет. Это бывает преимущественно в то время, когда сельские работы удерживают взрослых дома» (Грот Я. Гельсингфорс // Современник. 1840. Т. 18. С. 73).

вернуться

156

Губернский город, бывшая столица Финляндии (до 1817 г.), ныне Турку.

вернуться

157

«Ох, конечно эти евреи и итальянцы иногда сюда наезжают» (швед.). «Jyder» (юты) созвучно слову «Judar» (евреи).

вернуться

158

Историческая провинция в южной Швеции.

вернуться

159

Finnisk (в отличие от finsk, «финский»). В разрабатывавшейся Раском классификации, в частности в работе, оформленной в виде письма Р. Нюэрупу от 30 мая 1819 г. (см. вступительную статью, примеч. 69, 70), этот термин в широком значении применялся к финно-угорским, а в узком значении к финско-волжским, прибалтийско-финским и саамским народам и языкам.

вернуться

160

Ср. жалобу на неоправданно высокий счет за еду и вино в гостинице Мотти: Carr J. A Northern Summer; or Travels Round the Baltic, through Denmark, Sweden, Russia, Prussia, and Part of Germany, in the Year 1804. Philadelphia, 1805. P. 131.

вернуться

161

Место хранения: Копенгаген. Det Kongelige Bibliotek. Add. 198 Fol. Breve fra Rasmus Rask. Fasc. 4. № 44. Опубликовано: Breve fra og til Rasmus Rask. B. I. S. 307–310.

вернуться

162

Немецкая труппа до марта 1819 г. давала представления в здании на Дворцовой площади. См.: Петровская И.Ф., Сомина В.В. Театральный Петербург: Начало XVIII века – октябрь 1917 года: Обозрение-путеводитель / Под общ. ред. И.Ф. Петровской. СПб., 1994. С. 122–123.

вернуться

163

Согласно немецкоязычной афише в подшивке афиш императорских театров Отдела редкой книги, рукописных, архивных и иконографических материалов Санкт-Петербургской государственной театральной библиотеки (Афиши – программы 1818 г. Инв. номер 10017), спектакль в Немецком театре состоялся 2 мая, шли комедия в одном действии «Невидимка» и большая опера «Эфрозина и Корадин» Э.Н. Мегюля в трех действиях с хорами, переведенная с французского Херклотсом.

вернуться

164

В театре в Оденсе в 1809–1814 гг. играла немецкая труппа; директором театра был Г. Франк.

вернуться

165

«В период 1810–19 годов это был каменный двухъярусный театр, в котором имелись 4 лит. ложи, ложи партера, ложи I яруса или ранг-ложи, кресла, места за креслами, партер, амфитеатр и галлерея» (Данилов С.С. Постоянные публичные театры в Петербурге в XIX веке // Временник отдела истории и теории театра. Л.: Academia, 1929. Вып. 3. С. 161). То, что место Раска было именно на галерее, подтверждается прейскурантом, сохранившимся на афишах цирковых представлений, дававшихся в помещении Немецкого театра с 13 марта по 5 апреля 1818 г.: кресла 5 рублей, места за креслами 2 рубля 50 копеек, партер и амфитеатр 1 рубль 50 копеек, галерея 1 рубль.

10
{"b":"621877","o":1}