ЛитМир - Электронная Библиотека

– А может, ну её к чёрту эту Москву?

Мы стояли, обнявшись, а вокруг нас жила своей суетной жизнью площадь Трёх вокзалов. Я заглянула тебе в глаза, как бы спрашивая – ты не шутишь? Ты улыбался, а в глазах вместе с солнечным светом колыхалась тревога.

– Мне не нужны ни слава, ни деньги. Ещё вчера были нужны, а сегодня я знаю, что был бы счастлив, просто живя с тобой в своём родном городочке… Мы бы слушали музыку, читали книги, растили наших детей. Вернёмся домой?

Ты не шутил. Я снова уткнулась в твоё плечо, на минуту задумавшись, потом ответила:

– Нет. Мне этого будет мало. Я хочу не просто любить тебя, я хочу гордиться тобой. Я хочу, чтобы ты сделал этот город! Сделай его ради меня.

Мы ещё какое-то время постояли, крепко обнявшись, потом я оттолкнула тебя, сказав:

– Ну, хватит! Тебе пора!

– Может, я всё-таки провожу тебя?

– Нет, я не хочу, чтобы ты опоздал на прослушивание.

Ты накинул на плечо футляр с гитарой, взял сумку, потянулся ко мне за прощальным поцелуем.

– Значит, встречаемся завтра в шесть вечера на ВДНХ возле павильона “Карелия”?

– Да. Удачи тебе!

Ты побрёл к метро, по пути то и дело оглядываясь, как-будто боялся, что видишь меня в последний раз. Как и у всякого по-настоящему талантливого человека, у тебя звериная интуиция – ты что-то предчувствовал, а я нет. Я улыбалась тебе в след и на сердце у меня было легко.

Когда ты скрылся в толпе, я взяла небольшой чемоданчик и огляделась по сторонам.

– Девушка, такси? – мужчина средних лет, не бритый и с пузиком.

– Спасибо, но у меня нет на это денег, к тому же отель, который я ищу, должен быть где-то неподалёку. Не подскажете, как к нему пройти?

Я сказала таксисту адрес и он показал мне в какой это стороне. Я шла не спеша, глубоко вдыхая загазованный воздух – воздух большого города, а внутри у меня всё пело и плясало! Ура! Я в Москве! Вот она – настоящая жизнь! Наконец-то начинается!

И тут я услышала скрежет шин. Что-то сбило меня с ног. Я упала на асфальт, ударившись головой. В глазах потемнело…

Очнулась я в больничной палате. Двое мужчин стояли возле моей постели, глядя на меня с напряжённым вниманием, как-будто ждали, что я вот-вот изреку нечто жизненно важное. Я покопалась в голове, думая, что бы им такого сказать, но в голове моей было пугающе пусто.

– Как Вы себя чувствуете? – спросил мужчина, похожий на врача.

– Не знаю, – ответила я осторожно.

– Ну, вот и хорошо, – ответил он. – Я вас оставлю, если что, обращайтесь к дежурной сестре.

Эта реплика адресовалась второму мужчине. Тот кивнул головой, за доктором закрылась дверь и я осталась в палате наедине с незнакомцем. Его внешность показалась мне странной. В ней будто слились европейские черты с азиатскими… Глаза узкие, миндалевидные, но светлые. Волосы (тоже светлые) убраны на затылке в какой-то самурайский пучок. Высокие монгольские скулы и курносый нос.

Он взял стул, подвинул его к кровати, сел и уставился на меня. Его взгляд мне не понравился – он как-будто обвинял меня в чём-то…

– Зачем ты это сделала? – спросил он. В голосе его мне послышались усталость и металл. Я наконец-то начала приходить в себя, поэтому в моей голове тоже в свою очередь родился логичный в данной ситуации вопрос:

– Что со мной?

– Тебе промыли желудок.

– Зачем?

– Это больница. У них тут так принято – спасать людям жизни, даже если они не хотят жить.

– Кто Вы?

На лице мужчины отразилось удивление:

– Ты издеваешься надо мной?

– Нет.

– Зачем ты пыталась покончить с собой? Что случилось за эти три дня, пока меня не было дома?

– Я пыталась покончить с собой? Нет! Вы ошибаетесь! Я попала под машину случайно!

Удивление на лице мужчины сменилось изумлением:

– Ты с ума сошла?!

– Боюсь, сойду, если Вы немедленно не объясните мне, какого чёрта тут происходит!

Мужчина уставился на меня тяжёлым взглядом. Похоже, я ему не нравилась, да и он меня начинал раздражать. В конце концов, он сдался – отвёл взгляд и заговорил:

– Я прилетел сегодня утром из Питера на день раньше, чем планировал, и обнаружил тебя в постели без сознания. Хорошо, что ты легла, не раздеваясь, а то бы я мог решить, что ты просто спишь. Ты наглоталась снотворных таблеток. И мне хотелось бы знать, ведь как твой муж я, наверное, имею право знать – почему ты это сделала?

Я несколько секунд переваривала полученную информацию, а потом сказала:

– Ой, Вы знаете, мне что-то не хорошо… Не могли бы Вы позвать в палату врача?

– Не надейся таким образом уйти от разговора.

– Нет, мне правда не хорошо, мне кажется, меня сейчас стошнит…

Взгляд мужчины говорил – я тебе не верю, но врача так уж и быть позову. Через минуту он вернулся вместе с медсестрой.

– Послушайте, девушка, меня зовут Маргарита, сегодня я приехала в Москву из Мурманска. На площади Трёх вокзалов я случайно попала под машину, а этот человек, которого я вижу первый раз в жизни, говорит, что он мой муж и что я пыталась покончить с собой…

В палате повисло молчание после моих слов. Первой в себя пришла медсестра:

– Но, у вас действительно была передозировка барбитуратами…

– Это какой-то кошмар! – воскликнул незнакомец и схватился за голову.

– Вы знаете, я лучше схожу за Вашим лечащим врачом…

– Нет! Не оставляйте меня с ним наедине! – закричала я, но поздно – мы снова остались с незнакомцем вдвоём.

– Чего ты этим добиваешься? – спросил он.

– А ты? – спросила я.

– Так, что тут происходит? – спросил врач, заходя в палату.

Незнакомец поспешил изложить свою версию происходящего:

– Разыгрывает амнезию!

– Пытается выдать себя за моего мужа, а я вообще ещё не замужем, – выпалила я и в качестве доказательства предъявила правую руку без кольца… Но, кольцо на руке было! И кольцо очень похожее на обручальное. А ещё я заметила на своих ногтях профессиональный маникюр, который делают в специальных салонах, и которого прежде я никогда не делала… Я даже лаком для ногтей не пользовалась!

– У Вас есть какие-нибудь документы? – спросил врач у незнакомца. Тот усмехнулся и достал из нагрудного кармана пиджака два паспорта. Врач посмотрел паспорта и затем протянул их мне.

В первый паспорт была вклеена моя фотография (которую я видела впервые), но фамилия была не моя, а какая-то татарская. Второй паспорт принадлежал незнакомцу – фамилия у нас с ним была одинаковой.

– Какое по Вашему сегодня число? – спросил врач.

– 28 апреля 2012 года, – ответила я.

Врач включил телевизор и нашёл новостной канал – на экране рядом с бегущей строкой были указаны дата и время: 1 июня 2015 года 12 часов 24 минуты.

– Этого не может быть, – сказала я. – Я сошла с ума?

– Не обязательно, – ответил врач. – Скорее всего, у Вас избирательная амнезия – результат органической или психогенной травмы. У Вас были когда-нибудь повреждения головы?

За меня ответил незнакомец:

– У неё было сотрясение мозга, которое произошло в результате аварии 28 апреля 2012 года.

– Вы помните что-нибудь о том, что с Вами было после этого инцидента? – спросил врач.

– Нет! Я помню только, как приехала в Москву…

– Но тогда – сразу после аварии, у неё не было никакой амнезии! – воскликнул незнакомец.

– Откуда Вы знаете? Вы уже тогда были вместе?

– Я сидел за рулём той машины, под которую она попала…

Интересная новость! Впрочем, по сравнению со всем остальным…

– Так почему же память у неё отшибло, только спустя три года?

– Ваша жена пыталась покончить с собой… Возможно, ситуация, спровоцировавшая её на этот поступок, была настолько болезненной, что память вытеснила это и все другие связанные с этим событием воспоминания. Психогенная травма наложилась на застарелую органическую и вот результат.

– Доктор, Вы не могли бы дать мне зеркало?

1
{"b":"623959","o":1}