ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

В оформлении обложки использована фотография junniferbaya340 с https://pixabay.com/ по лицензии CC0 Creative Commons.

Ктулху и Серый Волк

Из крепкого сна Серого Волка вырвал какой-то звук. Он попытался игнорировать его. Не вышло. В дверь скреблись и тихонько потявкивали:

– Воооолк, Вооолчек!

Волк негромко зарычал, поняв, кто это. Сердито рыкнул:

– Жди, сейчас выйду! – И вскочил с кровати. Заскулил. Лапы и спину ломило. Утро было дождливым и началось отвратительно рано. Волк в очередной раз мысленно проклял свою давнюю молодость-глупость и Иван-Царевича, который уговорил его побыть конем, чтобы он смог поразить очередную пассию и ее вредного тощего папашу. О том, что настоящего коня они с Иваном накануне вечером вместе продали и пропили, он предпочитал не вспоминать. Выдохнул сквозь зубы, скривился и осторожно пошел к двери.

– Привет, Рыжая, – Волк старался не хромать. – Чего пожаловала?

– Ой, Волчек, ты нам тааак нужен! Прости, что не даю отдохнуть, но тебя велено отозвать из отпуска распоряжением Главного! – Лиса закатила глаза и, не меняя елейного тона, пропела: А с ногой у тебя чтооо?

– Ничего, – насупился Волк. – О порожек запнулся, так к тебе торопился. От вас, эйчаров, вечно ничего не скроешь. И сам не скроешься. Говори, что от меня надо?

Лиса томно обмахнулась хвостом.

– Ты не поверишь! Ситуация просто экстраординарная. И без тебя нам ну вообще никак.

– Подробности и покороче, – Волк зашагал в сторону Большой Поляны, вынуждая Лису двинуться следом. – Давай по дороге поговорим.

Рыжая торопливо засеменила рядом, попыталась заглянуть в глаза, но поняв, что интрига не удалась, вывалила главное:

– К нам сегодня вечером приедет Колобок! С внеочередной ревизией!

– Что, опять? – Волк остановился, почувствовал, как заныла спина и заломило лапы, и торопливо побежал дальше. – Ох, ты божечки мои, носорожечки мои!

– Ну, Волчеееек, – заныла Лиса, семеня следом. – Ну куда ты так бежишь? Что это за фитнес с утра пораньше?

Волк нехотя остановился и прорычал:

– Зачем вам я? Круглым в прошлый раз Заяц занимался!

– Главный велел, Волкушка, – прижав уши, пролепетала Лиса. – Вы ж так хорошо с Колобком пели!

– Хорошо пели? – рявкнул Волк, и Лиса на всякий случай присела пониже. – Я с ним пел, потому что хитрый Косой объявил, что он веган и трезвенник, и свалил, а Круглый сказал, что у него душа песен просит! Он же без голоса совершенно.

– А Медведю понравилось, – прошептала Лиса.

– Потому что Медведь в младенчестве сам себе на ухо наступил. А ты, Рыжая, еще и на бис Колобка спеть просила и поближе к нему пересаживалась.

– А я ответственная, – Лиса застенчиво прикрыла физиономию хвостом. – Нам же нужно было подтвердить статус Заповедника. А Колобок потом отчет хороший написал.

Волк скривился и пробурчал себе под нос:

– Отчееет, – с досадой посмотрел на Лису. – Да что ж ты, Рыжая, всё хвостом прикрываешься, да кривляешься? Говори уже нормально. Зубы у тебя кривые, что ли?

– А вот сейчас было обидно, Волчек, – серьезно сказала Лиса и, убрав хвост с морды, села. – Ты рычи, да не забывайся.

– Извини, я огорчен, – не глядя на Лису, буркнул Волк и побежал дальше, чтобы через полминуты снова остановиться. – Но Колобок же приезжает к вечеру. А сейчас я вам зачем? Ты зачем меня разбудила?

– Так Колобок же с ревизией едет! А у нас в лесу такое! Он нас в два счета статуса Заповедника лишит!

– Какое? – Серый Волк сел, приготовившись слушать, и с тоской понял, что отпуск его кончился.

– И ты даже не в курсе? – удивилась Лиса и тоже села, обернув лапы хвостом. – У нас, Волчек, в лесу сектанты завелись.

– Я только вчера вернулся. В отъезде был, – Волк предпочел не объяснять, чем именно он был занят всю предыдущую неделю. – Какие еще сектанты?

– Их Косой видел. Они разбили лагерь у Большого ручья. Секта у них там. И они всех вербуют.

– Куда вербуют?

– Ну в секту же! У них там даже статуя Божества есть.

– Рыжая, ты чего серьезно это всё? Какие сектанты? Какая секта? Какое Божество? И причем тут я? – последнее слово Волк почти провыл, поднял лапу и нервно почесал правый бок.

Лиса на всякий случай чуть отодвинулась и заботливо спросила:

– Ты, Волкушка, не блохастый часом? Вон как чешешься. Конечно, я серьезно. Я даже сама к ним ходила. Жабы, лягушки, ящерицы и прочая лесная мелочь. Они и меня вербовать пытались и Божество свое показали, статую Божества то есть. Они решили ее там установить, потому что их главному жрецу была благая весть.

– Благая весть, говоришь, – Волк почувствовал, что у него не только болит спина и лапы, но и дергается глаз. – А от меня чего надо?

– Волчек, ну ты же у нас специалист по связям с общественностью, – Рыжая предусмотрительно отсела подальше. – Вот и скажи этой общественности, чтобы они покинули наш лес. Это, между прочим, не моя идея, Медведь распорядился.

– Вот и сказал бы им об этом, – Волк встал.

– Ты чего, Серенький? Медведь политику понимает. Он их сейчас выгонять начнет, а про него потом скажут, что он с лягушками и жабами воюет. Не по чину ему таким заниматься.

– Ему не по чину, значит? – рыкнул Волк. – А мне в самый раз?!

– Ну, Волкушкаааа, – заныла Лиса, пятясь к кустам. – Ну ты уж придумай что-нибудь.

– Ладно! – рявкнул Волк, развернулся и побежал в сторону Большого Ручья.

– Они у старой рябины, – крикнула ему вслед Лиса. – А Колобок приедет вечером. Тебе к пяти часам надо быть на Малой Поляне, Волчик!

Возле Ручья было шумно. Волк осторожно выглянул из кустов ракитника. Поляна кишела лягушками и ящерицами. Когда Серый Волк осмотрелся и привык к обилию земноводных, он разглядел некое подобие порядка в царившем вокруг хаосе.

Около воды шло строительство плота. В центре полянки стояло что-то закутанное в простыню, а рядом истово молились несколько особо крупных лягушек и ящериц. Во всяком случае Волк решил, что их истошные вопли, квакания и завывания – молитва. Возле кустов стоял белый бумажный шатер, затейливо украшенный завитушками. Волк решительно почесал за ухом, вздохнул, чувствуя, как отзывается болью спина, и вышел на поляну.

– А ну-ка тихо! – рявкнул он. – Что тут происходит? Кто разрешил? Где у вас главный?

На него почти никто не обратил внимания. Несколько самых мелких лягушат повернули головы и попытались что-то квакнуть, но их быстро одернули.

– Таааак, – зловеще сказал Волк и брезгливо поднял лапой за хвост ближайшую ящерицу, лягушек ему трогать не хотелось. – Отвечай, кто главный у вас?

Ящерица молча задергалась и шлепнулась на землю. В лапе у Волка остался только извивающийся хвост. Волк вздрогнул, отбросил хвост в гущу строителей и вытер лапу о край узорчатого шатра.

– О, незнакомец, квато ты? – раздался звучный голос. Волк резко развернулся и отпрыгнул назад, сбив шатер и вызвав негодующее кваканье тех, кто в нем находился.

Перед ним стояла гигантская жаба. Она была больше всех лягушек на поляне. На лбу у жабы был кокетливо прилеплен кусок белой бумаги, немного похожий на тиару.

– Ну нифига себе, – непочтительно высказался Волк. – Вот это жаба!

– Я не жаба, о незнакомец, – важно прогудела та. – Я жрица нашего покинутого и низвергнутого Бога! Внемли же моим словам, о ты, кто пришел к нам увещевать и требовать!

– Ну начинается, – пробормотал себе под нос Серый Волк, но сел и приготовился слушать.

– Я Зева, главная жрица Несмываемого Ктулху!

– Несмываемого кого? – Волк растерянно приоткрыл пасть.

– Несмываемого Ктулху! – раздраженно квакнула жаба и продолжила вещать. – До тебя, о незнакомец, должно быть уже дошли слухи о том, что Несмываемый Ктулху низвергнут и теперь его место занял Смываемый Ктулху!

– А это кто? – Волк почувствовал, что теперь у него болит не только спина, но и голова. – Нет, подожди, не говори! Я не хочу этого всего знать! Я хочу знать, что вы тут делаете?

1
{"b":"626110","o":1}