ЛитМир - Электронная Библиотека

Россия и современный мир №3 / 2013

Россия вчера сегодня, завтра

Ленин и Сталин сегодня

Ю.И. Игрицкий

Игрицкий Юрий Иванович – кандидат исторических наук, главный редактор журнала «Россия и современный мир».

Прочтя этот заголовок, многие могут спросить: а с чего вдруг Ленин? Этот нынче мало актуальный, редко поминаемый и чужой современной российской толпе человек?

Но ведь факт, что не будь Ленина, не было бы и Сталина. Конечно, на дворе не 1930-е годы и тогдашний штамп «Сталин – это Ленин сегодня» не возвышает Сталина, а скорее компрометирует его в глазах твердых сталинистов, которым державный национализм внутренне близок, а пролетарский интернационализм, напротив, совершенно чужд. Но все же Сталин вышел из шинели Ленина и ленинизма – обойдясь, правда, с последним так же, как сам Ленин обошелся с марксизмом, переиначив европоцентристскую теорию на русский лад. Если тот увидел в России – не в Европе – мотор мировой революции, то этот, отбросив революционные мечтания, вернул Россию / СССР в русло развития мировой державы, которая призвана конкурировать с ведущими капиталистическими державами за гегемонию в мире и к которой через годы большинство деколонизовавшихся стран будут относиться точно так же, как к последним. Констатируя, что ленинизм в качестве доктрины левого революционаризма безнадежно увял, приходим к выводу, что история все более разводит Ленина и Сталина по разным углам.

I. Ленин

Исторические фигуры посмертно живут в умах людей сначала как живая память об их делах, затем все больше как персонажи политической публицистики, учебников истории и литературы в самом широком смысле слова. Российская научная лениниана по существу исчерпала себя. В советский период было невозможно ни добавить ни одного штриха к окаменевшему образу «Ильича», ни тем более убавить что-то в этом образе – это само по себе уже было исчерпанием, но все же несло в себе неизбежность изменений в нужное время. Такое время пришло после краха советской политической системы и идеологии; ожидаемо произошло переосмысление практической деятельности Ленина, были выплеснуты негативные эмоции – прежде всего в связи с рассекреченными документами, высветившими его как безжалостного политика, готового жертвовать человеческими жизнями ради сохранения власти (книги А. Арутюнова «Досье Ленина без ретуши» [1] и «Ленин: Личностная и политическая биография» [2], Л. Колодного «Ленин без грима» [17], переизданный в 2001 г. том Д. Волкогонова «Ленин: Политический портрет» [5])1. Затем имели место одинокие попытки хотя бы частично реабилитировать таким образом переосмысленного Ленина, представив его продуктом своего жестокого времени, неким орудием истории, чью логику он стремился постичь и претворить в жизнь (труды В. Логинова «Владимир Ленин: Выбор пути» [18] и Е. Плимака «Политика переходной эпохи: Опыт Ленина» [23])2, а также откровенно апологетические трактовки деятельности «Ильича» [4; 14; 25; 26]. Вне этих негромких баталий можно отметить анализ деяний Ленина в контексте российской истории, осуществленный С. Тютюкиным и В. Шелохаевым в более общей работе, посвященной русскому марксизму [28]. С добавлением ряда работ [12; 3; 24] это, пожалуй, все, чем богата отечественная лениниана ХХI в.

Совсем иначе выглядит сталиниана. Но об этом чуть позже.

Россия устала от революций – эта фраза стала сакраментальной, ее повторяли в последние четверть века все, кому не лень, от высших кремлевских сановников до оппозиционно настроенных интеллектуалов. Поэтому Ленин – революционер не нужен ни власти, ни интеллигенции (за исключением небольшого числа ортодоксальных коммунистов, нуждающихся в самоидентификации посредством идентификации с идолами прошлого). А державник Сталин мог бы в определенных условиях быть востребованным нынешней властью. Скажу больше, он и был бы ею востребован, если бы не шлейф преступлений, тянущихся за ним и компрометирующих его, сталинскую, вертикаль власти.

Но повторю еще раз: Сталин вышел из шинели Ленина. Именно накинув ее на свои плечи, он стал 80 лет назад «Лениным сегодня». Потом он перекроил шинель под себя, и в ходе этой перекройки погибли миллионы советских людей. Ответственность Сталина за становление сталинизма и господство сталинщины, степень и масштабы преступлений сталинского режима – вот что не дает спать спокойно ни ненавидящим, ни превозносящим этот режим. Одни говорят: все это было, и он виноват. Другие: нет, не было, а если и было, то виноват не он.

Этот наш российский накал страстей трудно понять «из-за бугра». Тамошние обыватели давно забыли (если знали), кем вершилась российско-советская история в первой половине ХХ в., а историки и исследователи в целом изучают эту историю спокойно, а то и отрешенно. За рубежом образ Ленина не претерпел кардинальных изменений – ни в либерально-демократической, ни в социал-демократической, ни в леворадикальной политической мысли. Как был Ленин в этой мысли (во всех ее проявлениях) выдающимся тактиком политической борьбы, нацеленной на захват и удержание власти, прирожденным лидером, способным придать радикальную направленность умеренно оппортунистическим дискуссиям – так он им и остался. Был ли у него комплекс отмщения царизму за казнь брата, какая часть в нем была еврейской крови, сколько у него было любовниц, болел ли он сифилисом, был ли «немецким шпионом», отдавал ли лично указание расстрелять Николая II и его семью – все эти и подобные вещи в течение какого-то времени интересовали публицистов, но не серьезных политиков и ученых. (Хотя, конечно, они относились к деятельности Ленина по-разному соответственно своим прокламированным ценностям, эти различия были и сохранились в оценочных знаках «плюс / минус».) И поскольку Ленин за пределами России остается значимой исторической фигурой, иностранная литература о нем и о событиях, в которых он принимал участие, продолжает выходить за рубежом (отмечу, в частности, второе издание монографии известной французской исследовательницы Элен Каррер д’Анкосс [15])3.

Вовсе не предполагая обзора и анализа этой литературы, выделю также переведенную на русский язык книгу венгерского историка Тамаша Крауса «Ленин: Социально-теоретическая реконструкция». Этот объемный фолиант, основанный на большом числе источников, свидетельствует, что если ленинизм по существу умер, творческая лениниана еще жива. Автор, исследователь левосоциалистических убеждений, не приемлет демонизации Ленина – это его право. Но для нас важно то, что и он, позитивно (разумеется) оценивая роль Ленина в истории, признает, что порой преувеличивает теоретическую обоснованность политических действий главного большевика [18, c. 20], что провидения Ленина относительно послереволюционного развития России не оправдались [18, с. 392], что созданная им партия подменила собой государство и заботилась прежде всего о «поддержании власти обособившихся, привилегированных слоев» [там же, с. 387].

Для Т. Крауса, живущего в центре спокойной ныне Европы (финансовые проблемы не в счет), реконструкция образа Ленина важна как потому, что он видит в нем крупнейшего революционера мирового масштаба, так и еще больше потому, что, как он сам пишет в заключительных строках своей книги, изучение деятельности Ленина помогает разрушить апологетический подход к буржуазному обществу.

Ну а в сегодняшней России, расположенной на периферии Европы и раздираемой противоречиями?

Как ни парадоксально, сегодня в России, когда в спектре политических сил и идеологических предпочтений явственно заметны леворадикальные и леводержавные оттенки, Ленин чувствовал бы себя неуютно. Не он, вождь российских большевиков и творец октябрьского переворота, а его «верный ученик» Иосиф Сталин все чаще возносится на щит и знамя левого дела. Не на него, а на Сталина равняются противники капитализма и критики нынешнего режима в России. Не его, а Сталина хотят видеть у власти поборники «сильной руки». И даже сами представители и сторонники режима с бóльшим историческим почтением относятся не к нему, а к Сталину. Грустно и унизительно для правоверных марксистов-ленинцев. Это ли не лучшее свидетельство того, что для Ленина и его идей остается все меньше места в политической жизни его родной страны? И, воскресни Ленин, обидней всего для него было бы то, что в народе помнят не его, а Сталина, а среди молодежи только узкий слой всяких-разных «кружковцев» интересуется его творческим наследием.

вернуться

1

Одной из последних жестко критических работ была книга Е.П. Данилова «Ленин: Тайны жизни и смерти» [7].

вернуться

2

Почти 90 лет назад сигнал к такой интерпретации деятельности Ленина дал Троцкий: «В Ленине мы имеем личность, созданную для этой эпохи крови и железа» (Троцкий Л. О Ленине. М., 1924.)

вернуться

3

Я бы еще отметил не претендующую на научную глубину, но весьма интересную книгу израильского историка Саввы Дудакова «Ленин как мессия» [8], в которой автор приводит десятки примеров различного восприятия Ленина – политика и человека – его современниками [см. также: 30; 31; 32].

1
{"b":"627993","o":1}