ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Нукося, чем тут гостей потчуют, — пробурчал он, отодвинул плошку, предназначенную для наливания супа, и подтащил к себе всю кастрюлю. Даром, что ли, клыкастый принцессин товарищ посулил ему лично все здешние запасы супа. Да и никто из гостей не зарился. Ложка всегда была у Вово с собой, но, скинув с кастрюли крышку, герой опытно определил, что в ней не будет надобности.

Несмышлёные городские повара, видимо, не знали, что прелесть супа — в его густоте, бульончик у них получился жиденький, с одинокими и очень редкими клочками каких-то не то овощей, не то пряностей… Мамин суп, припомнил Вово блаженно, иной раз без ножа и вилки и не одолеешь. И чего все находят в этой цивилизации? Но — старались же, нехорошо обижать отказом! И богатырь осторожно приложился к кастрюле прямо через край. Народец вокруг защебетал возбуждённо, кто-то неуверенно предположил метнуть некоему невеже в анфас перчатку. Вово даже хотел было оторваться от бульона, чтоб глянуть самому на живого невежу, но при всей пустоте бульон догадались приправить базиликом, тимьяном, кориандром и ещё какими-то пахучими травками — не оторваться, а пока пил, грудной женский голос безапелляционно обозначил ситуацию как «Прелэээстную», и повидать невежу у Вово так и не получилось.

Допил, плюхнул кастрюлю на место. Бульон заполнил весь живот. Как всё же хорошо, что рядом мудрый наставник Панк, сам бы ни за что не догадался освободить место для супа!

— Здравствуй, сударь! — обратился Вово радостно к ближнему малому с напомаженными усами. — Теперича, как я разумею, время для светской беседы? Расскажи мне как старший чего познавательного! Это, про женщинов расскажи, коли ты, конечно, не придерживаешься ихнего гзурского нечестивого мировоззрения.

Один бесконтрольный нашёл свою нишу, с удовлетворением отметил Хастред, глядя на него. Второго они с Кижингой успели нежно зажать парным захватом, позаимствованным из древней тролльей борьбы без правил (и переглянулись, поражённые такой синхронностью), на ближних подступах к увешанной камнями и золотом даме ювелира. Чумп слабо дёргался и пытался объявить дородную ювелиршу женщиной своей воровской мечты, взывал к мужской солидарности и наконец угрюмо повис, поджав ноги.

— Последи за ним, — попросил Хастред орка, видя, что маг делает ему знаки подойти. — Ты вона как опытен по части приглядывания!

— Я тока за принцессами. За этим мне и не угнаться.

— А ты его мечом приколи к стенке.

— Спасибо, сволочь, — мрачно поблагодарил Чумп. — Да ладно, не буду, не буду я к ней и близко подходить, вы правы, до мечты ей далеко, в левом ухе явная фальшивка…

— Может, пойдём вместе мага послушаем?

— Вот уж уволь. Маги не по моей части. Кроме того, анарал тебе скажет, что все яйца в одну корзину не кладут. Вон он Наместника грузит, ты с магом потолкуй, а Зембус вон как на иголках — не иначе ждёт того, который едет…

Ничего подобного в поведении Зембуса Хастред не заметил — друид вполне развязно вел беседу с двумя плечистыми аристократами из окружения Наместника, показывал им хитрые выпады ухваченной со стола вилкой. Но Чумп тоже зря не скажет…

— Я в резерве побуду, — закончил тот свою мысль. — Во всяком деле скорее всего победит не тот, у кого меч больше, а тот, кто вовремя подкрадётся со стороны задницы.

— Вы не слишком плотно с гзурами переведались? — обеспокоился Хастред, но оглядел Чумпа повнимательней и подумал непонятно для себя самого: «А ведь, пожалуй, бэкстаб у него не ниже Х5». Неизвестным образом эта мысль заставила его принять Чумповы доводы.

— Столовое серебро ненастоящее, — соврал он напоследок, на что Чумп с уверенностью подал ему дулю, и направил стопы к магу. Тот держался в сторонке от гостей, но не отходил далеко от Наместника. Наместник, в свою очередь, опытно повязал беседой генерала.

— …Наслышан о вашем оригинальном стратегическом решении в битве при Хаваре, — расслышал Хастред, проходя мимо. — Кто бы мог подумать, что столь эффективно возможно применить тактику отступления и внезапной контратаки! И ведь вы, генерал, лично атаку возглавили? Неосмотрительно, но очень доблестно!

— Да не было такого, — оправдывался генерал смущённо. — Они ж как попёрли, тут уж и у меня самого колени дрогнули, не то что у моих ополчаг… Я ору, оне бегут в панике… Ну что тут сделаешь? Хорошо, те, враги которые, сами себя перемудрили, в тыл нам заслали отряд самых своих страшных… Мои раздолбаи как завидели, на кого бегут, враз развернулись и ну бежать обратно, то бишь в направлении изначального фронта! Так я и оказался во главе атаки — отступал последним, а тут гляжу — несутся мои прямо на меня! Умения ни на грош, а только стопчут за милую душу… Ну и рванул что есть ног, имея целью хоть погибнуть доблестно — от вражьей стали. А враги как раз в наступленье двинули, линия строя сломалась, тут-то я на их предводителя и вылетел! Ввалил ему на бегу по балде, как сейчас помню — от молота одна рукоятка осталась, а прочие от такой наглости и лапки кверху…

— Ваша скромность делает вам честь, генерал!

— Да скромность, она чего? И на шею не намотаешь, и вспомнить нечего! А вот ударчик у меня и впрямь дай Занги, эвон на турнир раз попал, дык первый тур, на копьях, проиграл вчистую — как вообще эти железнобокие в щит попадают? Зато как объявили общую битву, тут отыгрался — четыре меча изломал, народу боле всех положил!

— Так на вашем счету и турнирная победа?

— Не-а, не засчитали, сутяги. Сказали, своих намахал больше, чем врагов. Придрались! Я там ни своих, ни врагов не видел. Враг — это к кому у тебя счеты, верно? А своих так просто не завалишь, эвон, изволите ли видеть, Вово, вот уж свой так свой!

Хастред помотал головой (теперь, случись драка, надо подумать, как генералу под меч не подвернуться, а то потом сам же виноват и окажешься) и добрался наконец до мага. Подумал ещё, стоит ли ему персонально кланяться, но маг не стал его затруднять этикетом — ухватил сухой рукой за рукав и отволок чуть дальше.

— Здравствуй, юноша, — прокаркал он сипло. — Я рад, что ты и твои друзья не оказались уличными пустозвонами. Дело у меня к вам, и дело крайне деликатного свойства. Способен ли ты хранить тайну?

— Не-а, — сознался Хастред не раздумывая. — Я, почтенный, подумываю сесть за написание мемуаров, как только денек выдастся поспокойнее, и всенепременно изложу в них всякое, что со мной в жизни приключится!

— Мемуары обычно пишут в конце жизни, а ты ещё молод!

— Дык мемуары обычно пишут те, кого по голове не бьют каждодневно! Не начну уже в ближайшие дни записывать — половину позабуду…

Маг болезненно скривился.

— Хорошо, юноша… Обещаешь ли ты, что не станешь публиковать ту часть мемуаров, что касается моего задания, до моей смерти?

— А когда ты, уважаемый, планируешь преставиться? Это я к тому, что коли посулят за мемуары, к примеру, семь монет золотом, я могу долго и не вытерпеть…

— Послушай, — маг тяжко вздохнул, — дело мое вельми ответственное. Коли ты с друзьями его выполнишь… а глядя на этого достойного мужа, я думаю — справитесь, это ж былинный герой, от него так пивом веет, что вон даже стражи захмелели, — мы с сударем Наместником не поскупимся на награду. Тысяча золотых, юноша!

Хастред сохранил невозмутимый вид, хотя сумма его и потрясла до самых печёнок.

— Убить кого-нить жуткого?

— Эх… Убить бы я и сам сподобился… Напротив — спасти!

— За спасти мало (дитя трущоб, Хастред никогда и ни на что не соглашался без торга). Я бы хотел ещё звание Почётных Граждан для всех нас, с соответствующими привилегиями!

— Невозможно, — маг отшатнулся. — Для представления к сему званию необходимо явно указать, за какие заслуги… а миссия ваша — очень тайная! После смерти моей, так и быть, ты можешь рассказать о ней в мемуарах, но до тех пор, заклинаю всеми твоими богами, молчи и убеди молчать остальных!

— То есть звания не будет?

— Не будет.

— А можно тогда меч-кладенец? Или лучше топор?

— Сынок, я всего лишь старый маг, не очень сильный, не очень удачливый… Могу так зачаровать твой клинок, что к нему вовеки грязь не прилипнет, ибо я все же маг Земли и могу повелевать её частицами — но это ли тебе нужно?

63
{"b":"6289","o":1}