ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Я такой, — согласился Чумп без особой печали. — Мне кого-нибудь опозорить — как две щепки преломить. Но неужели ты готов хлебать такое, от чего унесешься на край света? Я бы поостерегся. Лучше уж ноги сбить, а то видел, как один такой хлебун с первого же глотка сполз в собственные сапоги кучкой расползшегося мяса.

— Да как смеешь ты подозревать преисполненную достоинств лесную вед…унью в столь нелепых и гнусных намерениях!

Ведьма тихо захихикала, немало озадачив заступника.

— Вот после этого я ее заподозрю в намерении не только нас отравить, но и надругаться над трупами, — насупился Чумп.

— Зачем же над трупами, — негодующе пискнула Тайанне. — Меняемся, ведьма? Ты нам поможешь, а мы тебе этого отдадим. Все равно никому он не сдался! А тебе, глядишь, и пригодится. Вместо собаки. Лается получше всякого гнолла!

— Я лаюсь? — оскорбился орк. — Я, знаешь ли, куда больше знаменит своим кусанием!

— Вот оба и оставайтесь, — предложил Чумп. — Эльфа лается и правда знатнее, а черного можно поближе к печке привязать, как последний рубеж обороны. Только не задаром! Нам, как уже сказано, сильно надо в Хундертауэр. Методы ваши ведьминские нам неведомы, так что мы наивно ждем чистосердечной помощи.

— Мы еще тебе денежку можем дать, — совсем уж не к месту добавил Хастред.

— А потом догнать и еще дать, чтоб не дай Занги не обидеть.

Ведьма задумчиво пригладила волосы.

— Знавала я в пору бытности молодой и красивой, — Кижинга отчаянно забулькал, как кипящий котелок на сильном огне, — Да-да, молодой и красивой, если угодно — еще более таковой, — оркское бульканье стало на порядок счастливее, зато эльфийка злобно пнула его в лодыжку, чтоб не мешал вникать, — одного знатного специалиста по общению с богами. Был он родом из гзуров, поклонялся могучему богу Энурезу, а звали его, дай бог памяти, Везде Д’рюк. Видный, тоже, был путешественник. И все время являлся за напутствиями. Скажу ему, бывало, куда идти — отправляется! Возвращается потом с благодарностями, в новых шмотках, типа добыл в путешествии, чудесные сказки рассказывает, опытом делится… Может, вас тоже так же — в смысле, послать? Я умею, я с ним так наловчилась!

— Да мы и так идем в такое, что едва ли интереснее придумаешь.

— Эх. Ну что с вами сделаешь? Разве что… — ведьма запнулась. — Помню, один раз Д’рюк уходить своим ходом отказался. Так я того… воспользовалась одним знанием, после которого он очень нескоро вернулся. Ну-ка, пошли!

Развернулась и стремительным наметом устремилась в лес, на первый взгляд безо всякого разбору, ужасно напомнив шуструю серую мышь. Кижинга недолго думая снялся с места, побежал сперва следом, потом догнал и уже рядом, а там даже и вперед вырвался, всем видом демонстрируя готовность и желание защищать.

— Совсем умаялся без справления паладинских обязанностей, — заметил Чумп вдогонку. — Видал, умник? Это только ты сразу юбку задираешь, а правильному лыцарю надо сперва даму вовлечь в такую неприятность, из которой и спасти не стыдно. Например, притащить в логово огра и надавать огру по башке.

— Глупо, — вздохнул Хастред. — Пока от огра отмахаешься, всякий интерес к юбке напрочь потеряешь. Интересно еще, что она там за знание припасла. Почему мне кажется, что большую дубину?..

— Потому что ты по молодости и неискушенности не очень-то себе представляешь, как еще можно далеко спровадить гзурского клирика.

— А ты представляешь?

— Да. Но ты все равно не поверишь, что такое возможно.

— Пошли уже за ними, — Тайанне слегка пристукнула Хастреда по макушке посохом, а Чумп опять увернулся и ловко оттанцевал на безопасную дистанцию. — Я конечно мешать ведьминскому и тем более паладинскому счастью не собираюсь, но хорошо бы все-таки добить гномов, прежде чем усилиями вашего генерала у меня образуются язва, геморрой и лысина. Тем более видела я, как вы эту ведьму искали. Скроется из виду, опять мотаться по лесу до опупения прикажете?

— Да тебе, пожалуй, прикажешь, — вздохнул Чумп. — Пошли уж.

И пошли.

Идти оказалось на сей раз совсем нетрудно, потому что Кижинга очень скоро сообразил, что огров и других чудищ в лесу нету, а если и найдутся — то ведьма, безбоязненно топающая следом за ним, небось справится с ними гораздо лучше него. Потому решил хотя бы дорогу расчистить, вытащил короткий меч и без видимой надобности сносил по пути веточки. Ведьма не возражала против столь лестных знаков внимания, хотя деревьев ей было жалко до слез — среди них, небось, еще жить, когда экзотический ухажер убудет. С другой стороны — куда они денутся?

Ведьмино жилище оказалось домиком гнолльей же постройки, хотя и обустроенным на человеческий манер. В частности, расширенные окошки оказались затянуты чем-то вроде мелкой рыбацкой сетки, и эльфийка издала завистливый вздох — ее за ночь, проведенную в доме некой сердобольной гноллихи, гнус обглодал до костей. Сами-то гноллы, от природы покрытые шерстью, насекомых совершенно не замечали и защитой от них озабочены не были. Еще при домике была обширная пристройка, и запахи, которыми несло оттуда, не так просто было бы описать. Гнусноватые были ароматы, хотя вместе с тем и не лишенные завлекательности. Так может, пожалуй, пахнуть страх, или темнота, или недобрая память; короче, не похоже было, что в пристройке этой ведьма держит заурядную кухню. Дверь дома была попросту притворена, но на двери пристройки висел самый натуральный замок — тщательно ухоженный, жирно блестящий маслом и более органично смотревшийся бы на каком-нибудь складу посреди Копошилки.

— Ого, — Чумп почесал в затылке. — Если бы оттуда так не пахло, я бы обрадовался. А то совсем уж заржавел без любимого дела. Но туда залезать мне совершенно неохота!

— Охота, не охота, а надо. Мало ли, какие там полезности?

— Ты думай, чего советуешь! — вскипела Тайанне и наподдала книжнику еще разок. — Это ж не твой подвал, или там чердак, где ты там ютишься? Это совершенно чужое помещение, и туда залезать нельзя!

У Хастреда глаза на лоб полезли.

— Это ты говоришь? Спершая папину яхту?

— Так то папина, почти что своя. Да и папа вряд ли бы стал против нас поднимать всяких местных гноллов!

— И на наши боевые резервы зариться тоже.

Боевой резерв появился из домика, таща в охапке деревянное ведерко и целую кучу самых разнообразных веток, следом же за ним вышла и сама ведьма, перелистывая кипу грубых пергаментных листов.

— Придется рисовать, — пояснила она. — Сколько вас всего?

— Нас, гоблинов, четверо, да эльфа, да орк, да еще Вово, — охотно поделился Хастред. — А Вово, он такой… его наверно за двоих считать надо.

— Одержимый?

— Хм. Вроде незамечен, — книжник озадачился. — Я имею в виду, он такой… крупный такой он. Одержим разве что желанием пожрать, зато уж на всю катушку, от души, ни отнять ни прибавить.

— Додик он, а не одержимый, — объяснила добрая эльфийка.

— Вы уж определитесь, на скольких мне готовить! — ведьма потешно подергала острым носом, вновь напомнив мышь или еще какого грызуна. — На одержимого и впрямь двойной расчет, а на додика так и вовсе, по-моему, не нужно. Я ж не вес ваших задниц выясняю, а на сколько персон мне проход заказывать!

— Еще, может, Фанту прихватить? Она смешная. Спрайтиха.

— Спрайтиху вам еще! Феям, аберрациям, полудраконам, констрактам, гигантам, плантам и уж подавно — аутсайдерам те пути закрыты.

— Не надо нам спрайтих, — согласился Чумп. — Вот тоже мне юный генерал, набиратель воинства! Считай семерых, почтенная. Только, ежели позволишь, пара вопросов — каким именно образом ты нам собираешься пособить и не требуется ли от нас какого содействия?

— Так ведь гзур-то вернулся! — напомнил Хастред. — Чего ж нам-то будет?

— Во-первых, гзур ходил под богом, да не под каким-нибудь пинателем чуждых задов, вроде нашего Занги, а под самим Энурезом, какому, почитай, полмира в предрассветный час кланяется. Во-вторых, он вернулся, но не факт что дошел докуда надо! Очень тебе надо сюда вернуться?

35
{"b":"6290","o":1}