ЛитМир - Электронная Библиотека

Когда ко мне в палату заглянула медсестра, то я наложил на неё ментальное подчинение. Попав под мою власть, она помогла с одеждой и вывела меня на улицу.

'И что дальше? - Подумал я, оказавшись вечером на городской улице. - Куда податься?'.

Не спеша шествуя по тротуару, я обдумывал мысль, которая пришла в голову ещё тогда, когда расспрашивал медсестру, попавшую под моё влияние.

- А если?.. - вслух произнёс я и замолчал.

В городе точно должны быть военные, причём, с внушительными погонами. Ах да, ещё же погон нет. Ну, пусть будут петлицы, внушительные петлицы. Что мне мешает сделать с ними тоже самое, что с санитаркой? Магии плевать на чины и награды.

Сейчас шесть вечера, начало седьмого. До начала войны осталось около десяти часов, а это значит, есть ещё время, чтобы попытаться немного изменить начало страшного двадцать второго июня.

Приняв решение, я на полчаса укрылся в тихом скверике, где заготовил несколько заклинаний разума и добавил три личных защиты. Последние нужно постоянно пополнять, десять, сто, тысячу защит необходимо на себе иметь! Или десять тысяч! В преддверии бомбёжек и при наличии у врагов автоматического оружия такие чары нужны в огромном количестве.

Вооружившись невидимым оружием, я покинул сквер и стал искать военных. Но наткнулся на милиционера в белой гимнастёрке, который стал первой жертвой. Он привёл меня в Кобринский отдел милиции, где сдал на руки начальнику РОВД, который тут же стал послушной марионеткой в моих руках. Получив от меня команду, он за час оформил мне документы, причём, сразу два комплекта: гражданские и сотрудника милиции, лейтенанта. А дальше мы с ним отправились в штаб армии, который сегодня располагался в двухэтажном небольшом особнячке.

Там мне вновь пришлось несколько раз воспользоваться подчиняющими чарами, чтобы попасть в кабинет к высшему комсоставу.

- Генерал Коробов...

- Полковник Сандалов...

Так мне представились двое мужчин, к которым я, наконец-то, попал и сумел взять под контроль.

- Лейтенант Глебов, разведка, - ответил я и, поморщившись, стал массировать виски, в которых болезненно стучали молоточки, сообщая, что я переусердствовал с магией. - Сообщаю, что завтра, двадцать второго числа немцы начнут войну против СССР. Около четырёх утра будут совершены налёты и артобстрелы по погранзаставам, складам и аэродромам, по расположению наших войск. Через сутки немецкие танки будут здесь, в Кобрине, Брест будет окружён и все войска находящиеся в нём, окажутся в котле.

Командиры переглянулись между собой, потом генерал сказал:

- Это точные данные?

- Да, очень точные. Вам нужно уже сейчас начать действовать, чтобы хоть как-то уменьшить первые потери и остановить натиск врага.

- Без приказа мы не можем действовать, - пожал плечами полковник.

- Кто может отдать его?

- Командующий округом Павлов. Уже сегодня с ним связывались дважды, но в ответ приказано ждать и не поддаваться на провокации, - ответил мне генерал.

- Действуйте без его разрешения. Остальные командиры примут ваши приказы? - поинтересовался я.

- Кто-то - да, другие нет.

- Несогласных можете вызвать к себе?

- Да.

- Отлично, - немного обрадовался я. - Дайте мне час отдыха и начинайте приглашать к себе в кабинет по одному. А пока отдайте приказы тем, в ком уверены, чтобы начинали готовиться к скорым боевым действиям. Особое внимание складам...

Кривошеев, Литвиненко и многие другие командиры четвёртой армии попали под ментальные чары, став послушными марионетками у меня в руках. Заклинания должны будут действовать максимум десять часов. Этого времени хватит, чтобы военные сделали максимум из возможного. Коробов отправлял посыльных в Брест, Высокое, Малориту, лично связывался по телефону с погранотрядами.

Около полуночи резко была потеряна связь сразу с несколькими точками, а потом и вовсе замолчали все.

- Литвиненко, что со связью? - буквально зарычал генерал.

- Нет связи. Работает только линия на Пинск, и всё. Подозреваю, что это диверсия. Людей для починки линии уже отправил, - ответил ему начальник армейской связи полковник Литвиненко.

Через час пришло сообщение, что местами сняты десятки телеграфных проводов. А на линии с Брестом срезаны столбы ко всему прочему.

- Что с войсками, Сандалов?

- Выдвигаются, товарищ генерал, - отрапортовал тот. - Сорок вторая дивизия почти полностью покинула Крепость и занимает позиции, все части шестьдесят второго укрепрайона уже заняли доты. К ним обеспечен подвоз боеприпасов. Сто двадцать третий истребительный полк готов в любой момент поднять свои самолёты, лётчики сидят в кабинах, самолёты заправлены и вооружены.

- Что по той стороне?

- Заметна суета. Везде слышны танковые моторы, местами к реке вышли крупные отряды пехоты, у них лодки и плоты...

Доклад Сандалова прервал резкий зумер телефона.

- Да? - произнёс генерал. - Так точно, товарищ командующий. Мой приказ... я понял...

- Павлов? - я вопросительно посмотрел на Коробова и, получив кивок в ответ, сказал. - Ответьте, что выполняете его приказание, что сегодня под вечер к вам в штаб прибыл посыльный с пакетом от него, где указывалось выполнить всё то, чем вы сейчас занимаетесь.

Пока генерал объяснялся с командующим округом (про которого в моём времени ходили слухи, что он оказался предателем), я отвёл в сторону Сандалова и сказал, чтобы он обеспечил мне сопровождение и помог покинуть город. Причём, сопровождение должно быть внушительным, обеспеченное транспортом, например, пара машин - грузовик со стрелками и легковушка для меня. Или даже два грузовика.

Всё, мне здесь больше делать было нечего. Скоро с людей будут слетать мои чары, а там начнутся налёты и обстрелы, что добавит неразберихи. Надеюсь, командиры успеют прийти в себя и воспользуются той форой, что я им дал. Даже если Павлов потребует всё вернуть на круги своя, то ничего у него за оставшиеся часы не выйдет.

Глава 3

Глава 3

Итогом такого напряжения стало полное магическое истощение. Я под охраной двух отделений солдат выехал из Кобрина и направился на восток. К моменту, когда за спиной зазвучала канонада (или упали первые авиабомбы, чьи взрывы и донеслись до наших ушей), мы успели отъехать километров на восемьдесят. И судя по тому, что мы слышали далёкие взрывы, то там рвались мощнейшие боеприпасы, скорее всего, авиабомбы. Например, взрыв в Оклахома-Сити в 1995 году суммарно был равен двум тоннам тротила и его услышали граждане, проживающие почти за сотню километров от места теракта.

Немного позже мы добрались до Пинска, где я и решил попрощаться с сопровождающими.

- Всё, бойцы, приехали, - сказал я. - Я здесь остаюсь, а вам дорога назад. Сами слышите, что происходит.

Когда я вошёл в город, то оказалось, что здесь пролилась первая кровь - немцы отбомбились по судоремонтному заводу и аэродрому. К несчастью, до бомбардировочного полка, который частью располагался на Пинском аэродроме, не донесли приказ Коробова или здесь его полномочий не хватило. В итоге часть самолётов была уничтожена, погибли семьи лётчиков в военном городке, на который немцы сбросили свой смертоносный груз. Когда я ждал отправления поезда на вокзале, то услышал, что в сторону Кобрина по каналу выдвинулись несколько судов, вооруженных орудиями. Они должны были поддержать части четвёртой армии с воды.

'Бог вам в помощь', - пожелал я удачи флотским. Чем-то помочь им я не мог - сил не было. Я едва держался на ногах и постоянно морщился от дикой головной боли - последствия магического истощения. Эдак я вообще рискую перегореть как маг и навсегда потерять свои только-только приобретённые способности.

Паники в городе особой не было, но вот количество желающих покинуть населенный пункт было огромно! Вокзал был похож на разворошенный муравейник, из города то и дело выезжали машины. Вот только последних было очень мало, и бросались они в глаза именно из-за этого. Чего не было, так это толп беженцев с узлами и с детьми в руках, что я видел в кинохрониках и на фотографиях в своём мире.

5
{"b":"629398","o":1}