ЛитМир - Электронная Библиотека

Окада озадачен, что неудивительно.

– А наша версия? Не разумно ли перенести выпуск на более ранний срок?

– Не разумно! – резко отвечает Сонода. – Лучше отложить на пару месяцев.

– Отложить! – Глаза Окады расширяются от изумления.

– Ты слышал, что я сказал.

На самом-то деле, лучше сразу отправить эту игру на свалку. Через несколько дней она сделает свое дело.

Есть стратегическая необходимость, которую такие люди, как Окада, никогда не смогут оценить. Поэтому Сонода предпочитает держать их в неведении. Когда предатель-разработчик был выявлен, Сонода взял этот маленький проект под свой контроль. Он лично допросил этого человека, используя экстраординарные угрозы и посулы, чтобы добиться сотрудничества. На следующий день велел ему встретиться с верхушкой отдела разработки «Меги». Разработчик передал им усовершенствованную версию игры, отличавшуюся от предыдущей парой визуальных деталей. А также парой строк в коде, сжатых и спрятанных там, где их никогда не найдут сарариманы-тестеры «Меги».

Ричард Митчелл стоит и нервно поглядывает на часы. Рэйко должна была подъехать за ним к перекрестку Ака-сака в девять. Уже четверть десятого, и он начинает беспокоиться. Может, он неправильно запомнил место или время. Может, у Соноды срочные дела, и он решил отменить встречу. Может, никакой встречи и не назначено – просто Рэйко зло подшутила над ним. Так или иначе, она до сих пор не появилась, и Митчеллу начинают приходить в голову дурные мысли. Нет встречи – значит, нечего показать Саше де Глазье, а значит, никаких шансов сохранить работу.

Такси шелестят по асфальту. Капли капают с темного зонтика с шишковатой ручкой, специально купленного для такого случая. «Британский Простой Консервативный» – гласил ярлычок в универсаме «Мицуя». Стоит, как билет в ложу на Уимблдон.

Вдруг мимо, очень близко к обочине, пролетает навороченный «исудзу-бигхорн» с огромными колесами и нарисованным серфом на боку. Грязная вода плещет Митчеллу на лодыжки.

– Хой! – орет он. – Ты, осьминог безголовый! «Бигхорн» с визгом останавливается. Пассажирская дверца открывается, и на тротуар выскакивает молодой человек: чахлая бородка и грива «чайного цвета», спадающая на плечи. Прохожие останавливаются и глазеют, вне сомнения, надеясь увидеть разборку между серфером и высоким иностранцем.

– Посмотри, – вопит Митчелл, указывая на пятна внизу брюк.

– Не надо было стоять так близко к обочине, – говорит серфер с презрительной улыбкой. – Так ведь можно и промокнуть.

У него превосходный английский, и от этого Митчелл почему-то бесится сильнее.

– Промокнуть? Я тебе покажу промокнуть! Улыбка исчезает с лица серфера: Митчелл отбрасывает зонтик и надвигается на него.

– Подожди! Стой!

Но Митчелл не собирается останавливаться. Он хватает серфера за плечо и толкает его назад, прижимая к боку «бигхорна». Но противник на удивление гибок. Он как-то выскальзывает, и вот уже Митчелл сам прижат к дверце машины, и мокрый металл холодит его тело. Теперь оба держат друг друга за воротники, тянут их и выкручивают. Бой скорее неравный, потому что у серфера под короткой хлопковой летной курткой голая грудь, а на Митчелле рубашка с монограммой и шелковый галстук от Валентино, купленный в сингапурском аэропорту.

– Йах! – выдыхает серфер.

– Х-хах! – фыркает Митчелл.

– Йах!

– Пусти его!

Женский голос. Воротничок Митчелла оставляют в покое. Он поворачивается и видит, что рядом, руки на бедрах, стоит Рэйко Танака.

– Пойдемте, – командует она. – Нет времени валять дурака.

– Валять дурака? – возмущенно возражает Митчелл. – Вы, вероятно, не видели, что произошло. Все вот этот тип виноват!

Рэйко нетерпеливо мотает головой:

– Вы не понимаете? Это начальник отдела маркетинга компании «Софтджой».

Митчелл в изумлении смотрит на серфера, который достает из внутреннего кармана куртки бумажник, а оттуда – визитку.

– Меня зовут Такэути, – говорит он, кланяясь и протягивая визитку Митчеллу. – Всецело к вашим услугам.

Митчелл берет визитку и поспешно протягивает свою.

– К вашим услугам, – бормочет он.

Двое мужчин стоят под дождем, с чрезвычайным уважением изучая визитные карточки друг друга. Рэйко проходит к водительскому сиденью «бигхорна» и залезает внутрь.

Встреча с Сонодой назначена в отеле «Сэйкю», где персонала намного больше, чем гостей, хотя его почти никогда не видно, а городской шум кажется далеким, как гора Фудзи. Особенность «Сэйкю» – черта, привлекающая его частых гостей, – то, с какой принципиальностью он избегает всего, что свойственно отелям. Ни атриума, наполненного птичьим пением, ни улыбающихся портье, ни «дополнительных» фруктов или шоколада в комнате, никаких знаков, указывающих на способ оплаты, никакой гостиничной стойки. Хочешь отбыть – просто уходишь. Нужно что-то – просто просишь. Отель знает, кто вы такой. Если бы не знал, вас бы там не было.

Рэйко ведет их через вестибюль – никаких подсвечников, никакого пианиста во фраке, никакого газетного киоска – к двери, полускрытой в нише. За ней – лифт, в котором нет ни звуковых сигналов, ни зеркал, ни нумерованных кнопок. Вместо этого Рэйко всовывает в щель на стене пластиковую карточку. Двери закрываются, и лифт приходит в движение, такое тихое и незаметное, что невозможно понять, поднимается он или опускается.

Сонода ждет их в одиночестве в своем обычном костюме – босиком, в джинсах и простой белой футболке. Со своей битловской челкой и круглыми щечками он мог бы сойти за студента или ученика повара.

Митчелл осторожно выходит на середину комнаты. Пожимать руки или кланяться, говорить по-английски или по-японски, называть его «Сонода-сан», или «Президент» – или, может быть, даже «сэнсэй»? Митчелл достаточно долгое время провел в Японии, чтобы оценить степень сложности ситуации. Не только то, что ты скажешь, но и то, как ты стоишь, как дышишь, какой стул выберешь, насколько быстро схватишься за чашку чая, стоящую перед тобой на столе, – все эти мелочи наполнены глубоким смыслом, связанным со сложными выводами о лице и статусе.

– Вы – Ричард Митчелл, – говорит Сонода решительно, на английском без акцента.

Митчелл кивает. Внезапно все тщательно приготовленные слова объяснения улетучиваются.

– Ричард – один из самых горячих сторонников компании «Софтджой» на финансовом рынке, – любезно говорит Рэйко.

– Думаю, единственный оставшийся сторонник, – говорит Сонода со слабой улыбкой. – Но даже ваши оценки нашей будущей выручки слишком консервативны. Если вы хотите заставить инвесторов верить в потенциал «Софтджоя», вы сами должны быть в нем уверены.

– Я вполне уверен, – протестует Митчелл. – Я как раз пересматриваю прогнозы вашей выручки на этот год в сторону повышения.

Сонода упирает палец Митчеллу в грудь.

– Вы пересматриваете до 15 % – это незначительная цифра. А будет 50 %, может быть – 70.

Митчелл взирает на него в изумлении:

– Как вы узнали о моих прогнозах?

– У меня быстрые уши, – говорит Сонода, расплываясь в улыбке.

Быстрые – не то слово. Насчет 15 % Митчелл решил всего лишь два дня назад. И никому об этом не говорил. Только сегодня утром он внес эту цифру в наполовину написанный отчет в своем компьютере.

– В чем проблема? – продолжает Сонода, явно наслаждаясь замешательством Митчелла. – Вам кажется, что 70 % – это недостижимо?

Митчелл делает паузу, прежде чем ответить.

– Думаю, это действительно сложновато. В условиях, которые в данный момент сложились на рынке видеоигр…

– Не волнуйтесь, условия на рынке вскоре резко изменятся.

– Каким образом?

– Простите, – говорит Сонода туманно. – Это крайне деликатная информация.

Митчелл начинает терять терпение. Сонода играет с ним, относится, как к младшему сотруднику.

– Ну, у меня тоже есть деликатная информация, – говорит он. – Информация, которая может сильно повредить вашей компании.

64
{"b":"630","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Девушка Online. В турне
Молёное дитятко (сборник)
Как есть меньше. Преодолеваем пищевую зависимость
Больше жизни, сильнее смерти
Как запоминать (почти) всё и всегда. Хитрости и лайфхаки для прокачки вашей памяти
Разрушь меня. Разгадай меня. Зажги меня (сборник)
Всё началось, когда он умер
День полнолуния (сборник)
Метро 2033: Перекрестки судьбы