ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Блондинки тоже в тренде
Родео на Wall Street: Как трейдеры-ковбои устроили крупнейший в истории крах хедж-фондов
Второй шанс
Еще кусочек! Как взять под контроль зверский аппетит и перестать постоянно думать о том, что пожевать
Профиль без фото
Естественная история драконов: Мемуары леди Трент
История моего брата
Про глазки. Как помочь ребенку видеть мир без очков
Всеобщая история чувств

Руди со вздохом поднялся.

— Успокойся, солнышко. — Он обнял Лулу за плечи и снова повел ее к стулу. — Присядь на минутку. Отдышись.

— Скушай булочку с корицей, — сказал Жан-Пьер, подсовывая ей поднос с булочками.

— Не хочу булочку с корицей! Хочу знать, что происходит! Руди угрюмо потер переносицу.

— Когда приедет Мерфи…

— Он приедет? — пискнула Лулу.

— Он какое-то время поживет здесь. — Жан-Пьер бессильно опустился на стул рядом с ней. — Софи пригласила его…

— О нет! Только не это! Ни в коем случае! — Лулу, окаменев, поднялась и попятилась к двери. — Если Соф в такой беде, что ей требуется телохранитель, мы пойдем в полицию. — Как же ей жить бок о бок с мужчиной, который заставил ее душу воспарить к небесам? С мужчиной, которому она как последняя идиотка предложила секс в раздевалке. Нет, нет и еще раз нет!

Руди тоже встал и угрюмо сверху вниз посмотрел на Жан-Пьера:

— Ты все выболтал.

— Это ты первый заговорил о нападении, — не остался в долгу Жан-Пьер.

— Что вы прямо как Старски и Хатч? О каком еще нападении? — Лулу вскинула руки и стремительно вылетела из кухни. Сердце оглушительно стучало в ушах. Она хотела добиться ответов на свои вопросы, причем немедленно. Она решительно подошла к лестнице и закричала сестре, как не раз бывало в детстве: — Софи! Вставай! Оторви свой зад от кровати и спустись вниз!

Лулу резко обернулась и увидела прямо перед собой Руди и Жан-Пьера.

— Где Мерфи?

— Мы не знаем. — Руди поднял руки, словно защищаясь. — Клянусь.

Лулу подбоченилась.

— А Джейк знает? — спросила она и снова пронзительно завопила: — София Никита Марино!

— Возможно.

Господи! Вразумительного слова от них не добьешься!

— И где же он, черт возьми?

Жан-Пьер кивнул по направлению к входной двери:

— На улице. Караулит, чтобы никакой гад сюда не прорвался.

— О!.. Он, наверное, в пальто и прячется в кустах. Руди ухмыльнулся.

— Нет. На нем пижонский джинсовый костюмчик, и сидит он в своем «мустанге». А сейчас, будь добра, вернись в кухню, и…

— У него есть оружие? Мужчины посмотрели друг на друга. В ушах у них стучало.

— Сейчас солнечное воскресное утро, и наш дом всего в одном квартале от пляжа и променада. Вы знаете, сколько детей катается здесь на велосипеде? А ваш приятель сидит с пистолетом, готовый в любой миг выстрелить в «плохого парня»?

Руди провел рукой по голове, запустив пальцы в волосы.

— Не думаю, что…

— Конечно!

По лестнице спускалась Софи в коротеньком сатиновом халатике. Ее волосы были взлохмачены, глаза широко раскрыты.

— Что? Что стряслось?

Лулу бросила на нее сердитый взгляд.

— Все ты виновата! — выкрикнула она и со скоростью торнадо вылетела за дверь.

Глава 10

Затишье перед бурей. Мерфи было знакомо это ощущение. Он шагнул под душ джакузи, и его мышцы напряглись в ожидании. Заряженная атмосфера. Зловещая тишина. Все зыбко, беда готова разразиться в любой момент.

Мерфи уперся руками в стену и опустил голову. Четыре упругие струи били по его напружиненному телу. Он мигом погрузился в фазу быстрого сна, но восстановить силы ему так и не удалось: короткий дневной сон обернулся кошмаром. Во сне ему, как живая, привиделась Лулу — сказочная принцесса, чьи губы имеют привкус жевательной резинки, смелая русалочка, за которой охотится голодный хищник. «Акула», — шептала она.

Мерфи проснулся в холодном поту.

Открыта охота на невинную душу, беззаветно преданную детям, на женщину, которая носит сумочку «пудель» и то и дело восклицает: «Мамочки!» и «Фу-ты!». Мерфи знал, что мир безобразен. Он узнал это в десять лет, когда его родители погибли в пожаре, — все оттого, что Чарли Мерфи не спасовал перед «плохими парнями».

Бессмысленное насилие.

Мерфи подставил лицо под струи воды, желая смыть отвратительное чувство беспомощности. Если бы в тот роковой уик-энд Боги не взял его с собой в поход, в который они отправлялись всей семьей, он бы тоже погиб. Мерфи давно уже преодолел чувство вины, поклявшись помогать беззащитным. И Боги тоже. Двое десятилетних сопливых мальчишек с глазами на мокром месте — он и Боги — кровью скрепили данный ими обет.

Однако друг Мерфи избрал для себя иную стезю. Такой путь заставлял его вращаться в мафиозных кругах. Мерфи опасался, что на сей раз он крепко увяз: Боги до сих пор не перезвонил. Это означало, что сделать этого он не мог, во всяком случае, так, чтобы не разоблачить себя.

Каким-то неведомым образом Лулу пересеклась с Боги и самыми отъявленными мерзавцами преступного мира.

«Не говорите Лулу, что ей подсунули наркотик. Для нее это будет конец света».

Софи подтвердила подозрения Мерфи: Лулу — образцовая девочка с рекламного постера — сделанная «из платочков и клубочков, из шоколадок и мармеладок». Чистая. Не испорченная этим порочным миром. Такая редкость! У Мерфи же в голове вертелась одна мысль — соблазнить ее, проникнуть под эти ее смешные панталончики на сборочках и довести до оргазма… много раз.

Мерфи тихонько чертыхнулся, намыливая шампунем голову, а мылом гудевшее тело. Ну и геморрой же эта операция. Сексуальный интерес к клиентке не просто головная боль, это в высшей степени непрофессионально и очень рискованно. Чтобы сохранить ясный ум, необходимо держать эмоциональную дистанцию.

Мерфи бросил мыло в мыльницу. «Вот уж попал так попал».

А тут еще и Боги! Когда Софи ушла спать, Мерфи долго раздумывал, а ее слова все звучали у него в голове: «И как же вы собираетесь защищать мою сестру?» Ответ был прост: поселившись в их доме, не отставая от Лулу ни на шаг. Правда, без помощи людей из его команды задача слегка осложняется.

Мерфи всегда подходил к серьезным делам основательно, не допуская даже малейшей небрежности, потому вызвал Джейка, чтобы тот подменил его на время, а сам потащился домой в Пайн-Барренс, в свой уединенный особняк в тюдоровском стиле с четырьмя спальнями, чтобы осуществить перегруппировку и собрать чемодан.

Чемодан был собран. Перегруппировка — другое дело.

Обычно человек очень сдержанный, Мерфи прилагал неимоверные усилия, чтобы не выказывать своих эмоций. Он на несколько часов обеспечил Лулу надежную защиту, препоручив ее Джейку и этому динамичному дуэту, но оказался бессилен защитить своего лучшего друга и названого брата. Специальный агент Джозеф Богарт был неустрашим, обладал добрым и большим, как Атлантический океан, сердцем, что — Мерфи всегда предчувствовал — когда-нибудь сыграет с ним злую шутку и приведет его к гибели.

Мерфи велел себе положиться на высокий профессионализм Боги и его умение ориентироваться даже в самых сложных ситуациях. Мерфи покрутил кран, направил на себя струи ледяной воды и приказал себе собраться.

К тому времени, как он вымылся и переоделся в чистые джинсы и пуловер, все у него в голове встало на свои места. Спокойный, трезвомыслящий и беспристрастный. Воплощенное хладнокровие.

Таким он оставался до тех пор, пока не зазвонил телефон и в трубке не послышался голос Джейка:

— Хорошенькая и легкомысленная, говоришь? Да она просто чокнутая! Пригрозила вызвать копов, если я не войду в дом или не уеду.

Закинув руку за голову, Мерфи потер шею, которую вдруг пронзила острая боль.

— Где ты сейчас?

— Сижу у нее в ванной. Можешь мне поверить: никогда в жизни я еще так долго не отливал. Она обвинила меня в том, что я создаю опасность для детей.

— Она любит детей. Очень.

— Я тоже их люблю. А еще я люблю свой «глок». До сих пор не могу поверить, что она уговорила меня сдать ей его.

Мерфи тоже не мог в это поверить. Хотя он своими глазами видел, как она, жонглируя, заставила полицейских простить ей превышение скорости. Сведенные судорогой плечи Мерфи немного расслабились.

— Ты получишь его назад.

— Да уж, хотелось бы!

Джейк сообщил детали столкновения, и Мерфи, подхватив чемодан, покинул спальню, где царил безупречный порядок. Проносясь по первому этажу к выходу, он привычно цепким взглядом окинул просторную гостиную. Все на своих местах, хотя ничего лишнего он и не держал — все только самое необходимое. В простой жизни без излишеств есть определенный комфорт. Впрочем, такие барахольщицы, как сестры Марино, Мерфи знал, с ним бы не согласились. Его поймет лишь тот, кто однажды потерял все.

24
{"b":"6302","o":1}