ЛитМир - Электронная Библиотека

— Комплексный предсказатель, — туманно объяснил Кармун. Он начат вращать браслет, внимательно разглядывая камни. В одном из них затеплился зеленоватый огонёк.

— Вроде бы ничего особенного, — пробормотал «скиталец», прогуливаясь по кургану взад и вперёд.

Ане извлекла из вместительного заплечного мешка отца несколько ничем не примечательных окатанных булыжников, на которых были нацарапаны какие-то символы. Она обошла весь могильный холм вокруг и по восьми сторонам света положила по камню.

— Северо-западный криво лежит! — придирчиво заметил Кармун, прищурив глаз.

— Почти незаметно!

— Должен лежать как надо! — заявил 'старик и пошёл перекладывать камень. Довольно продолжительное время отец и дочь двигали камни, присматривались, меняли их местами.

Кармун Дир отошёл от кургана, ещё раз окинул его взглядом и покачал головой:

— Очень странно!

— А в чём дело? — спросил у «скитальца» Эдан, с огромным интересом наблюдавший за его манипуляциями.

— Никакого проклятия на могилу не наложено, — пожал плечами старик. — Это-то и подозрительно. Разве так бывает, чтобы захоронение великого человека не защитили проклятием? Вероятно, оно развеялось со временем...

— Может быть, ургиты невольно «разрядили» его на себя, когда начали копать? — предположила Ане. — Поэтому же, кстати, и трупов не нашли!

— Может быть, может быть, — неуверенно протянул её отец. — Лично мне это не нравится, уж слишком всё просто. Пускай боги сами копают: им сподручнее. Они-то в отличие от нас бессмертны! Эй, Гонор, всё в порядке, — окликнул он Ханаля. — Начинайте работу — проклятия нет.

— Отлично. Приступим!

Бог-шутник подкинул в воздух свои шарики, и они превратились в три заступа раньше, чем коснулись земли.

— Надеюсь, Старшие Боги простят нам это деяние, — сказал он и, поплевав на руки, вонзил инструмент в твёрдую землю.

* * *

Прошло часа три или около того; на старом кургане, вокруг глубокой ямы, стояли в кружок два бога и три человека. Внизу виднелись провалившиеся внутрь сгнившие доски перекрытия. В древности они были уложены поверх лиственничного сруба погребальной камеры, где покоился первый в истории властитель людей.

— Как-то я себя неуютно чувствую, — признался Кармун Дир. — Такую могилу я ещё никогда не грабил. Что-то меня лихорадит, или, быть может, в моей душе пробудились угрызения совести?

— О какой совести может идти речь у «ночного скитальца»? — удивился Ханаль. — Люди вашего ремесла всегда привлекали меня тем, что им, как правило, это чувство не свойственно вовсе.

— Ты возводишь напраслину на представителей моей профессии! — обиженным тоном возразил ему старик. — Сколько полезных вещей вернулось в мир благодаря скромным безымянным труженикам! Сколько несравненных предметов искусства вновь услаждают взор живущих! Не будь нас, сколько прекрасных вещей гнило бы без пользы во тьме древних гробниц и подземелий!

— Нечего болтать! — прервал его словесные излияния Бринн. — Святотатство уже совершено! Разбираем доски!

Молвив так, юный бог решительно спустился в яму и начал выкидывать наверх деревянные плахи. На многих из них сохранились остатки росписи разноцветными красками.

— Уж очень бедно она выглядит, — заметил «скиталец». — Признаюсь, от кургана Медного Правителя я ждал большего!

Последняя трухлявая доска вылетела на борт ямы, и всем присутствующим открылась внутренность могильного сруба. В северной стене они заметили зияющее отверстие. Свежепрорубленная в брёвнах дыра неопровержимо свидетельствовала о том, что погребальную камеру уже посетили, причём незадолго до них. Посреди бревенчатого сруба находились остатки помоста, где на нём возлежал скелет в истлевших остатках войлочных одежд и кожаного панциря с вышивкой бисером на груди. На черепе оставался нетронутый грабителями венец — простой медный обруч. У левого бедра покойного лежал широкий бронзовый кинжал непривычной формы; в ногах — остатки колчана, некогда содержавшего дюжину стрел с обсидиановыми наконечниками. Левая рука сжимала шлифованный кубок из полупрозрачного камня, правая же оказалась пуста. Жезла в могиле не было.

— Ну что же, нет так нет, — подвёл итог неунывающий Ханаль. — Закапываем обратно!

— Клянусь серебряной рукой Нудда, я ещё никогда не испытывал подобного разочарования, — прошептал старый Кармун, уставившись в разрытую яму потухшим взором.

— Не может быть! — тоскливо вторила отцу Ане. — Ни нефритового жезла, ни золота, ни хотя бы горстки изумрудов!

Девушка была искренне раздосадована; её глаза заблестели от непрошеных слез.

— Вероятно, Медный Правитель не владел большим состоянием, — заметил Эдан. — Здесь абсолютно нечем поживиться!

— В те времена вожди и храмы ещё не накопили в своих руках больших богатств, — объяснил Ханаль. — Вопреки расхожим представлениям, .первые правители людей не ели на золоте. Даже медь в те времена казалась огромным богатством. В годы правления лежащего перед нами Младшие Боги открыли людям секрет обработки меди и выплавки светлой бронзы. Металл оставался баснословно дорогим, потому что было совсем немного мастеров, умевших дробить руду и выплавлять орудия в формах. Да и сам образ жизни людей сильно отличался от нынешнего — они не видели смысла в накоплении излишних запасов.

— Значит, сказки о благословенном золотом веке — чистая правда? — удивился жрец Бринна.

— Почти, — ухмыльнулся бог-шутник. — Войн среди людей в те времена действительно не случалось, этим занимались исключительно боги и болги. Медный Правитель был всего лишь вождём полутора десятков родов, объединённых между собой узами обычая взаимного обмена невестами. Таким образом они избегали вырождения. По приказу светлоликих покровителей он собрал своих соплеменников в выстроенный для них богами город. Именно с тех времён в жизни людей начались изменения. Им пришлось наладить хорошие отношения с ближайшими родственниками — ши. Ши считали себя излюбленными детьми богов; впрочем, для этого были веские причины, поскольку основатели всех их родов находились с Младшими в родственных отношениях. Именно поэтому людей, общавшихся с Племенами, ши воспринимали как естественных противников. Многие из их народа считали идею постройки города угрозой своему привилегированному положению; другие же, а таковых оказалось меньшинство, переселились в первую Столицу и основали в ней касту мудрецов. Их вожди, заключив смешанные браки с людьми, закрепили создавшийся союз двух рас.

Семеро Младших Богов оказывали покровительство первому городу людей: говорят, что они выстроили три кольца стен, узаконили разделение народа на три касты, даровали людям и ши бронзу и письменность для жрецов. Сами они поселились в специально возведённых семи храмах. Каждый, к какой бы касте он ни принадлежал, мог прийти к воротам храма, чтобы попросить у бога-покровителя защиты или содействия в своих делах.

— Так всё и было в действительности?

— По правде говоря, среди всех вышеперечисленных деяний им можно уверенно приписать только заслугу строительства ныне разрушенных стен. Согласно иным свидетельствам, бронзу люди изобрели сами. Хотя боги, несомненно, помогли им усовершенствовать технологию литья.

— Нам пора уходить отсюда! — напомнил им Кармун Дир. — Если кто желает взять какой-нибудь сувенир, пускай поторопится с выбором: у нас мало времени. Я, пожалуй, прихвачу на память вон тот кубок!

Забросав выкопанную яму и аккуратно заложив её для пущей надёжности свежим дёрном, наши герои покинули Приречье. Боги взяли с собой в Священный Брег Кармуна с дочерью: согласно договору, Эйте должна была отрастить старику новую руку и вставить глаз.

* * *

В Бреге жизнь шла своим чередом. Ханаль частенько фехтовал с Эданом, неизменно оставляя молодого жреца в дураках; временами бог-шутник исчезал на неделю или две, как он объяснял, «по делам». Бринн неожиданно увлёкся обучением ремёслам и целые дни проводил в кварталах мастеров.

34
{"b":"6307","o":1}