ЛитМир - Электронная Библиотека

— А разве ты не видишь — как? — тоненько хихикнул Куллд. — Ведь у тебя есть тот, кто может это знать! Ну-ка, ребята, помогите ему сами!

Те, кого он звал, немедленно явились, и Бринн узрел их вновь. Пятно и Веретено, Медведь, Барсучья Морда и Катящееся Колесо расположились на гриве и поводьях коня, которого он тянул под уздцы; явился также Белый Шар. И произнёс:

— Здравствуй!

— Здравствуй! — ответил ему Эдан.

— Гляди! — сказал Белый Шар и почернел.

— Гляжу! — И Эдан взглянул на мир глазами Шара. Впрочем, глаз у того, разумеется, не имелось, по этой причине мир предстал перед нашим героем в облике весьма непривычном. Никакой чёрной тучи не существовало вовсе; было множество движущихся теней, каждая из которых в отдельности обладала чем-то подобным сознанию. Они перемещались с места на место, сливались, разделялись, замирали, тихо перешептывались друг с другом на неведомом языке.

— Э, друг, что ты там бормочешь? Не иначе заснул? — Талес толкнул его локтем в бок и, повернувшись к Куллду, вопросил: — Поведай, какими же силами нужно обладать для создания такой преграды? Воистину, перед нами — великий чародей!

— Подумаешь! Пустяки! — засмущался горбун. — Всё, что требуется, — это сотня-другая болотных и лесных духов. Мои маленькие помощники всегда рады послужить мне. когда я их вежливо попрошу!

Наконец колёса повозки захрустели по кучам полусгнивших стеблей камыша, покрывавшим песчаный берег. Отряд прикрытия практически полностью перебрался на другую сторону реки, когда к броду вышла армия ургитов. Судя по доносимым ветром яростным крикам, вид ускользнувшего от неминуемого поражения врага произвел на воинов Кера крайне удручающее впечатление. Впрочем, даром времени они не теряли; передовые направили своих коней в реку, намереваясь взять переправу с ходу.

— Спешиться! — прорычал Транл и, подавая пример своим воинам, спрыгнул ео своей колесницы и побежал обратно к берегу, продираясь через заросли осоки. Брод был узок, и выезжающим на твёрдую землю боевым экипажам было негде развернуться; десяток славных бойцов в гаком месте вполне мог бы сдержать целую дружину.

— Давай-ка поработаем, хозяин! — просвистел Эла-нов меч, нетерпеливо постукивая гардой о ножны. — Я голоден! Страсть как хочется испить воинской крови!

— Кермайт! Вы трое останетесь здесь, — распорядился он. — Будьте наготове. Очень вероятно, что скоро нам придётся быстро отступать отсюда, имея на хвосте всех лучших витязей клана Урга!

...И воинской крови хватило в избытке. Непросто бежать по вязкому песку в массивном кожаном панцире и длиннополом боевом фартуке; глазные прорези опушенного на лицо бронзового шлема позволяли видеть лишь малую часть окружающего пространства. Для нашего героя, равно как и для каждого из присутствующих на том пятачке тяжеловооруженных воинов, границы мира сузились наподобие Серой Долины, по которой пролезет последняя дорога души; по этой причине многим из них было так и не суждено заметить тот миг, когда перед их взором предстали истинные Сумеречные Земли.

...Передовой колесничий получил в переносицу стрелу, древко которой украшали перья малиновки; такова оказалась мощь лука тордингов, что трёхлопастный наконечник легко пробил цельнолитой шлем. Возница тяжело перевалился через борт, не выпуская из рук двух пар поводьев. Эдан схватил его обезумевших лошадей под уздцы, подобрался поближе и, уцепившись за передок, резким рывком опрокинул колесницу набок. Для владельца чудесного пояса Гофаннона это не составило труда.

Стоявший в ней знатный ургит легко соскочил на землю, тут же столкнувшись с Транлом. Оба не уступали друг другу богатырским телосложением; удар длинного чекана был отпарирован выставленным над головой древком копья, и сцепившиеся оружием воины закружили по берегу, нанося друг другу свирепые удары сапогами по голени и бёдрам. Щитника с той колесницы легко прикончил другой тординг, пробив бедняге грудь своим тяжёлым копьём, но и его самого через .мгновение насадили на копья двое ургитов, спешивших на подмогу своим соплеменникам.

Воины бились на берегу, позабыв об обычаях ритуальных приветствий; сражались в реке,. топя друг друга в помутневших от крови водах, и вместо передававшихся через поколения боевых кличей из их горл вырывался лишь хриплый вой.

Вылетевший из чьей-то пращи камень угодил Эдану в голову тогда, когда он с обагрённым кровью клинком наседал на второго по счёту противника; шлем спас ему жизнь, но в момент прояснения он обнаружил себя лежащим меж качающихся стеблей пожелтевшего камыша, а над собой — занесённое для последнего удара вражеское древко. Впрочем, копьё тут же исчезло из поля видимости, так как вознамерившийся добить упавшего ургит сам внезапно лишился головы.

Эдан помотал головой, пытаясь изгнать кружащиеся перед глазами радужные искры, и приподнялся, опершись на локоть. Чья-то сильная рука ухватила его за предплечье, рывком поставила на ноги, а голос Транда рявкнул в ухо:

— Пока ты здесь прохлаждаешься, нас всех раздавят, как комара на ладони!

Проследив за направлением, которое указывал палец Гнаталова отпрыска, Эдан убедился в справедливости этого предсказания. Большому отряду ургитов удалось форсировать реку выше по течению, и теперь они неслись к броду, намереваясь одним-махом покончить с горсткой его защитников.

Турий рог вновь созывал тордингов; Транд скомандовал отступление, но лишь половина воинов вернулась к своим колесницам — остальные остались лежать у брода недвижимыми.

— Куда подевался Талес? — набросился на своих друзей Эдан, заскочив в свою повозку. — Не лучшее время он нашёл для отлучки!

Кермайт молча указал влево от переправы. Там, в зарослях пожухшего камыша, танцевал небольшой огненный вихрь. Сухие высокие стебли занимались быстро, и вскоре путь наступающим по берегу ургитам преградила стена жаркого огня.

Живое пламя сделало ещё один большой круг, скакнуло в колесницу и обернулось тяжело дышащим магом. Кермайт тут же огрел лошадей кнутом — те резко рванулись с места вслед за удаляющимися тор-дингами.

Упряжка, несмотря на свою перегруженность, летела по прямой с головокружительной скоростью. Ветер свистел в щетине гребня, украшавшего шлем Эда-на, и рвал разноцветные ленты, заплетённые в гривы скачущих во весь опор коней.

Первосвященник Бринна обратил свой взор к преследователям. У брода возникло временное замешательство: вероятно, несколько перевернувшихся экипажей перегородили наступающим дорогу, потому скорость переправы замедлилась. Зато часть повозок продвигавшегося по берегу отряда, не останавливаясь, промчалась сквозь пылающие заросли. Одна за другой, подобные огненным демонам, колесницы выносились из стелющегося по земле черного дыма, окутанные взлетающими из-под колес облаками искр.

— Почему Ворота Воинов до сих пор затворены? — проорал Эдан в ухо своему вознице. — Дружина не успеет войти под прикрытие городских укреплений!

— Вот потому они и закрыты, — пояснил хольдеринг. — Судя по всему, мои соплеменники не рискнули открыть путь для тордингов, — иначе, может статься, ургиты ворвались бы в Ар на наших спинах!

— А почему Гнатал не перестраивает своих воинов для битвы?

— Он видит, что принимать сражение сейчас невыгодно. Люди должны отдохнуть и прийти в себя. Думаю, Гнатал вознамерился оторваться от преследователей, обойдя город по кругу.

— Но ведь Ворота Воинов на этой стороне! Каким же образом мы попадём в Ар?

— Вероятно, через другие ворота!

— ?!

— Судя по всему, Гнатал отдаёт приказы не просто так. Он знает, что делает.

— В любой Священный город не позволяется вступать иначе, чем через ворота своей касты!

— Разумеется. Однако, полагаю, лебеди твоего патрона не зря приземлились внутри Города Мудрецов. Если светлоликие покровители договорятся между собой, они смогут убедить олигархов Ара открыть перед воинами неподобающие им двери. В противном случае нам придётся ещё долго бегать вокруг этих чудесных новых стен!

72
{"b":"6307","o":1}