ЛитМир - Электронная Библиотека

И вот она стоит на полке, и я в любой момент могу погрузиться в древние тексты, впервые переведенные на русский язык, чтоб найти в сложной символической вязи понятий какое-нибудь упоминание о динлинах…

«Ди принадлежали к числу автохтонов (то есть коренных жителей. – В. Ч.) Китая, – пишет Г. Е. Грумм-Гржимайло, считавший динлинов и ди одним народом. – Они составили даже ядро того народа, который в 1122 году до Р. Хр. (Рождества Христова. – В. Ч.) овладел всем Китаем, дав ему династию Чжоу». Ссылаясь на китайские источники, ученый числит динлинов в долине Хуанхэ еще в третьем тысячелетии до нашей эры. Они отличались высоким ростом, голубыми (зелеными) глазами, белокурыми (рыжими) волосами, и этнологи разных стран пересказали в старое и новое время немало любопытного об этом народе. Динлины строили дома – деревянные срубы, крытые древесной корой, были знакомы с земледелием, которое вели близ своих поселений, но легко снимались с места в поисках рыболовных и охотничьих угодий. Мужчины носили серьгу в ухе, не терпели подчинения и сами не были тиранами ни в кругу своих необычных для остальной Азии моногамных семей, ни по отношению к рабам. Знали рудное, литейное и кузнечное дело, сами изготовляли для себя металлические орудия и оружие, были храбрыми воинами, «имели сердце тигров и волков», но, будучи свободолюбивым, подвижным народом, жили разрозненными мелкими родами, объединяясь в исключительных случаях для борьбы с общими врагами.

Современные ученые, ссылаясь на китайские же источники, указывают, что с VII века до нашей эры динлины вели наступательные и оборонительные войны, разгромив в 661 году царство Син, на следующий год государство Вэй, в 649 году до н. э. Вэнь и Су, в 634-м напали на Чжэн, и с 20-х годов VII века до нашей эры китайцы различают западных «белых» ди и восточных «красных». «Красные» ди в V веке до нашей эры были разгромлены, а «белые» создали самостоятельное государство, следы существования которого прослеживаются до 318 года нашей эры.

Многочисленные южные китайцы, используя свою организованную мощь и натравливая один динлинский род на другой, продолжали теснить этот большой, сильный, но разобщенный народ из долины Желтой реки. Динлины, пишет Грумм-Гржимайло, «…бросали свою порабощенную родину и расходились – одни на север, другие на юг, туда, где еще был простор, куда не добирались китайцы со своим государственным строем, чиновниками и правилами общежития».

Любознательный Читатель. Кем же были динлины, эти длиннобородые, светлокожие, светлоглазые, белокурые или рыжеволосые азиаты?

– Ученые об этом давно спорят. Некоторые считали динлинов родственными древним иранцам, другие – тюркоязычным народом, а один дореволюционный исследователь даже предположил, что они предки славян, да только серьезных доказательств не нашел. Г. Е. Грумм-Гржимайло не сомневался в принадлежности динлинов к европеоидной расе, что подтверждается данными антропологии. На обширных территориях Китая, где когда-то жили динлины, раскопано множество предметов искусства и быта, выполненных в знаменитом скифском «зверином стиле», в том числе классические археологические триады – наборы оружия, конские сбруи, украшения I тысячелетия до нашей эры, не имеющие ничего общего с типично китайскими предметами того времени. В 1960 году, например, в одном из специальных китайских журналов было сообщение, что в провинции Хэбэй, в частности в Хуайлае, расположенном в пятидесяти километрах от Пекина, среди разнообразных археологических находок «обнаружены изображения барса, свернувшегося в клубок, лошади с подогнутыми ногами и типичного скифского оленя; кинжалы скифского типа; характерные бронзовые котлы на поддоне». И если динлины были действительно индоираноязычными скифами, то можно только поражаться многочисленности и силе этого народа, заселившего в древности всю евразийскую Великую Степь – от Черного моря до Желтого, и оставившего нам замечательные образцы прикладного искусства.

– А как китайские ученые комментируют эти находки?

– Еще в 1954 году тогдашний президент китайской Академии наук Го Можо писал о влиянии «скифского искусства» на древнекитайские бронзовые изделия эпохи Чуньцю («Весна и осень», VIII–V вв. до нашей эры), а «в период Чуньцю-Чжаню («Воюющие царства», V–III вв. до нашей эры) территория, занятая скифами, расширилась вплоть до северной части Монголии». И далее:

«Население царства Чжуншань было ответвлением «белых ди». Быть может, оно представляло собой этнически смешанную группу, в формировании которой приняли участие скифы?» Новейших комментариев китайских ученых я не знаю… Кстати, лауреат Государственной премии СССР 1952 года по литературе китайская писательница Цзян Бинджи избрала себе почему-то псевдоним Дин Лин. Незадолго до «культурной революции» ее, шестидесятилетнюю, сослали в Северный Китай, куда некогда были вытеснены динлины…

– А куда они потом делись?

Беру в руки «Каталог гор и морей», читаю страницу за страницей. В голове образуется густая каша от сотен имен богов, названий стран, гор, народов, рек, морей, животных, растений и минералов. Местами текст почти нельзя понять, комментаторы то и дело неутешительно сообщают, что локализация географических и этнографических описаний невозможна, и я воображаю, каково было переводчикам, если некоторые тексты памятника давно погибли, другие искажены переписчиками, многие наименования встречаются только в «Каталоге» и их значение утрачено навсегда, а непреодолимые трудности добавляют еще семантическая многозначность древнего иероглифического письма, последующие переосмысления знаков, неизвестная отправная звукозапись, совершенно не поддающаяся переводу на русский…

Прочитал семнадцать цзюаней – то есть свитков, глав: каталоги гор, степей, внутренних и заморских земель всех сторон света – нет ничего о динлинах! И вот последний, восемнадцатый цзюань;

«Каталог (земель) внутри морей», стоящий особняком в сборнике и представляющий собой итоговое, обобщенное и схематичное космогоническое описание земель. Последние две страницы «Шань хай цзин», Север! Здесь будто бы находится гора Змей, «с нее стекает Змеиная река, поворачивает на восток и впадает в море». Не Амур ли? Комментировать туманный текст невозможно, потому что появляются какие-то «птицы с пятицветным оперением», и «когда они летят, то закрывают все небо». Да уж какой тут любительский комментарий, ежели, например, по поводу абзаца: «В землях Севера прикован разбойник с копьем в руках. (Он) – помощник Чанбэя. Имя его Труп Сянгу», – комментаторы-специалисты пишут: «Имена, упомянутые во фрагменте, известны только по данной записи. Имеющийся здесь намек на миф не раскрыт».

Но вот, наконец, и фрагмент, который я искал! «Есть царство Динлин. У людей в нем ниже колен растет шерсть, (у них) лошадиные копыта, (они) любят ходить». И я невольно думаю, что «шерсть» – это, быть может, меховые унты, «лошадиные копыта» – стада коней, позволяющие «любителям ходить» быстро перекочевывать с места на место?

Комментаторы этого памятника III в. нашей эры поясняют, что согласно Н. Я. Бичурину, замечательному востоковеду прошлого века, динлины – племена, обитавшие на землях от Енисея до Байкала, а Г. Е. Грумм-Гржимайло, ссылаясь на множество исследований, утверждал, что динлины растворились также почти во всех соседних племенах и народах. Некоторая их часть еще до начала нашего летосчисления была ассимилирована хунну, другая, смешавшись с тюрками, образовала средневековых уйгур и киргизов – оба эти народа в отличие от древних китайцев и тюрок носили в ушах, как динлины, серьги; уйгуры в старину звали себя «дин-ли», а среди киргизов, как это нам сегодня ни покажется странным, «в начале IX века высокий рост, белый цвет кожи, румяное лицо, рыжий цвет волос и зеленые (голубые) глаза настолько преобладали, что черные волосы считались нехорошим признаком», в людях же с карими глазами единоплеменники усматривали потомков китайцев.

Видно, на самом деле динлины были многочисленным, подвижным, терпимым и уживчивым народом, если их расовые признаки ученые в разные времена фиксировали у киданей, самостоятельного народа, жившего между монголами и китайцами, у других народностей Тибета и Гималаев, у северокорейцев и курильских айнов. Русские, впервые увидев кипчаков в XI веке, назвали их половцами из-за светлого, соломенно-желтого «полового» цвета волос, а среди маньчжуров даже в XVIII веке нередко встречались «субъекты со светло-голубыми глазами, прямым или даже орлиным носом, темно-каштановыми волосами и густой бородой». Самоназвание енисейских кетов – «ди», что на их необыкновенном языке означает «люди», а в XIV веке арабский историк Эломари (Аль-Умари) со слов путешественников, посетивших Южную Сибирь, написал: «В землях Сибирских и Чулыманских сильная стужа; снег не покидает их в течение 6 месяцев. Несмотря, однако, на их стесненную жизнь, нет между разными родами… людей красивее их телом и белее цветом своей кожи. Фигуры их – совершенство создания по красоте, белизне и удивительной прелести. Глаза у них голубые».

5
{"b":"6308","o":1}