ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

В этой связи стоит подчеркнуть, что перед нами в ее лице уже шестая древлянская богатырская фигура. Но для нас важней другое – историчность Микуличны. Речь идет о том, что реальный Добрыня взял в жены реальную Микуличну – дочь того человека, которого сам поставил в командующие своим Южным фронтом, которому доверил оборону родной Древлянской земли.

В 70-х годах X века женщину эту звали, конечно, не Настасьей, у нее было иное, языческое имя. Но дело не в имени. Такой брак Добрыни политически, в обстановке назревавшей гражданской войны, был равен династическому браку. Жена-боярышня из вчерашних мужичек стоила на внутриполитической арене в тот момент любой иноземной принцессы крови. И даже больше. Это была наглядная демонстрация того, что простолюдину за боевые заслуги открыт не только доступ в бояре, но даже совершенно, казалось бы, немыслимая честь – возможность породниться с Древлянским княжеским домом! Такая демонстрация со стороны Добрыни тоже была рассчитана на всенародный резонанс – и, как видим по былине, она его получила.

Не следует представлять себе Микуличну единственной женой Добрыни. Подобно всей высшей знати языческой эпохи, Добрыня был, конечно, многоженцем. Этого требовали не просто общепринятые нравы, но и престиж, и политические интересы его знатного рода.

Несколько жен Добрыни поддаются расчету. Так как он попал в плен еще мальчиком, первую жену выбирал ему не Мал. Ее выбирала Ольга, отпустив Добрыню на свободу. Ольга должна была женить его на полянской боярышне – и возражать Добрыня тогда не мог. Став шурином государя, Добрыня смог сам выбирать следующих жен. Разумно счесть, что у него было несколько жен из новгородских боярышен. Этими браками Добрыня роднился с новгородской знатью и укреплял свои позиции в Новгороде. Наконец у него появилась и жена-принцесса: сын узника Любеча получил-таки, как в сказке, в жены королевскую дочь. Это была дочь его союзника, короля Швеции Эрика Сегерсела.

Однако былина, хоть и знает поездки Добрыни в Швецию, этих жен не запомнила, а выделила именно Микуличну (как изо всех тестей – одного Микулу). Более того, былинные сведения показывают, что Микулична была заметной политической фигурой. Она – богатырша. В переводе с фантастики эпоса это означает, что она как соратница Добрыни участвовала в боевых действиях.

В некоторых былинных эпизодах она сражается с морскими разбойниками. Как это расшифровывается на карте X века? Более всего – как след ее плаваний с мужем на флагманском корабле Добрыни в 977—980 годах на Балтике. Тогда новгородская эскадра Добрыни и Владимира не только вела на море боевые действия против Ярополка и Свенельда. Она также громила, вместе со шведским флотом Эрика, пиратское гнездо на Балтике (то самое, откуда в свое время явился Рюрик!), навсегда покончив с викингским охвостьем на Варяжском море, как тогда называлась Балтика, Ясно, что Микулична ездила с Добрыней и в Швецию и была принята там с почетом, пировала, видимо, и на его шведской свадьбе – и видела в новой, шведской, жене Добрыни не соперницу, а ценную союзницу. При шведском королевском дворе мужицкая дочь была желанной гостьей, ибо Эрик, враг викингов (грозивших его собственному трону), предпочел и высоко ценил союз с русскими патриотами!

Словом, древлянская жена Добрыни из вчерашних мужичек была, судя по всему, фигурой героической.

А то, что командующим Южным фронтом коалиции Добрыня поставил собственного тестя из вчерашних мужиков, было известно всей державе – и добавочно повышало престиж Микулы Селяниновича. Верность выбора Добрыни подтверждается тем, что прорваться к близкому Овручу Свенельд смог только на третий год войны, – Микула оказался талантливым полководцем. (Возможно, потомков Микулы следует искать и среди новгородского боярства.)

Конь Добрыни. П. А. Бессонов подметил и еще одну важную вещь: кони ряда богатырей суть подросшие жеребята кобылы того же Микулы Селяниновича. Он писал: «Дети знаменитой кобылки… перешли к богатырям… Илье Муромцу, Добрыне Никитичу, Дюку и Чуриле»[98]. Естественно, здесь речь идет уже не о реальном коне Добрыни, а о символических богатырских конях. Однако это не делает вопрос менее серьезным.

Поскольку в былине кони богатырей способны разговаривать с хозяином человеческим голосом, предостерегать его или выручать из беды, летать по небу и вообще совершать чудеса, они должны быть приравнены к полноправным былинным персонажам. Весьма примечательно, что былина наделила древлянскими волшебными конями целый ряд богатырей. Примечательно и то, что «родоначальница» этой «династии» волшебных коней русской былины связана с именем Микулы Селяниновича, тестя Добрыни и одного из героев гражданской войны 70-х годов X века. А прибавив к 6 древлянским богатырям еще 5 древлянских богатырских коней, мы получим в итоге 11 древлянских былинных фигур. Итог солидный. Ни одна другая земля державы не может похвастать чем-либо подобным.

Имена Святославичей. Итак, церемония возведения Микулы «в рыцари» на пашне, прямо от плуга, была очень важна и для него и для Добрыни. Но не меньшую важность имела эта церемония лично для Олега. Она была одной из решающих в его выдвижении в государи от славянской партии.

Ключ к пониманию этого дает ономастика: имена трех Святославичей несут серьезную политическую информацию, имеют примечательную особенность. Имя старшего сына, Ярополка, славянское, второго, Олега, варяжское, третьего, Владимира, снова славянское. Что такое чередование должно означать? Колебания Святослава между славянской и варяжской внутренней политикой? Нет.

Имена Святославичей – зеркало политики Ольги. И они означают стремление превратить варяжскую династию в славянскую. После жестокого урока 945—946 годов Ольга твердо стояла, как мы помним, на том, что дом Рюрика вовсе не варяжская династия, а славянская – ибо, как мы тоже помним, по династическому праву национальность монарха считается не по его происхождению, а по стране, где он правит.

Правило это действует даже сегодня, а в X веке оно означало полную смену политики, что потребовало и смены теории власти Варяжского дома. Не удовольствовавшись даже тем, что «привенчала» варяжскую династию Рюриковичей к популярной славянской династии Нискиничей, Ольга здраво сочла, что сам Варяжский дом должен быть превращен из варяжской династии в славянскую – и династическое право давало ей к этому полную возможность.

Ольга в полной мере оценила то, что имена принцев крови способны и должны говорить народу о политике династии. Уже своему сыну, Святославу, она, как мы помним, добилась от Игоря славянского имени. Теперь она соответственно выбирала имена внукам. Потому-то первый внук Ольги получил славянское имя.

Второму, однако, Ольга дала фамильное варяжское имя – Олег. Но теперь это не было демонстративно антиславянским жестом ввиду нового толкования, которое Ольга дала династии. И все же во избежание кривотолков третьему внуку Ольга дала снова славянское имя. Это был уже Малушин сын, Владимир[99].

Владимир родился, как мы помним, около 960 года. А так как до этого Ольга и Святослав ни с кем, кроме древлян, не воевали, легко понять, что имя сына Святослава и Малы символизировало полное примирение Ольги с древлянами, залог мира внутри державы.

Но и этим не исчерпывается сложное значение имени Владимира как «манифеста» Ольги. Кроме народного значения, оно имело еще и «ученое», в котором последний слог трактовался как старинное выражение со смыслом «слава». И нетрудно усмотреть, что «Славный Владычеством», «Славный Могуществом» есть близкий русский перевод «Могучего Славой», то есть варяжского имени Рюрика. Это означает, что Ольга заранее предназначала Владимиру именно землю Рюрика. То, что было осуществлено Святославом в 970 году, было задумано Ольгой еще в 960-м. Еще тогда она намеревалась вручить политическую жемчужину короны Варяжского дома – первую коронную землю династии – сыну древлянского брака, сыну вчерашней рабыни. Потомок князей Древлянских должен был получить Новгород в знак того, что дом Рюрика действительно славянская династия.

вернуться

98

98 Песни, собранные П. Н. Рыбниковым. Сборник, с. XXII.

вернуться

99

99 Ни в коем случае не следует думать, будто имя означало «владеющий миром» в смысле претензий на мировое господство. Значение имени совсем иное: современник Владимира, немецкий хронист Титмар Мерзебургский, знает его в значении «владыка примирения, миролюбия».

57
{"b":"6311","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Пластичность мозга. Потрясающие факты о том, как мысли способны менять структуру и функции нашего мозга
А я тебя «нет». Как не бояться отказов и идти напролом к своей цели
Твоя лишь сегодня
Бизнес: Restart: 25 способов выйти на новый уровень
Дао СЕО. Как создать свою историю успеха
Конфедерат. Ветер с Юга
Квантовое зеркало
Большое собрание произведений. XXI век
Мастер Ветра. Искра зла