ЛитМир - Электронная Библиотека

От автора

Все рассказы в этой книге были опубликованы с 2007 по 2012 годы в журналах Upgrade Special и «Техника-Молодежи». Повесть «Вий» выходила в четырех частях. Повесть «Ментальный курьер» ранее не издавалась.

Сборник посвящен теме виртуальной реальности и всему, что связано с оцифровкой сознания. Эти вопросы рассмотрены под разными углами, представлены различные варианты и гипотезы того, как эти две технологии могут применяться в будущем.

Здесь описано создание оружия, компьютерных игр, религии, оцифровка после смерти, использование технологий в криминальных целях. Вы увидите, как на виртуальных полигонах тренируют солдат, специалист тестирует «болванки» игр с полным погружением, а сознания людей живут в приложениях на смартфонах или в виртуальных тюрьмах.

Для этого издания все рассказы и повести были переработаны и дополнены.

Некоторые рассказы из сборника можно бесплатно прослушать на сайте: akniga.org

Цифровой ад

Марвел Гнот, директор тюрьмы «Эшнатон», сидел за столом и читал на экране монитора письмо из министерства внутренней безопасности. В письме говорилось, что сегодня в 14:00 в тюрьму прибудет ревизор с проверкой. Директор бросил взгляд на часы на стене – 9:27. Он затянулся электронной сигаретой и включил интерком:

– Макс, сегодня в два часа ревизия из министерства. Срочно проверь по базе дела на всех недавно поступивших заключенных. – Он выделил голосом слова недавно поступивших. – Чтобы комар носа не подточил.

***

Инга Дедич работала журналистом в журнале «Акрополь», а вечерами занималась айкидо. Строгие брюки и блузка лишь подчеркивали ее идеально стройную фигуру. Шпана во дворе положила было на нее глаз, но после того, как однажды вечером, возвращаясь с тренировки, девушка переломала трем самым активным из них руки и ребра, ее оставили в покое.

В ванной перестала шуметь вода, и вскоре оттуда вышла Инга, ступая босыми ногами по прохладному полу. Бросив полотенце на стул, девушка принялась одеваться.

Она посмотрела на часы – 10:02. Визит в тюрьму «Эшнатон» назначен на одиннадцать. Благодаря ее стараниям «Акрополь» стал единственным журналом, получившим эксклюзивное право на интервью с заключенным в этой тюрьме нового поколения. Туда уже переводят заключенных из других тюрем города Дубрин, в котором живет и работает Инга, но почему-то только осужденных пожизненно или на долгий срок.

Она подумала об Алексе Коли, которого не видела уже пять дней. Этот репортер, известный сенсационными расследованиями, давно вскружил ей голову, и у них уже больше месяца страстный роман.

В последний раз они виделись в четверг на прошлой неделе, он был возбужден, словно в предвкушении какого-то очень важного события. Инга поняла, что Алекс отправится за очередной сенсацией, но расспрашивать о подробностях не стала – Коли этого не любит.

Вечером он не позвонил. Не звонил и в пятницу. Алекс не объявлялся, и, где его искать, Инга не представляла – за сенсацией он мог рвануть в любой город страны, у него всюду знакомые. Оставалось надеяться, что если у Алекса проблемы, то он, как всегда, решит их сам.

Девушка села в свой красный «порше» и погнала машину вдоль высотных многоквартирных домов. «Эшнатон» находится на другом конце города.

***

Кабинет директора тюрьмы расположился на третьем этаже. Марвел Гнот сидел за столом, глаза скользили по строчкам документов на экране монитора. Когда вошла Инга, Гнот поднялся ей навстречу, протягивая руку.

– Здравствуйте, госпожа Дедич.

– Добрый день, – приветствовала его девушка, отвечая на рукопожатие.

– Выпьете что-нибудь освежающее?

– Нет, благодарю. Я бы хотела сразу перейти к делу, если не возражаете.

Гнот кивнул.

– Конечно, одну минуту. – Он подошел к столу и нажал кнопку интеркома: – Клаус, выведите заключенного Дарвина Репи в комнату для свиданий. И передайте в морозильный блок, чтобы были готовы к визиту репортера.

Директор пригласил журналистку следовать за ним. Пухлая секретарша, из-за избытка косметики напоминавшая раскрашенного индейца на тропе войны, смерила Ингу ледяным взглядом, пройдясь глазами по ее фигуре, и продолжила набирать текст. Ее пальцы стучали по клавишам нарочито громко и быстро.

– Скажите, как вам удается содержать здесь пятнадцать тысяч человек? – спросила Инга в коридоре. – Ведь в здании только три этажа. Где располагаются камеры?

Губы директора изогнулись в кривой улыбке.

– Позвольте мне ответить после того, как вы закончите интервью.

Они вошли в комнату для визитов, и Инга увидела заключенного. Дарвин Репи хмуро смотрел то на нее, то на директора тюрьмы, то на оператора, стоявшего за пультом управления.

– Добрый день, – сказала Инга, садясь за стол.

Репи угрюмо кивнул в ответ. Его бледное, осунувшееся лицо заросло щетиной, глаза запали. Инга достала из сумочки брелок-диктофон и положила перед собой.

– Я представляю журнал «Акрополь» и хотела бы задать вам несколько вопросов.

– Валяйте, дамочка, – в голосе заключенного звучала неимоверная усталость, – мне хоть какая-то передышка.

Он закашлялся, но динамики исказили звук, и кашель превратился в утробный лай. Инга повернулась к директору с выражением крайнего неудовольствия на лице.

– Мне говорили, что вы предоставите заключенного, а не его изображение через веб-камеру. Интервью по Сети можно брать и сидя в редакции, а не ехать сюда через весь город.

– Уверяю вас, это именно то, о чем мы договорились с вашим руководством, – заметил директор. – Другой вариант интервью невозможен. У нас здесь тюрьма строгого режима, это ради вашей безопасности.

– Я все же настаиваю, чтобы Дарвина Репи привели сюда.

Директор поджал губы, затем, подумав, кивнул.

– Что ж, если вы настаиваете…

– Настаиваю.

– Тогда прошу за мной.

– Куда?

– Для начала придется вам кое-что показать.

– Да-да, дьявол тебя забери! – зло прокричал им вслед Репи с экрана широкого монитора. – Отведи ее в морозильный блок и не забудь нашатырный спирт, чтобы привести потом в чувство!

Директор сделал знак оператору, и экран с лицом заключенного погас.

Когда спустя десять минут они вернулись в комнату для визитов, лицо Инги было бледнее мела.

Она села на прежнее место, директор налил ей тоника из графина. Отпив, девушка со стуком поставила стакан на стол – рука ее дрожала. Она сделала над собой усилие и вновь посмотрела на экран, на лицо заключенного.

– Итак, господин Репи, – за что вы осуждены?

– Я изнасиловал и убил девять женщин, а также семилетнюю девочку, мэм.

– И как вы себя…? Каково это – быть здесь, в «Эшнатоне»?

Заключенный мрачно усмехнулся и посмотрел на директора.

– Думаю, он расскажет вам об этом лучше меня. Я могу лишь описать ощущения, а создатели все разъяснят вам подробно. Вам ведь для статьи нужно именно это.

Обычно колкая на ответы Инга в этот раз промолчала. Ей стало жаль этого человека и всех, кто здесь находится, чьи тела лежат в морозильном блоке подземного этажа. Однако еще больший ужас был в том, что она увидела там, помимо замороженных тел заключенных. Что-то такое, чего быть в «Эшнатоне» никак не должно.

К горлу подступил комок, верный предвестник тошноты. Инге стоило неимоверных усилий взять себя в руки. Сначала нужно закончить интервью, ради которого она приехала, а уж потом…

– Заключенный прав, – согласился Марвел Гнот. Он кивнул человеку за пультом: – Макс, расскажи о наших исправительных программах.

Оператор тоже улыбнулся, довольный возможностью покрасоваться перед репортером.

– Ну, – он по-простецки почесал грудь через рубашку, – здесь все просто. Сознание каждого заключенного извлекается из тела и после оцифровки записывается в память нашего сервера. Дальше вариантов множество. Но наиболее часто мы используем «Круги Ада» и «Чистилище». Огонь, заморозка, существование в виде деревьев, которые все чувствуют и осознают, и даже поджаривание живым на сковороде и вертеле.

1
{"b":"631979","o":1}