ЛитМир - Электронная Библиотека

Ника Солнышкина

Он ледяной

© Солнышкина Ника

© ИДДК

* * *

– Вам бы только смеяться, придурки, – беззлобно бросил высокий брюнет своим приятелям и привычным резким жестом толкнул тяжелую дверь бизнес-центра, открывая путь из душного офисного царства на улицу. Здесь, в лучах полуденного зимнего солнца, весело искрили свеженькие, как по заказу наметенные сугробы, а холодный воздух озорно щекотал ноздри.

Дверь как всегда послушно отлетела в сторону, чуть не задев худенькую фигурку в светлой искусственной шубке и шапке с большим помпоном. Благо хозяйка этих одеяний словно была готова к такой несправедливости судьбы, и в последний момент резко отпрыгнула в сторону, так что помпон закачался, будто пытаясь удержать равновесие на голове.

А вот набитые под завязку пакеты, которые девушка держала в руках, оказались менее удачливыми. После такого маневра они вырвались из ее маленьких ручек, выплюнув на начищенное крыльцо все содержимое: разноцветные елочные шарики и блестящую мишуру.

– Вот ведь! – воскликнула девушка и сложила руку в мохнатой варежке в кулак, собираясь продемонстрировать его невольному обидчику. Но, увидев, кто именно чуть не поставил ей шишку на лбу, испуганно убрала его за спину.

– Илья Петрович, подождите! – пропищала она и сделала шаг навстречу красавцу. – А вы сегодня…

Но Илья Петрович девчушку не заметил. Застегивая на ходу дубленку, он прошел мимо, продолжая что-то громко обсуждать с приятелями и весело хохотать.

– Ну, ладно, сама разберусь, – сказала она уже скорее себе, а не удаляющемуся Илье Петровичу и принялась торопливо собирать растерянное добро. Бережно сложив елочные украшения обратно в пакет, она склонила голову и юркнула в бизнес-центр. Помпон на шапке печально повис, словно намекая, что в голове, которую он призван украшать, сейчас роятся не самые радужные мысли.

А вот приятелям, которые и стали причиной этой маленькой неувязочки, по-прежнему было хорошо и весело. Они игриво скрипели тонкими подошвами дорогих ботинок по утоптанным снежным тропинкам и продолжали свой разговор.

– Выходит, чтобы сохранить удачу, вы должны каждый год со Снегурочками… это самое? – спросил самый младший из них, по виду вчерашний студент.

– Это самое, – передразнил его другой приятель, у которого из-под огромной меховой шапки выглядывал щедро усыпанный веснушками курносый нос. – Ты, Сашка, прям как девочка. Учись уж вещи своими именами называть. Секс у Илюхи должен с ними быть. Да, Илья?

Он повернул нос в сторону приятеля, подобострастно шевельнув кончиком.

– Ну, примерно так, Андрей, – рассмеялся тот. У него вообще было замечательное настроение. Настоящее, предновогоднее.

– Так, а как вы эту… ну… закономерность вывели? – не отступал Сашка.

По всему было видно, что тема ему эта крайне интересна. Глаза его блестели ничуть не хуже снежинок, которые продолжали медленно сыпаться с неба. Щеки раскраснелись, и что-то подсказывало, что виной тому вовсе не декабрьский морозец.

– Ох, молодежь, – немного кокетливо вздохнул Илья Петрович. Ему и самому-то едва ли было больше тридцати. – Ну уж так и быть. Идем, расскажу под жаркое.

Через полчаса Сашка знал все подробности отношений своего шефа со Снегурочками. Под салат пошла предыстория о бедных годах в начале пути. Суп ели, смакуя отношения с первой Морозовой внучкой. Илья ее случайно на улице встретил, когда она своего пьяного напарника в красной шубе в такси грузила.

– Ну а что мне было делать? Помог, – пожал плечами Илья Петрович. – А она мне потом благодарность всю ночь выражала. Но самое удивительное на следующее утро случилось, когда мне позвонили и предложили отдел возглавить. Прям с начала года. Получается, Снегурочка мне такой подарочек оставила. Вот я и решил судьбу не испытывать, а каждый год себе новую волшебницу искать. На счастье.

Он подмигнул Сашке и придвинул второе. Под жаркое хорошо вспоминались все Снегурочки, которые с тех пор неизменно украшали новогодние праздники Ильи Петровича.

– Не мог же я рисковать, – размышлял тот. – Кто знает, вдруг без них удача от меня отвернулась бы.

– Ну а потом-то, после того как… ну… что с ними было-то? – Сашка все-таки еще здорово терялся в компании старших товарищей.

– Ну, Сашка, ну ядрен батон, не жениться же ему на первой встречной, – ответил за товарища Андрей и снова покосился на него: – Ведь так, да, Илья?

Сам он был женат давно и надежно. Но рассказы друга о похождениях всегда слушал с неизменным удовольствием. Видимо, нередко представляя себя в них на месте главного героя. Особенно любил «новогоднюю серию», каждый раз ожидая новых скабрезных подробностей о том, что прячут Снегурочки под своими шубками. Было в этих рассказах что-то особенно волнующее. Сказка, что ни говори.

– Так в этом весь и интерес, – расплылся в довольной улыбке Илья Петрович. – Чтобы сказка не кончалась, нужно успеть начать и закончить, пока Снегурочка не сменила свой кафтанчик на обычную одежду. Я даже имя не спрашиваю, чтобы в чудо верить не переставать.

Он открыл книжечку со счетом и бросил в нее платиновую карточку. Снегурочки помогали. Дела у него неизменно шли в гору, так что ж не угостить друзей обедом?

* * *

Во время отсутствия Ильи Петровича работа в его кабинете кипела. Ветки двухметровой искусственной красавицы постепенно завешивали разноцветными игрушками. Теми самыми, которые совсем недавно так неловко просыпались из пакета.

– Ну, Настька, ты даешь, – подперев руками пышные бока, неодобрительно качала головой главный бухгалтер Софья Никаноровна. – Ну чего такую дребедень купила, а? Какие-то мишки, белочки. Илья Петрович у нас мужчина серьезный. И игрушки такие же должны быть. Шары ему нужны! Как ни крути, идеальная фигура.

– Да что вы! – хмыкнула секретарша Леночка. – Он и со своими-то идеальными фигурами управиться не может. Уже и не знает, к кому их подкатить. Козлов ему купить надо было вместо белочек.

Она как раз вешала на верхушку большую звезду, балансируя на табуретке. И это давало ей уникальную возможность смотреть на бухгалтера сверху вниз.

– А ты, Ленка, не в свое дело не суйся, – отчитала ее Софья Никаноровна. – На работе Илья Петрович себе ничего лишнего не позволяет, так что и тебе, дуре, рассчитывать не на что. А что он к кому-то в свободное время подкатывает, это не твоего ума дело.

Настасья, так ловко избежавшая сегодня столкновения с дверью, лишь вздохнула. Все эти разговоры были ей неприятны примерно так же, как соль, просыпанная на ранку. Одинаково больно было слышать и о любовных похождениях шефа, и о том, что на работе он ни-ни.

Хотя что уж там скрывать, даже будь Илья Петрович не таким принципиальным – и то вряд ли бы обратил внимание на скромного щупленького младшего ассистента отдела продаж. Пусть даже и сильно влюбленного. Скорее, повезло бы Ленке. Вон она какая яркая, красивая, да еще и с твердой «троечкой», постоянно норовящей выглянуть из декольте.

Вот на ее месте Настасья непременно стала бы грезить о чем-то вроде сумасшедших поцелуев с боссом, головокружительных признаниях и страстных ночах. Но она по-прежнему оставалась на своем, и мечты были гораздо целомудреннее. Вот бы пришел Илья Петрович, увидел эту елку и, насмешливо прищурив глаза, хмыкнул:

– А что, оригинально. И кто, позвольте узнать, автор этой красоты?

От такого задорного взгляда, которым босс иногда радовал своих подчиненных, Настасья мигом покрывалась мурашками. А потом, лежа в своей девичьей постели, вспоминала его, и все тело волновалось, а внизу живота сладко ныло.

Но время обеда заканчивалось, а Илья Петрович все не возвращался.

– Ну, девочки, закончили и расходимся, – скомандовала Софья Никаноровна.

Настасья бросила последний взгляд на елку, увешанную яркими зверюшками, и побрела к выходу. Вот, даже увидеть его еще разок не получилось. Жаль.

1
{"b":"632998","o":1}