ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

И не успел он произнести эти слова, которые сэр Гай не посмел прервать, приняв их за последнее покаяние, как почувствовал, что в тело его вливаются новые силы; он повернул свой меч острием к врагу, и пока тот искал, как бы отклонить его, Робин вскочил на ноги; теперь он был свободен в движениях и стоял на ногах посреди дороги. Битва, прервавшаяся было на мгновение, возобновилась с новой силой, но победа повернулась лицом к Робину. Сэр Гай выронил из рук оружие и упал, не вскрикнув: клинок вошел ему в грудь — он был мертв. Возблагодарив Бога за то, что он послал ему победу, Робин убедился в том, что сэр Гай действительно испустил последний вздох. Разглядывая лицо норманна, Робин вспомнил, что этот человек явился сюда не один, а привел с собой целый отряд и что этот отряд, спрятавшись где-то неподалеку в лесу, ждет сигнала его охотничьего рога.

«Думаю, будет благоразумно, — сказал себе Робин, — пойти посмотреть, не солдаты ли барона Фиц-Олвина эти храбрецы, и своими глазами убедиться, получат ли они удовольствие, узнав о моей смерти. Я надену наряд сэра Гая, отрублю ему голову и вызову сюда его терпеливых товарищей».

Робин Гуд снял с тела убитого основные части его наряда, не без некоторого отвращения натянул их на себя и, покрыв плечи лошадиной шкурой, стал неотличимо похож на сэра Гая.

Переодевшись и сделав так, чтобы голову сэра Гая с первого взгляда узнать было невозможно, Робин Гуд протрубил в рог.

В ответ раздались победные кличи, и Робин Гуд бросился в ту сторону, откуда доносились радостные голоса.

— Прислушайтесь, прислушайтесь как следует, — воскликнул Фиц-Олвин, приподнимаясь, — это рог сэра Гая?

— Да, милорд, — ответил один из людей рыцаря, — ошибки тут быть не может, у рога моего хозяина совсем особенный звук.

— Значит, победа! — воскликнул старый лорд. — Храбрый и достойный сэр Гай убил Робин Гуда.

— Целая сотня сэров Гаев не смогла бы убить Робин Гуда, сражаясь с ним честно и один на один, — прорычал бедный Джон, хотя смертельная тревога сжала ему сердце.

— Замолчите, длинноногий дурак! — грубо приказал барон. — И если у вас хорошие глаза, взгляните на тот край поляны и вы увидите, что победитель вашего презренного главаря, доблестный сэр Гай Гисборн, бегом направляется к нам.

Джон приподнялся и, как и говорил барон, увидел йомена, наполовину скрытого под лошадиной шкурой. Робин так хорошо изображал походку рыцаря, что Джон узнал в нем того человека, которого он оставил наедине со своим другом.

Крик бессильного бешенства вырвался из его груди.

— Ах, разбойник, ах, нехристь! — в отчаянии воскликнул Джон. — Он убил Робин Гуда! Он убил самого храброго сакса во всей Англии! Отмщение! Отмщение! Отмщение! У Робин Гуда есть друзья, и в графстве Ноттингем найдется сотня рук, чтобы отомстить его убийце!

— Молись, собака! — закричал барон. — И оставь нас в покое; твой главарь умер, и тебя ждет та же участь. Молись, и постарайся избавить свою душу на том свете от мук, которые на этом ждут твое тело. Ты что думаешь, мы будем к тебе милостивее от твоих тщетных угроз благородному рыцарю, очистившему землю от бесчестного разбойника? Подойди, храбрый сэр Гай, — продолжал лорд Фиц-Олвин, обращаясь к Робин Гуду, который быстро приближался к ним, — ты заслужил все наши похвалы и всю нашу признательность: ты остановил разбой на нашей земле, ты убил человека, которого внушаемый им ужас объявил непобедимым, ты убил знаменитого Робин Гуда! Проси у меня награду за свою услугу: я согласен пустить для тебя в ход свое влияние при дворе, обещаю тебе поддержку и вечную дружбу. Проси чего хочешь, благородный рыцарь, я все готов тебе отдать.

Робин с одного взгляда оценил положение. Свирепые взгляды, которые бросал на него Джон, еще яснее, чем благодарные речи старого лорда, показывали, что его узнать было просто невозможно.

— Я не заслуживаю такой благодарности, — ответил Робин, стараясь как можно точнее подражать голосу рыцаря. — Я убил в честном бою того, кто напал на меня, и, раз уж вам угодно, дорогой барон, чтобы я сам назвал награду за мою победу, я прошу вас разрешить мне в благодарность за оказанную нам услугу сразиться с тем негодяем, которого вы схватили: он так и пожирает меня глазами, и мне это надоело; а потому я отправлю его на тот свет в общество его милого друга.

— Как вам будет угодно! — ответил лорд Фиц-Олвин, радостно потирая руки. — Убейте его, если хотите, его жизнь принадлежит вам.

Голос Робин Гуда не мог обмануть Маленького Джона. Страшная тяжесть, давившая ему на сердце, исчезла, и он спокойно вздохнул.

Робин подошел к Джону, за ним последовал барон.

— Милорд, — со смехом обратился к нему Робин, — оставьте, прошу вас, меня с этим негодяем одного; я совершенно уверен, что страх постыдной смерти развяжет ему язык и заставит открыть мне тайну лесного убежища их шайки. Отойдите, и людей удалите, а то я обойдусь с любопытными так же, как с тем человеком, которому принадлежит эта голова.

И с этими словами Робин Гуд бросил свою кровавую добычу в руки лорда Фиц-Олвина. Старик в ужасе вскрикнул, а обезображенная голова сэра Гая упала на землю и покатилась в пыль.

Солдаты в страхе поспешили отойти.

Оставшись вдвоем с Маленьким Джоном, Робин Гуд поспешил перерезать веревки, которыми тот был связан, вложил ему в руки лук и стрелы сэра Гая, а потом затрубил в рог.

И не успело его звонкое пение наполнить лесную чащу, как раздались грозные голоса, ветви деревьев с шумом раздвинулись, пропуская сначала Красного Уилла, лицо которого в эту минуту было краснее меди, а за ним — отряд лесных братьев с обнаженными мечами.

Это появление лесных братьев потрясло шерифа подобно грому: ему показалось, что он спит и видит сон. Он ничего не видел и ничего не слышал, а жуткий страх сковал все его члены. Целую минуту, показавшуюся ему вечностью, он ничего не мог понять, потом шагнул к тому, кого принял за норманнского рыцаря, и оказался лицом к лицу с Робином, который сбросил лошадиную шкуру и, стоя с обнаженным мечом в руке, держал на почтительном расстоянии от себя солдат, потрясенных не менее барона.

Лорд Фиц-Олвин, сжав зубы, не произнеся ни слова, круто повернулся и, забыв отдать приказ своим солдатам, вскочил в седло и унесся во весь опор.

Солдаты, увлеченные столь достойным подражания примером, повторили маневр барона и галопом умчались вслед за ним.

— Пусть тебя черти когтями раздерут! — разъяренно воскликнул Джон. — И твоя трусость тебя не спасет: моя стрела летит быстрее!

— Не стреляй, Джон, — сказал Робин, удерживая руку друга, — ты же видишь, что по естественному закону этому человеку осталось мало жить, зачем укорачивать на несколько дней жизнь старика? Пусть он живет со своими угрызениями совести, в тоскливом одиночестве и бессильной ненависти.

— Послушайте, Робин, не могу я так отпустить этого старого разбойника, позвольте мне дать ему добрый урок; пусть у него останется воспоминание об этой прогулке в лес; я его не убью, слово даю.

— Пусть будет по-твоему, но тогда стреляй поскорее, потому что он сейчас скроется за поворотом.

Джон выстрелил, и судя по тому, как барон подпрыгнул в седле и как поспешно стал вытаскивать стрелу из места, куда она вонзилась, стало ясно, что благородный лорд еще долго не сможет сидеть верхом и спокойно отдыхать в кресле.

Маленький Джон признательно пожал руки своего спасителя; Уилл попросил Робина рассказать о его подвигах, и остаток этого памятного дня прошел радостно и беззаботно.

XI

Для барона Фиц-Олвина Робин Гуд был кошмаром его жизни, а настойчивое желание сполна отомстить за все унижения, которые причинил ему этот молодой человек, ни на минуту не переставало мучить его. Каждый раз враг побеждал его, что .не мешало барону до нападения и уже после поражения клясться, что он изничтожит всю шайку проклятых разбойников.

Наконец барон вынужден был признать, что силой он никогда Робина не возьмет, и решил прибегнуть к хитрости. После долгих размышлений он составил план, дававший ему надежду найти способ мирным путем заманить Робин Гуда в свои сети. Не теряя ни минуты, он послал за одним богатым торговцем из Ноттингема и поверил ему свои замыслы, посоветовав ни в коем случае ни с кем ими не делиться.

113
{"b":"6330","o":1}