ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Дорога Теней
Calendar Girl. Лучше быть, чем казаться (сборник)
Lykke. В поисках секретов самых счастливых людей
Главный бой. Рейд разведчиков-мотоциклистов
Одно воспоминание Флоры Бэнкс
Изумрудный атлас. Книга расплаты
Академия темных. Преферанс со Смертью
Его женщина
Империя бурь
A
A

– А Пьер ее разочаровал? – спросил Матиас.

– Да, – сказала Жюльет. – Пьер уже ни на что не обращает внимания, во всяком случае на нее. Только разговаривает. Беседует, как говорит София, и часами читает газеты, не поднимая головы, когда она проходит мимо. Кажется, на него это находит с самого утра. Я, конечно, сказала, что это нормально, но ей с того не легче.

– Ну и что? – сказал Люсьен. – Чего вы хотите? Если она отправилась прогуляться со своим приятелем-греком, какое нам дело!

– А как же рагу с грибами? – упрямо твердила Жюльет. – Она бы меня предупредила. Так или иначе, я предпочла бы знать, где она. Так мне было бы спокойнее.

– Дело даже не в рагу, – сказал Марк, – а в дереве. Не знаю, можем ли мы сидеть сложа руки, когда женщина исчезает без предупреждения, ее мужу наплевать, а в саду вырастает дерево. Это уж слишком. Что ты скажешь, комиссар?

Арман Вандузлер поднял свою смазливую физиономию. Он выглядел как полицейский. Сосредоточенный взгляд, ушедший куда-то под брови, внушительный, угрожающий нос. Марк знал это выражение. У крестного было такое подвижное лицо, что он научился узнавать различные регистры его мыслей. Низкие басовые тона – его близнецы и женщина, исчезнувшие в неизвестном направлении, средние – полицейские дела, в верхнем регистре – девчонка, которую дядя задумал соблазнить. Это если упрощать. Но иногда все перемешивалось, тогда разобраться было сложнее.

– Я обеспокоен, – сказал Вандузлер. – Но сам я мало что могу предпринять. Насколько я могу судить, Пьер Реливо не станет откровенничать с первым попавшимся старым продажным полицейским. Ни за что не станет. Такой человек подчинится только официальной власти. Однако надо выяснить.

– Что? – спросил Марк.

– Выяснить, сообщила ли София мужу причину своего отъезда, если да, то какую, и узнать, есть ли что-нибудь под деревом.

– Вы опять за свое! – вскричал Люсьен. – Под чертовым деревом ничего нет! Ничего, кроме глиняных трубок восемнадцатого века! Причем битых…

– Под деревом ничего не было, – уточнил Вандузлер. – А… теперь?

Жюльет в недоумении переводила взгляд с одного на другого.

– О каком дереве вы говорите? – спросила она.

– О молодом буке возле задней стены у нее в саду, – сказал Марк нетерпеливо. – Она нас попросила выкопать под ним яму.

– Бук? Новое деревце? – удивилась Жюльет. – Но Пьер сам мне говорил, что велел посадить его, чтобы прикрыть стену!

– Смотри-ка, – сказал Вандузлер, – это совсем не то, что он говорил Софии.

– Зачем ему понадобилось сажать ночью дерево и скрывать это от жены? Просто чтобы ее напугать? Какая-то дурацкая извращенность, – сказал Марк.

Вандузлер повернулся к Жюльет.

– София больше ничего не рассказывала про Пьера? Может, у нее появилась соперница?

– Она об этом знать не знает, – сказала Жюльет. – Пьер иногда подолгу пропадает по субботам и воскресеньям. Проветривается. Во все эти разговоры насчет проветривания верится с трудом. Вот и ей не верится. Меня, например, хоть это не беспокоит. Так что нет худа без добра.

Она рассмеялась. Матиас, по-прежнему застывший, не сводил с нее глаз.

– Надо разобраться, – сказал Вандузлер. – Я попробую встретиться с мужем, что-нибудь из него вытянуть. Святой Лука, ты завтра на занятиях?

– Его зовут Люсьен, – пробормотал Матиас.

– Завтра суббота, – сказал Люсьен. – У святых, у солдат в увольнении и у многих прочих это выходной.

– Вы с Марком будете следить за Пьером Ре-ливо. Он человек занятой и осторожный. Если у него есть любовница, скорее всего он поместил ее в классический раздел суббота – воскресенье. Вы уже за кем-нибудь следили? Знаете, как это делается? Нет, конечно. Не считая ваших исторических расследований, вы ни на что не годны. И однако три ищейки во Времени, способные уловить в свои сети неуловимое прошлое, должны быть способны идти по следу и в настоящем. Если, конечно, настоящее вам не противно?

Люсьен скорчил гримасу.

– А как же София? – сказал Вандузлер. – Вам на нее плевать?

– Разумеется, нет, – сказал Марк.

– Вот и отлично. Святой Лука и святой Марк, вы будете водить Реливо на поводке весь уикенд. Глаз с него не спускайте. Святой Матфей работает, пусть сидит в своей бочке с Жюльет. Однако пусть держит ухо востро, мало ли что. Ну а дерево…

– Что же делать? – сказал Марк. – Мы не можем снова прикинуться муниципальными рабочими. Ты ведь не думаешь в самом деле, что…

– Все возможно, – возразил Вандузлер. – С деревом придется действовать напрямик. Легенек нам подойдет. Он крепкий малый.

– Кто такой Легенек? – спросила Жюльет.

– Один тип, мы с ним сыграли немало потрясающих партий в карты, – сказал Вандузлер. – Даже изобрели невиданную игру под названием «китобоец». Потрясающе. Он знает толк в морском деле, в молодости был рыбаком. Знаете, ловил рыбу в Ирландском море. Потрясающе.

– И при чем здесь картежник из ирландских морей? – спросил Марк.

– Этот рыбак-картежник стал полицейским.

– Вроде тебя? – спросил Марк. – Ловил рыбку в мутной воде?

– Вовсе нет. Поэтому он все еще полицейский. Теперь даже главный инспектор комиссариата тринадцатого округа. Один из немногих, кто, когда меня вытурили, заступался за меня. Но сказать ему сам я не могу, это поставит его в неловкое положение. Имя Вандузлера в этом заведении еще не забыли. Пусть этим займется святой Матфей.

– И под каким же предлогом? – возмутился Матиас. – Что я скажу этому Легенеку? Мол, одна дама не вернулась домой, а муж и в ус не дует? До введения нового порядка любой взрослый свободен идти куда ему заблагорассудится, без того чтобы в дело вмешивалась полиция, черт побери.

– Предлог? Нет ничего проще. Мне кажется, недели две тому назад трое типов копались у дамы в саду, выдав себя за муниципальных рабочих. Мошенничество. Вот превосходный предлог. Ты сообщишь ему другие подробности, и Легенек поймет с полуслова. Он примчится.

– Спасибо, – сказал Люсьен. – Комиссар убеждает нас идти копать, а потом натравливает на нас полицейских. Великолепно.

– Раскинь мозгами, святой Лука. Я натравливаю на вас Легенека, это не одно и то же. Матиас не должен называть имена землекопов.

– Легенек сам их узнает, раз он такой ловкий!

– Я не говорил, что он ловкий, я сказал, что он – крепкий малый. Но имена он и правда узнает, потому что я их ему скажу, только позже. Если будет необходимо. Я скажу тебе, когда вмешаться, святой Матфей. А пока, я полагаю, Жюльет устала.

– И то правда, – сказала она, поднимаясь. – Пойду домой. В самом деле, нужно ли впутывать сюда полицию?

Жюльет посмотрела на Вандузлера. Его слова, казалось, ее приободрили. Теперь она улыбалась ему. Марк взглянул на Матиаса. Красота крестного была старой, она немало послужила, но все еще работала. Что могут неподвижные черты Матиаса против старой, потрепанной, но действенной красоты?

– Думаю, – сказал Вандузлер, – главное сейчас – идти спать. Завтра утром я загляну к Пьеру Реливо. После чего эстафету примут святой Лука и святой Марк.

– Боевое задание, – сказал Люсьен.

И улыбнулся.

13

Вандузлер, забравшись на стул, высунулся в форточку и наблюдал за пробуждением дома справа. Западный фронт, как говорил Люсьен. Этот малый в самом деле неуравновешенный. Хотя он, говорят, написал несколько серьезных книжек о неизвестных сторонах той заварушки четырнадцатого – восемнадцатого. Как только можно интересоваться подобным старьем, когда в любом саду происходят потрясающие истории? Впрочем, возможно, это тоже расследование.

Может, стоит постараться не называть их больше святыми такими и сякими. Это их раздражает, ясное дело. Они уже не пацаны. Да, но его-то это забавляет. Даже больше чем забавляет. А до сих пор Вандузлер никогда не отказывался от того, что доставляло ему удовольствие. Он еще поглядит, что они сумеют разнюхать о настоящем, эти три ищейки во Времени. Искать так искать, какая разница между жизнью охотников-собирателей, монахов-цистерцианцев, рядовых пехотинцев и жизнью Софии Симеонидис? А пока следует держать под наблюдением Западный фронт, дожидаться пробуждения Пьера Реливо. Ждать, верно, долго не придется. Малый не из тех, кто любит поваляться в постели. Он прилежный и энергичный тип, довольно занудная разновидность.

11
{"b":"634","o":1}