ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Книга о потерянном времени: У вас больше возможностей, чем вы думаете
Рой
Великие Спящие. Том 1. Тьма против Тьмы
Убыр: Дилогия
Мир-ловушка
Бесстрашие. Мудрость, которая позволит вам пережить бурю
Конфедерат. Ветер с Юга
Очаровательная девушка
Бывшие «сёстры». Зачем разжигают ненависть к России в бывших республиках СССР?
A
A

– Знаешь, парень, тебе, можно сказать, повезло, – промолвил Сунь У-кун. – Да и мне это дело нравится. Здорово получилось! Тебе незачем далеко ходить и тратить зря деньги. Мы – не какие-нибудь никчемные монахи или паршивые даосы. Что-нибудь придумаем. Нам ничего не стоит усмирить любого волшебника. Не зря говорится: «И врачу дал работу и сам выздоровел». Спокойно возвращайся домой и доложи своему хозяину, что сюда пришел монах из Китая, который является побратимом самого императора и идет в Индию поклониться Будде и привезти оттуда священные книги. Передай ему также, что мы отлично умеем расправляться с волшебниками и оборотнями.

– Смотри, не обманывай меня, – предупредил Гао Цай, – ведь мне и без того тошно. А если вы не сможете усмирить волшебника, мне лишний раз придется сносить оскорбления.

– Никто и не думает тебя обманывать! – возразил Сунь У-кун. – Ты лучше проводи нас к своему дому.

Парень взвалил на спину узел, взял зонт и повернул обратно. Приведя их к дому, он сказал:

– Вы, почтенные, посидите пока на скамеечке у коновязи, а я пойду доложу о вас хозяину.

Тут только Сунь У-кун выпустил его руку, положил вещи на землю и, привязав коня, сел вместе с учителем у ворот. Между тем Гао Цай вошел во двор, прошел прямо в центральное помещение и тут лицом к лицу столкнулся с хозяином.

– Ах ты скотина мерзкая! – увидев его, сердито заорал хозяин. – Почему ты не отправился на поиски монаха? Зачем вернулся?

– Разрешите доложить, – промолвил Гао Цай, опуская на землю узел и зонт. – Не успел я выйти из деревни, как сразу же повстречал двух монахов. Один ехал верхом, другой нес вещи. Вдруг один из монахов схватил меня за руку и стал расспра шивать, куда я иду. Сначала я ничего не хотел говорить, но он так крепко держал меня, что я не в силах был освободиться и решил рассказать ему о вашем деле. Услышав это, он очень обрадовался и сказал, что может усмирить нашего волшебника.

– А откуда они пришли? – спросил хозяин.

– Говорят, что из Китая, – отвечал Гао Цай. – Один из них побратим самого императора. Император послал его в Индию поклониться Будде и привезти оттуда священные книги.

– Раз они из дальних мест, – заметил хозяин, – то вряд ли смогут что-нибудь сделать. Где они сейчас? – спросил он.

– Ждут у ворот.

Тут староста поспешил переодеться и вместе с Гао Цаем вышел встретить гостей.

– Почтенный отец! – произнес он, выйдя за ворота.

Трипитака обернулся и увидел перед собой хозяина дома.

На голове у него была повязка из черного шелка, халат из сычуаньского шелка был светло-зеленого цвета, туфли сделаны из мягкой кожи. Пояс был темно-зеленый. Приветливо улыбаясь, хозяин пошел навстречу гостям:

– Прошу, уважаемые священнослужители, принять мои поклоны, – промолвил он.

Трипитака ответил на приветствие, но Сунь У-кун продолжал неподвижно стоять, а хозяин, увидев безобразную обезьяну, не решился даже поклониться ей.

– Почему же вы меня не приветствуете? – спросил Сунь У-кун.

Хозяин испугался и, подозвав к себе Гао Цая, напустился на него. – Что ж ты, мерзавец, погубить меня хочешь, что ли? Хватит с нас одного безобразного чудовища – зятя, от которого мы никак не можем избавиться, так надо было тебе приводить еще Бога грома, от которого добра не жди!

– Почтенный отец! – вмешался тут Сунь У-кун. – Про – жил ты много, а ничему не научился. Неужели ты не понимаешь, что нельзя судить о человеке по внешнему виду? Я, конечно, безобразен, что и говорить, но зато умею кое-что делать. Могу, например, справиться с обосновавшимся в вашем селе волшебником – вашим зятем, и вернуть вам дочь, умею вылавливать всяких чертей и оборотней. Все это хорошо, не правда ли? Зачем же ругать меня за мое безобразие?

Услышав все это, хозяин задрожал от страха, однако, набравшись духу, пролепетал:

– Пожалуйста, входите!

Сунь У-кун велел Гао Цаю нести вещи, а сам взял под уздцы коня и вместе с Трипитакой вошел во двор. Не считаясь ни с какими приличиями, он привязал коня к столбу около парадного помещения, взял какое-то потертое кресло, предложил Трипитаке сесть, а для себя взял другое кресло и сел рядом.

– Однако этот молодой монах не отличается особой вежливостью, – заметил хозяин.

– Вот если бы ты оставил меня пожить здесь с полгодика, тогда не то еще увидел бы, – отвечал Сунь У-кун.

Когда все, наконец, уселись, хозяин обратился к своим гостям:

– Мой работник сказал мне, что вы прибыли из Китая, это правда?

– Совершенно верно, – подтвердил Трипитака. – Мы идем по указу императора в Индию, чтобы поклониться Будде и попросить у него священные книги. Проезжая мимо вашего селения, мы решили попроситься на ночлег, а завтра снова двинемся в путь.

– Если вы думали здесь только переночевать, то как могли рассчитывать поймать волшебника? – удивился хозяин.

– Ну и что же! – сказал Сунь У-кун. – Для нас выловить за одну ночь даже нескольких оборотней – пустое дело. Сколько их у вас в доме?

– О небо! – взмолился старый Гао. – Он еще спрашивает сколько? Да один зять и тот замучил до смерти.

– Ну-ка расскажите нам поподробнее все, что знаете про этого волшебника, – попросил Сунь У-кун. – Какими чарами он действует? А потом мы постараемся схватить его.

– В нашей деревне, – начал хозяин, – никогда не водились ни духи, ни оборотни, ни черти, словом, никакая нечисть, никогда мы не терпели от них бедствий. Однако должен признаться, что в жизни мне не везло. Небо не послало мне ни одного сына, родились три дочери: старшая Сянь-лань – Душистая орхидея, средняя – Юй-лань – Жемчужная орхидея, и младшая – Цуй-лань – Бирюзовая орхидея. Двух старших я еще в детстве просватал за жителей нашей деревни, а для младшей хотел найти мужа, который поселился бы в нашем доме и помогал мне вести хозяйство. И вот три года назад в деревне появился парень. С виду он был хорош собой, сказал, что он житель гор Фулиншань и что фамилия его Чжу. Парень рассказал, что ни родителей, ни родственников у него нет и он хотел бы войти в чью-нибудь семью в качестве зятя. Раз этот парень ничем не связан, подумал я, то пусть станет моим зятем. Поселившись у нас в доме, парень проявил необычайное усердие. Для пахоты и боронования ему не нужно было ни вола, ни плуга. Урожай он тоже собирал без всяких серпов и без ножей. Уходил в сумерки, а возвращался на следующий день. И все, казалось, шло хорошо, если бы не одно дело. Лицо его стало меняться.

– Как это меняться? – спросил Сунь У-кун.

– Ну, первое время он был парень как парень, правда, толстоват и черноват, а потом рот и уши у него начали увеличиваться и он стал походить на какого-то дурня. Шея его покрылась щетиной, он стал каким-то неуклюжим, даже страшным, а голова его превратилась в настоящую свиную морду. Ел он так, что за один раз нужно ему было пять доу каши. А утром, чтобы слегка закусить, он съедал не меньше ста лепешек. Хорошо еще, что он ест только растительную пищу. А если бы он потребовал мяса, то от моего добра за каких-нибудь полгода ничего бы не осталось.

– Видимо, он ест так много потому, что хорошо работает, – заметил Трипитака.

– Это еще можно было терпеть, – сказал старый Гао. – Но он начал напускать облака и туманы, вызывать ветер такой сильный, что в воздухе кружил песок и летали камни. Он запугал нашу семью, даже соседи не знают покоя. А мою Цуй – лань он запер в заднем помещении, и вот уже полгода мы ее не видели. Мы даже не знаем, жива она или нет. Теперь мы поняли, что этот парень – волшебник. Уж вы, пожалуйста, господа хорошие, выгоните его отсюда.

– Ничего трудного в этом нет, – сказал Сунь У-кун. – Вы можете быть совершенно спокойны, почтенный хозяин. Сегодня ночью я поймаю этого волшебника, заставлю его отказаться от брачного договора и вернуть вам дочь. Как вы на это смотрите?

– То, что он стал моим зятем, – еще полбеды, – обрадованно сказал хозяин. – Но он опорочил мое доброе имя, отпугнул всех моих родственников. Только бы поймать его, что там говорить о брачном контракте. Надо уничтожить его, и дело с концом.

91
{"b":"6344","o":1}