ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A
Как яшма, дымно стынут облака,
И мох зеленый покрывает скалы,
Встают утесы каменной грядой:
Дорога вьется через перевалы.
Пернатых крики. Визги обезьян…
Луань и феникс пляшут прихотливо.
Под солнцем вдруг зазеленел бамбук,
Пригрета солнцем, распустилась слива.
Но что там под утесами сейчас
И что в потоках, мчащихся в теснинах?
В тени утесов снег лежит горой,
Вода потоков – вся в тяжелых льдинах.
В двух рощах сосны с кедрами встают,
В своей красе, извечно горделивой, –
На склонах чая горного кусты
Краснеют одинаково красиво.

Долго не мог налюбоваться Великий Мудрец горными видами. Но наконец он оторвался от этой великолепной картины и быстро направился ко входу в пещеру.

– Эй вы, бесы! – громко крикнул он. – Бегите скорее к своему хозяину, если вам дорога жизнь, и доложите, что сюда прибыл ученик святейшего Танского монаха – Великий Мудрец, равный небу, – Сунь У-кун. Скажите ему, чтобы он немедленно освободил моего учителя!

Духи опрометью бросились в пещеру.

– Великий дух, – промолвили они, – к пещере подошел какой-то монах. Он весь оброс волосами, морда у него крючком. Он назвал себя Великим Мудрецом, равным небу, – Сунь У-куном, и требует, чтобы ему выдали Танского монаха.

– Вот и хорошо, что он явился сюда, – выслушав их, сказал дух, обрадовавшись. – С тех пор как я спустился из своих небесных чертогов на землю, мне еще ни разу не приходилось драться; а он вполне достойный противник для меня.

И он приказал своим слугам подать ему оружие. Слуги бросились выполнять его приказ и быстро притащили огромное стальное копье длиной в два чжана.

– Ну, вот что, ребятки! – обратился к ним дух. – Выстраивайтесь и следуйте за мной! Тот, кто выступит в первых рядах, – будет награжден. Тех же, кто попытается отступить, – я казню.

Подчиненные последовали за ним и вышли из пещеры.

– Кто здесь Сунь У-кун? – заорал дух.

Сунь У-кун выскочил откуда-то со стороны и посмотрел на духа. Что за безобразный вид был у этого чудовища!

Единственный рог был изогнут,
Поблескивал яростный взор
И лоснились черные уши,
Вставал на макушке бугор.
Из пасти, раскрытой широко,
Болтался, свисая, язык,
И зверь языком своим длинным
Облизывать морду привык.
Из гнусной разинутой пасти,
Желтея, торчали клыки,
А шкура была темно-синей,
Как сталь, были мышцы крепки.
Не тот носорог он, чья кожа
Блестящей и темной была,
Такой, что в реке полуночной
Свой цвет отразить не могла.
Серпа золотого на небе
Для облачной жатвы не брал,
И буйволу не был подобен,
Который в упряжке пахал.
Не мог он распахивать поле,
Как буйвол, при свете луны,
Но были великие силы
Ему для обманов даны.
Он мог бы обманывать небо.
Земли потрясал он покой,
Стальное копье подымал он
Костлявою синей рукой.
Тому, кто увидит воочью
И облик ужасный и рог,
Возможно узнать, что названье
Чудовищу – князь Носорог.

– Твой почтенный дед – Сунь У-кун здесь, – сказал Сунь У-кун, выступив вперед. – Сейчас же освободи моего учителя тогда никто из вас не пострадает. Если же ты вздумаешь ослушаться, то я расправлюсь с тобой так, что и костей твоих не соберут.

– Ах ты наглая, дерзкая обезьяна! – крикнул разгневанный дух. – Да как ты смеешь так разговаривать со мной! Какой вред можешь ты мне причинить?!

– Ты – мерзкое чудовище! – заорал в свою очередь Сунь У-кун. – Ты еще не знаешь, на что я способен!

– Твой учитель украл у меня одежду! – продолжал кричать дух: – И я поймал его на месте преступления. За это я поджарю его и съем. А ты что за герой, как смел явиться сюда и требовать, чтобы я его освободил?

– Мой учитель – монах необычайной честности и добродетели, – сказал на это Сунь У-кун. – Как же ты можешь обвинять его в том, что он украл вещи у такой нечисти, как ты?

– На горной дороге я создал видимость селения, а твой учитель проник туда и, обуреваемый духом стяжательства, вместе со своими учениками украл у меня три безрукавки, которые они тут же надели. Я поймал их на месте преступления. Но раз ты говоришь, что обладаешь какими-то способностями, давай померяемся силами. Если в течение трех схваток удастся одолеть меня, я сохраню жизнь твоему учителю. Ну, а в противном случае отправлю и тебя в царство мрака.

– Низкое ты чудовище! – с усмешкой отвечал Сунь У-кун. – Не следовало бы тебе лезть на рожон. Но раз ты сам этого желаешь, мне остается только радоваться. Выходи-ка поскорее и отведай моего посоха!

Но разве мог он устрашить духа! Тот смело выступил вперед и, подняв свою стальную пику, ринулся на противника. И тут между ними разгорелся отчаянный бой.

С высоты обрушивал удары
Посох в золоченых ободках,
Длинное копье в бою встречало
Посоха летящего размах.
Посох с золотыми ободками
Молнии подобился в бою,
С блеском ослепительным разящей
Золотую злобную змею.
А копье подобилось дракону,
Выходящему из черных вод;
Громко духи били в барабаны,
И рядами охраняли вход.
Выстроились в боевых порядках…
Что за сила грозная была!
Проявлял Мудрец Великий доблесть.
Совершал геройские дела.
Но и демон бился беспримерно,
Направляя длинное копье.
А Мудрец показывал в сраженье
Дарованье чудное свое.
Утверждать поистине возможно,
Что с героем встретился герой:
Первый выдыхал и дым и пламя,
Радугою ослеплял второй.
Встречей двух противников достойных
Оказался смертный этот бой:
Только из-за Танского монаха
Спорили они между собой.

Уже раз тридцать схватывались противники друг с другом, однако так и нельзя было сказать, на чьей стороне перевес. Дух, видя, что Сунь У-кун действует своим посохом по всем правилам военного искусства и даже близко не подпускает к себе, не удержался, чтобы не высказать своего одобрения противнику.

– Вот молодец обезьянка! – крикнул он. – Теперь понятно, что благодаря своим способностям ты мог нарушить покой даже в небесных чертогах.

Сунь У-куну тоже понравилось, как ловко орудует противник своим копьем, легко отражая удары.

– Молодчина дух! – крикнул в свою очередь Сунь У-кун. Теперь я вижу, что ты и есть тот дух, который выкрал пилюлю бессмертия.

122
{"b":"6345","o":1}