ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Бодисатва велела Муче немедленно ввести Ша-сэна, стоявшего за ворогами.

Войдя, Ша-сэн повалился в ноги бодисатве, совершил положенное число поклонов, а затем поднял голову и только собрался было рассказать, что с ним произошло, как вдруг увидел Сунь У-куна. Ни слова не говоря, он схватил свою волшебную палицу, покоряющую злых духов, и бросился на Сунь У-куна. Но Сунь У-кун не стал драться, а лишь уклонился в сторону. Тогда Ша-сэн стал ругать его:

– Я тебе покажу, подлая обезьяна, совершившая все десять злодейских преступлений! – кричал он. – Ты явился сюда не иначе, как обмануть или провести бодисатву!

Но тут вмешалась сама Гуаньинь.

– Ша У-цзин, – прикрикнула она. – Не смей давать волю рукам! Если что случилось, то прежде расскажи мне!

Ша-сэн опустил свой волшебный посох, еще раз поклонился и, еле сдерживая гнев, начал рассказывать.

– Эта обезьяна за весь наш путь совершила столько злодеяний, что их и не сосчитать. Несколько дней тому назад у пригорка этот злодей убил двоих главарей разбойников. Наш наставник побранил его за это. Никто из нас не думал, что в ту же ночь мы найдем ночлег в самом логове разбойников. Сунь У-кун перебил целую шайку, да еще принес наставнику отрубленную голову одного из них. Наставник так перепугался, что свалился с коня, обругал Сунь У-куна и прогнал от себя, приказав ему убраться восвояси. Через некоторое время наставника начали мучить голод и жажда. И он велел Чжу Ба-цзе отправиться на поиски воды. Тот долго не возвращался, тогда наставник послал меня за ним. А тем временем Сунь У-кун, видя, что нас обоих нет, подбежал к наставнику, ударил его своим железным посохом, а затем утащил оба узла в черной кошме, в которых была вся наша поклажа. Возвратившись, мы привели наставника в чувство, а я отправился в пещеру Водного занавеса, чтобы забрать наши узлы. Я никак не думал, что такое произойдет. Он не пожелал признать меня, громко читал и перечитывал проходное свидетельство нашего наставника, а когда я его спросил, зачем он это делает, заявил мне, что больше не собирается охранять Танского монаха, а отправляется сам на Запад в обитель Будды за священными книгами, которые доставит в восточные земли. Это зачтется ему как великая заслуга, его сделают патриархом и имя его станут прославлять во веки веков. Я тогда сказал ему: «Как же ты возьмешь священные книги без Танского монаха?» Он ответил, что уже выбрал себе праведного и благочестивого монаха. И действительно, по его приказанию, сперва вывели белого коня, потом показался Танский монах, за ним Чжу Ба-цзе и Ша-сэн. Тут я и говорю: «Как же так? Ведь Ша-сэн – это я! Откуда же взялся мой двойник?» Я не выдержал, бросился к обманщику и ударил его своей волшебной палицей. Оказалось, что это была обезьяна-оборотень. Ну, а Сунь У-кун собрал все свое стадо обезьян, что-бы схватить меня. Я едва успел удрать и явился к тебе, бодисатва. Не знал я, что он сумеет на своем облаке обогнать меня и первым явится сюда. Не знаю также, какими хитрыми словами и цветистыми речами он обманул тебя, о бодисатва!

– Ша У-цзин, – молвила богиня Гуаньинь. – Не надо возводить напраслину! Вот уже четыре дня, как Сунь У-кун неотступно находится здесь. Как могло у него возникнуть желание самому отправиться за священными книгами и найти себе другого Танского монаха?

– Да я только что из пещеры Водного занавеса и собственными глазами видел Сунь У-куна. Неужели я осмелюсь лгать тебе?

– Ну, раз так, то перестань горячиться, – сказала бодисатва Гуаньинь. – Пусть Сунь У-кун отправится с тобой вместе на гору Цветов и плодов и там разберетесь. Правду трудно уничтожить, а ложь легко искоренить. На месте все сразу выяснится!

Наш настоящий Сунь У-кун, услышав эти слова, стал вместе с Ша-сэном прощаться с бодисатвой.

На этот раз он отправился за тем, чтобы:

Где черное, где белое, решить
Они должны у входа в ту пещеру,
От мерзкой ереси избавить веру,
И правду от неправды отделить.

Удалось ли им все выяснить и каким образом, об этом вы, читатель, узнаете, если прочтете следующую главу.

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ВОСЬМАЯ,

в которой рассказывается о том, как два сердца нарушили покой неба и земли, и о том, как трудно одному совершенствоваться и достичь подлинного покоя
Путешествие на Запад. Том 3 - i_008.jpg

Итак, наш Сунь У-кун и Ша-сэн распрощались с бодисатвой и на двух благовещих лучах покинули Южное море. Облако Сунь У-куна мчалось быстрее, чем облако, на котором летел Ша-сэн, и Сунь У-кун решил лететь первым. Однако Ша-сэн удержал его:

– Дорогой брат мой! – сказал он. – Не торопись первым прилететь, ведь все равно, как говорится, голову спрячешь, а хвост останется торчать. Давай-ка лучше лететь вместе.

У Великого Мудреца никаких злых намерений не было, но Ша-сэн заподозрил его в хитрости. Итак, они вдвоем взобрались на одно облако и полетели вместе. Вскоре их взорам представилась гора Цветов и плодов. Прижав вниз край облака, путники стали пристально ее разглядывать и действительно увидели двойника Сунь У-куна, который, важно восседая на каменном постаменте, пил вино и забавлялся с толпой окружавших его обезьян. Отличить его от настоящего Сунь У-куна не было никакой возможности: рыжий, с золотыми обручами на голове и огненными глазами. Одет он был, как и Сунь У-кун, в холщовый халат, туго затянутый тигровой шкурой, на ногах башмаки из кожи козули. В руках посох. Такое же заросшее волосами лицо и рот как у бога Грома, голые, в отличие от духа звезды Земли, щеки, торчащие уши, широкий лоб, выступающие наружу клыки.

Как увидел наш Сунь У-кун своего двойника, так сразу же пришел в неописуемую ярость, оттолкнул Ша-сэна и, крепко сжимая свой железный посох, ринулся вниз, отчаянно ругаясь.

– Ты что за оборотень такой? И как осмелился принять мой облик, одурачить моих сынов и внуков, завладеть моей священной пещерой, да еще напустить на себя вид повелителя?

Поддельный Сунь У-кун надменно выслушал настоящего, взял свой посох и пошел навстречу. И вот оба Сунь У-куна, как две капли воды похожие друг на друга, вступили в бой. Они сражались не на жизнь, а на смерть.

Два посоха с лязгом сшибаются,
Два посоха в битву кидаются
За монаха из царства Танов.
Два оборотня сражаются,
Друг друга осилить стараются
Две схожие обезьяны.
В уменье и хитрости равные,
Бьются за звание славное
Защитника мужа святого.
Одна из них – Будде привержена,
И этим от зла обезврежена.
От ереси древней и новой,
Вторая – обманщица ловкая,
Своей колдовскою сноровкою
Введет в заблужденье любого.
Одна своим знанием Истины
И мудростью вправе гордиться.
Другая же – злобой неистовой
Да силой волшебной кичится.
Вперед Сунь У-кун бросается,
Как птица, посох взвивается,
Сверкая насечкой червонной.
И точно таким же посохом
Противник обороняется,
В борьбе и боях искушенный.
Так, равно неукротимые,
Могучие, неутомимые,
Сражаясь, не ведая роздыха,
Враги поднялись над пещерою,
Чтоб битву свою беспримерную
Закончить, как коршуны, в воздухе.
41
{"b":"6346","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Конфедерат. Ветер с Юга
Тамплиер. Предательство Святого престола
Опыт «социального экстремиста»
Птицы, звери и моя семья
Попаданка пятого уровня, или Моя Волшебная Академия
О лебединых крыльях, котах и чудесах
Говорит и показывает искусство. Что объединяет шедевры палеолита, эпоху Возрождения и перформансы
Вдохновляющее исцеление разума
Развитие эмоционального интеллекта: Подсказки, советы, техники