ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Оборотни, услышав имя Сунь У-куна, струхнули.

– Не тот ли это Великий Мудрец, равный небу, который пятьсот лет тому назад учинил буйство в небесных чертогах? – спросили они.

– Совершенно верно, он самый! – отвечал Танский монах. – Второй мой ученик по фамилии Чжу, по имени Ба-цзе, – продолжал он, – был великим небесным полководцем звезды Тянь-пэн, но как-то раз он провинился и его сослали на землю. Третий ученик, по фамилии Ша, по имени У-цзин, носит прозвище Ао-гуан, Ван Лин-гуань и Эр-лан. Он был воеводой при дворце Небесной императрицы в звании Смотритель занавеса.

Все три оборотня, встревоженные этими словами, начали переговариваться:

– Не будем пока есть его, братцы. Давайте-ка лучше посадим этого Танского монаха на железную цепь да запрем на замок в глубине пещеры, а когда словим троих его учеников, съедим их всех вместе.

Решив так, три главных оборотня отрядили целое стадо мелких оборотней – горных яков, буйволов и волов, вооруженных разным оружием, которые вышли из ворот, затрубили в трубы, забили в барабаны и замахали флагами. Сами князья-оборотни облачились в военные доспехи и, выйдя за ворота, принялись кричать:

– Кто осмеливается шуметь здесь?

Сунь У-кун, успевший с быстротой молнии взобраться на скалу, тщательно рассматривал оборотней. Вот как они выглядели:

Разноцветным узором
Пестреют их дикие лица,
Светят круглые кольца глаза,
Ослепляя до слез.
Их рога высоки
И остры, как у злой буйволицы,
По две пары ушей
Остриями торчат из волос.
Их тела, будто краскою,
Сетью разводов покрыты,
Словно жужелиц спинки,
Блестят от рогов и до пят.
Их одежды сверкают
Парчою, богато расшитой,
Пламенеют зрачки,
Будто сжечь все живое хотят.
Трудно слово найти,
До того они злобны и мерзки!
Первый в шапке косматой
Из лисьих, пушистых мехов,
А лицо словно спрятано
В темной взъерошенной шерсти,
Так и пышет огнем он
И в бой устремиться готов
Вот второй: он покрыт,
Словно пламенем, легкою тканью,
И копыта звенят,
Точно горная яшма, белы.
Третий грозен на вид,
Извергает цветное сверканье
И свирепо рычит,
Будто гром раздается из мглы.
Сколько лютой отваги
И злобы у силы нечистой!
А клыки их острее
Лечебной иглы серебристой,
Каждый держит оружье,
Слепящее блеском глаза:
Первый машет секирой,
Огромный палаш у второго,
А у третьего –
Самого дикого, самого злого –
Над могучим плечом
Сучковатая блещет лоза.

Сунь У-кун заметил также множество диковинных оборотней с воловьими головами, из которых на семь рослых приходилось по восемь коротконогих и на семь тучных – восемь тощих. Все они были вооружены копьями и дубинами. Над их головами развевались три больших знамени, на каждом из которых четко вырисовывались иероглифы. На одном было написано: «Великий князь Удалившийся от холода»; на другом – «Великий князь Удалившийся от жары», а на третьем – «Великий князь Удалившийся от суеты». Сунь У-кун глядел на них некоторое время, затем не вытерпел и бросился вперед с громкими возгласами:

– Негодяи! Разбойники! Узнаете ли меня, старого Сунь У-куна?

– Не ты ли тот самый Сунь У-кун, который учинил буйство в небесных чертогах? – крикнули в ответ оборотни. – Вот уж верно говорится: «Слыхал понаслышке, да в глаза не видал, а как увидал, чуть от стыда не пропал!» Вот, значит, ты каков!

Сунь У-кун вне себя от гнева стал ругать их:

– Я вам покажу, разбойники, как красть ароматное масло! Ишь вы, морды промасленные! Замолчите лучше и освободите скорей моего наставника!

С этими словами он стал вращать колесом свой железный посох и, ринувшись вперед, собрался бить их.

Трое князей-оборотней тотчас подняли свое оружие и, стремительно отбивая удары Сунь У-куна, вступили с ним в бой. Послушайте, какая битва разгорелась в горном ущелье.

Разит огромная секира,
Бьет сучковатая лоза,
Палаш удары рассыпает,
Как разъяренная гроза,
Но посохом взмахнув тяжелым,
И духов и чертей страша,
Царь обезьян выходит смело,
Все на пути своем круша! —
Напрасно сыплются удары
Лозы, секиры, палаша –
Взлетает вверх железный посох,
Отбить удары их спеша.
И, видно, оборотни злые
Теперь узнают до конца
Повсюду наводящий ужас
Гнев Сунь У-куна Мудреца!
Прекрасен Сунь У-кун могучий!
Пришедший из глубин времен,
Он грозной, праведною силой
Недаром свыше наделен:
Он против ложных Будд в сраженье
Вступил среди крутых вершин,
С тремя коварными врагами
Бесстрашно борется один.
А те, кто масло похищали
В день праздника из года в год,
Совсем, как видно, обнаглели
От этих набожных щедрот –
Они над всем цветущим краем
Простерли дьявольскую власть
И государства посланца
Посмели, дерзкие, украсть!
Не дрогнет Сунь У-кун отважный;
Решив учителя спасти,
На все готов он, не страшится
Любых опасностей в пути.
Но алчны оборотни злые:
Они хотят, чтоб каждый год
Душистым, благородным маслом
Их щедро одарял народ.
Со свистом рушится секира,
Разит палаш со звоном злым,
И тут же посоха удары
Громами отвечают им.
Вот с трех сторон враги насели,
Втроем напав на одного,
И в схватке яростной являют
Всю мощь свою и волшебство.
С рассвета началось сраженье
Среди непроходимых гор,
Теперь уже спустился вечер,
А бой не молкнет до сих пор.
Кипит борьба, и невозможно
Предугадать ее исход:
Кто победит в жестокой схватке,
А кто, поверженный, умрет?

Сунь У-кун со своим посохом дрался один против трех оборотней-дьяволов, они схватывались уже раз сто пятьдесят, и день приходил к концу, а между тем все еще нельзя было сказать, кто победит. Вдруг оборотень великий князь Удалившийся от суеты несколько раз взмахнул своими батогами, выскочил вперед, его подчиненные замахали флагами и все оборотни с воловьими головами бросились в бой. Окружив плотным кольцом Сунь У-куна, они завертели оружием, нанося удары куда попало.

91
{"b":"6347","o":1}