ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— По-моему, Сусликом… — неуверенно произнесла Полина. — Да, точно Сусликом! Такого детину — и так нежно!

— Мне это пофигу, — строго буркнул Юрка. — Значит, слушай сюда. Я выхожу во двор, подхожу к этой «шестерке» и провожу беседу. Потом делаю два свиста в пальцы — и ты бежишь ко мне. Очень быстро сядешь и поедешь.

После этого они вышли из квартиры, прикрыли дверь и торопливо спустились вниз, к выходу на двор. Таран, еще не высунувшись из двери, увидел две синих «шестерки».

— Которая? — спросил он.

— Та, что с темными стеклами, — объяснила Полина. — И с работающим мотором. Сидор велся ему не глушить на всякий случай.

— А они умные ребята! — саркастически похвалил покойных Юрка и, стараясь поплотнее прижимать локти к бокам, чтоб пистолеты не провалились в рукава куртки, не спеша двинулся к машине.

Водила Суслик был совсем молодой парень, может, на пару лет постарше Тарана. Что же касается опыта во всех этих крутых делах, то у него его, можно считать, не было никакого. Баранку крутить он умел, в моторах соображал, мог лихо погонять и по городу, и по трассе, но в серьезных разборках участия не принимал. Как правило, ему говорили: «Постоишь здесь с незаглушенным мотором, мы вернемся — рви с места!» Что там народ делал — он не справлялся. Знал, конечно, что ничего хорошего, но голову не загружал. Бабки платили нормальные, жизнь текла по принципу: меньше знаешь — дольше проживешь.

Конечно, робким и хилым мальчиком Суслика называть не стоило, но приближающийся Таран вызвал у него вполне закономерное чувство беспокойства. Во-первых, он был явно поздоровее и повыше ростом, а во-вторых, сама походочка говорила, что этот юноша привык себя считать королем двора. Суслику и в голову не приходило, что Таран не местный и даже вообще не москвич. Так ходят пацаны, которые при надобности могут высвистать кодлу человек в двадцать и привыкли, что в здешних местах с ними считаются.

Суслика, конечно, грели «пушка», висевшая в кобуре под курткой, и удостоверение частного охранника, позволявшее ему эту «пушку» носить. Он надеялся, что шпана, если что, от одного ее вида разбежится. Прежде всего потому, что стрелял Суслик неважно, а по живым людям — вообще ни разу. Радовало его и то, что сейчас светло, по двору народ ходит, а водил выбрасывают из машин, как правило, в ночное время и без лишних свидетелей. Большого скопления «юношества» во дворе тоже не наблюдалось. К тому же следовало ожидать, что вот-вот появятся Сидор и Митя. А в их присутствии Суслик чувствовал себя совсем уверенно.

Таран подошел к машине, изобразил радостную улыбку, будто увидел старого знакомого, с которым сто лет не виделся, и восторженно воскликнул:

— Е-мое! Суслик. Здорово, братуха!

Психологического образования, Юрка, конечно, не получал, но жизненный опыт имел уже приличный. И его экспромт сработал безукоризненно.

Суслик, естественно, ни сном ни духом не догадывался, что данный гражданин видит его первый раз в жизни. Конечно, он Тарана тоже никогда не видел, но полной уверенности в этом не имел. Мало ли у него по жизни было всяких шапочных знакомых? Хрен его знает, в каких компания он поддавал хотя бы за последний месяц…

А Таран уже без лишних приглашений открыл левую заднюю дверцу, которая была не заблокирована на кнопку, и уселся на сиденье за спиной Суслика.

— Ну ты что, братан, не узнал, в натуре? — произнес Юрка самым бодрым тоном. — Склероз, что ли? Приглядись!

Пока Суслик ворочал своими тормозными мозгами, силясь вспомнить, что это за друг такой и откуда он взялся, Таран одним движением выхватил из подмышки ствол и направил его на водилу:

— Узнал? Чувствуешь, какая жизнь пошла? Одно движение — и мозгами лобовое стекло измажешь.

Суслика проняла мелкая дрожь. А дар речи он вообще потерял на какое-то время. Соображал он тоже туго. Во-первых, все еще по инерции пытался вспомнить, где он встречался с этим парнем и чем мог лично ему насолить, во-вторых, в ужасе думал, что будет, если его, Суслика, мозги действительно вылетят через лобовое стекло, а в-третьих, мечтал, чтоб из подъезда выскочили Сидор и Митя. Таран сказал ледяным тоном:

— Оружие есть? Подай его мне. Рукояткой вперед!

Суслик повиновался, как робот, беспрекословно. Юрка левой рукой забрал у него «Иж-71» и положил рядом с собой. После этого Таран, опять-таки левой рукой, немного опустил тонированное стекло дверцы, заложил два пальца в рот и дважды пронзительно свистнул. Из подъезда появилась Полина и, дробно стуча каблучками по асфальту, подбежала к машине. Вообще-то только сейчас Таран сообразил, что Полина, оставленная без присмотра, запросто могла бы и не выбегать по условному сигналу и даже вовсе, не дожидаясь свиста, смыться куда подальше. Например, домой, благо ей отсюда было совсем близко. Но, должно быть, домой она идти боялась, а что такое Таран — не забыла еще с зимы.

— Рядом с водителем сядь! — приказал ей Юрка. — Пристегнись ремнем. Поехали!

Перепуганный Суслик даже не спросил куда. Он уже узнал пистолет Сидора, которым ему угрожал этот жутковатый детина. Хотя Юркино превосходство в силе и имело место, разница между ним и Сусликом была не столь уж велика. Однако страх, который Таран сумел внушить водиле, привел к тому, что полутяжеловес Юрка приобрел в глазах Суслика размеры какого-нибудь ультрасупертяжа.

А Таран, едва машина тронулась с места, предался напряженным размышлениям. Опять втрескался хрен знает во что…

ЗДРАВОЕ РЕШЕНИЕ

Действительно, было отчего задуматься. Да, все вроде бы сошло как нельзя лучше. Удалось спасти себя, дискету, Ольгу Петровну и Полину. Правда, с последней явно необходимо разобраться. По крайней мере, хорошо и солидно побеседовать. Возможно, кое-что знает и этот хмырь, то есть Суслик. Очень хорошо, что Таран захапал машину с водителем, теперь можно гнать куда угодно. И особо не бояться гаишников, потому что Суслик небось имеет нормальные права и все документы на машину у него в порядке. Конечно, оружие в машине присутствует, но навряд ли их сразу обыскивать полезут. Это все плюсы. А минусы?

Таран представил себе, что будет, когда Ольга Петровна придет в себя. От газа она отдышится минут через десять, потом еще минут пять уйдет на то, чтоб окончательно очухаться от нервного шока. Затем она снимет пластырь со рта и кинется к телефону, звонить в милицию. А в гостиной — труп, в комнате сына еще один. Насчет Сидора, кстати, еще неизвестно. Черепок ему, Таран, конечно, проломил, но ухайдокал ли насмерть — это вопрос. Надо было ему контрольку заделать, но Юрка поленился. Фиг его знает, может, и оживет еще… Навряд ли до такой степени, что сможет придушить Ольгу Петровну, но и это совсем не исключено.

Вообще-то даже если Сидор капитально укантован, возможность летального исхода с этой тетенькой-отоларингологом вовсе не исключена. Конечно, врачи народ закаленный, они все через анатомичку проходят и к трупам относятся философски. Но одно дело, когда они, эти трупы, смирно лежат в морге, и совсем другое — когда в твоей родной квартире. Да еще брызги от мозгов по стенам, гардинам и скатерти на обеденном столе размазаны. Ежели у Ольги Петровны сердце слабое — вполне может дело до инфаркта дойти.

Пожалуй, как это ни парадоксально, в мозгу Тарана возникла пакостная мыслишка, что вообще-то такой исход был бы самым лучшим. Потому что тогда звонок в милицию мог бы и не состояться. По крайней мере, до вечера, когда часов в десять вернется с лекций муж Ольги Петровны.

Конечно, Юрка вовсе не желал смерти Ольге Петровне. Но он прекрасно понимал, что максимум через полчаса следует дожидаться милиции. Опера не только осмотрят квартиру, но и опросят народ во дворе, который, возможно, сообщит им, что примерно в 15.15 во дворе остановилась синяя «шестерка», из которой вышли двое мужчин и девушка. Они же доложат и то, что в 15.30 или около того из дома вышли сперва какой-то третий парень, а потом та же девушка, что приехала с двумя кавалерами. После чего машина уехала. Запросто кто-нибудь может запомнить номер. И тогда — «Внимание! Всем постам…» — на Тарана запустят «сирену».

32
{"b":"635","o":1}