ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Бородатая банда
Тайны Баден-Бадена
Каждому своё
Карпатская тайна
День полнолуния (сборник)
В погоне за счастьем
Голое платье звезды
Папа, ты сошел с ума
Мрачная тайна
Содержание  
A
A

— а перед тем по трассе своего полета срезала массу мелких веточек с придорожных кустов. Самого Юрку эта хреновина запросто пробила бы насквозь, а то и вовсе напополам рассекла. Это было бы покрепче, чем оказаться измазанным в дерьме.

Впрочем, про железяку Таран узнал не сразу. Он поначалу просто повернулся в сторону дороги, где сквозь ветки и листву просвечивали языки пламени. Юрке не надо было долго думать, чтоб догадаться: взорвалась и горит синяя «шестерка», на которой он приехал сюда.

Повинуясь какому-то малоосознанному порыву, Юрка двинулся к дороге и, продравшись через избитые и поломанные взрывной волной и осколками металла кустики, вышел почти к обочине, оказавшись метрах в пяти от обломков. Ближе подойти было просто невозможно — мешал жар от горящего бензина.

Конечно, мозги у Тарана вполне работали, по крайней мере настолько, чтобы понять: «шестерка» взлетела вовсе не оттого, что в нее молния ударила или статическое электричество на бензобак разрядилось. Дождь, конечно, лил, но грозы не наблюдалось, к тому же Таран ее с выключенным зажиганием оставлял, а уж то, как была изуродована машина, и вовсе заставляло думать, что без заряда взрывчатки здесь не обошлось.

Несомненно, рвануло где-то в салоне, да так, что все четыре дверцы посрывало с петель, само собой, начисто вынесло и заднее, и лобовое стекла, вывернуло крышу, словно консервную банку. Отлетели от машины даже крышки капота и багажника.

Но больше всего Тарана удивило то, что неподалеку от вы— вороченного багажника, ближе к обочине, валялся обугленный труп в дымящихся лохмотьях. Не испугало, а именно удивило. Конечно, незадолго до взрыва мимо «шестерки» проехал трактор, но Юрка отчетливо помнил, что трактор не останавливался и с него никто на дорогу не спрыгивал. И если б пешеход какой-то топал по шоссе, его шаги Юрка смог бы расслышать. Кроме того, если б этот бедолага находился в момент взрыва рядом с машиной, то его отшвырнуло бы от нее гораздо дальше. Самого-то Тарана даже в нескольких десятках метров, за кустами и деревьями, достало, а этого по идее должно было в лес унести. Получалось, что этот обугленный товарищ скорее всего был выброшен взрывом из самой «шестерки». Но Таран хорошо помнил, что в салоне у него после того, как он высадил Полину, никого не было. Значит, этот тип, живой или скорее всего уже мертвый, лежал у Юрки в багажнике.

Еще через несколько минут Таран, присмотревшись к обрывкам одежды, понял, что труп скорее всего принадлежал Суслику.

Сразу после этого Юрке захотелось что есть духу бежать отсюда куда подальше. И он рванул прочь от дороги, обратно в ложбинку, пролетев мимо березы, в которую вонзилась сорванная взрывом и унесенная взрывной волной железяка. Только тут Таран заметил эту четырехкилограммовую фигулину и осознал, что бы с ним произошло, если б не эта береза. Впрочем, если он и задержался около березы, то лишь на мгновение. Остановился он через пару секунд, когда уже перескочил ложбинку и запнулся на бегу за что-то белое и шуршащее.

Оказалось, это был пакет «Bond street», а в нем, конечно, ничуть не пострадавшая коробка из-под чешских стаканов, где лежали сто тысяч долларов в заклеенных пачках. Таран скорее машинально, чем с умыслом, подобрал пакет и помчался дальше, как ему казалось, в глубь леса.

Однако меньше чем через полтораста метров он увидел огоньки и решил свернуть влево, потому что, двигаясь вправо, он, по идее, должен был выйти обратно к пристани. Туда ему почему-то очень не хотелось.

Влево Юрка тоже протопал недолго, потому что уперся в некий бетонный забор трехметровой вышины, с колючей проволокой поверху, за которым к тому же голосисто загавкали собаки. Перелезать через забор, если не хочешь лишних приключений, явно не стоило. А у Тарана на сегодня приключений уже вполне хватало.

В общем, оказавшись у забора, Юрка почуял острую необходимость ответить на два известных всякому россиянину (даже никогда не читавшему Герцена, Чернышевского или Ленина) вопроса: «Что делать?» и «Кто виноват?»

При этом Таран как-то сразу почуял, что ответа на первый вопрос он не найдет, если не сумеет вычислить ответ на второй. Ответ на вопрос: «Кто виноват?» — в данном случае речь шла о том, кто виноват во взрыве «шестерки», был явно ключевым в понимании того, как Юрке действовать дальше.

Но ответить на этот вопрос было отнюдь не легко. Потому что уж очень много всякого-разного намешалось. Таран спрятался под куст, чтоб мокнуть поменьше, и начал лихорадочно размышлять.

Первая и самая простая мысль была такая: раз в багажник Тарану положили труп Суслика — как и почему его почикали на даче, в данном случае особого значения не имело, — то взрыв, как видно, замыслил Коля. Подложили мину с часовым механизмом, рассчитав примерно, сколько времени займет поездка и продажа Полины… После этого Тарана и Суслика находят в виде обгорелых костяков, которые ничего интересного уже не расскажут, а Полина оказывается в руках тех людей, которые готовы заплатить за нее сто тысяч долларов. Стоп! Таран, конечно, не претендовал на доскональное знание человеческой психологии, но пока еще не встречал ни одного бандита, который, имея возможность получить на руки сто тысяч баксов, предпочитал, чтоб они взлетели на воздух. Ведь то, что Таран решил взять их с собой, направляясь в кустики, — чистая случайность. Как и то, что он вообще отправился в кустики, а не проехал еще четверть часа или чуть больше. Но ведь он мог, допустим, и просто задержаться где-нибудь… Нет, навряд ли Коля применил бы часовой механизм. Слишком уж все не просчитано по времени. Например, если б Таран взялся пересчитывать доллары в пачках, то машина могла бы взорваться еще до того, как он вернулся на берег с катера. Или, того хуже, взлетел бы вместе Кинзой, который его провожал.

А если не часовой механизм, то что? Радиовзрыватель? Но и его по идее Коля употребить бы не мог. Конечно, имей он какое-нибудь сложное оборудование типа какого-нибудь электронного маячка, точно показывающего местонахождение Тарана и отмечающего его на какой-нибудь компьютерной карте, и ежели бы у него был точно сфокусированный передатчик, то он бы мог взорвать «жигуль» с расстояния в двадцать километров. Однако если такой маячок, упрятанный где-нибудь в одежде Юрки, на самом деле имелся, то Коля не стал бы включать взрыватель, потому что на своей компьютерной карте запросто разглядел бы, что Юрка находится вне машины. Логично? И даже если этот маячок был присобачен не в пуговице у Тарана, а где-нибудь в «Жигулях», то Коля включил бы его, когда машина ехала, а не тогда, когда она остановилась. Потому что, если машина едет, это значит, что водитель за рулем, а если она стоит, то он мог и пописать выйти. Да и вообще слишком уж это сложно — употреблять такую технику против Тарана, который к тому же так или иначе должен был приехать на дачу, где его можно было тихо травануть клофелином или еще какой-нибудь дрянью, воспользовавшись тем, что он расслабится в предвкушении завтрашнего возвращения домой.

К тому же Юрка был убежден, что Коля, прежде чем почикать его, Тарана, все же забрал бы сто тысяч баксов. Даже если они фальшивые, их можно каким-нибудь лохам впарить и немало на этом наварить.

Единственным аргументом против Коли оставался труп в багажнике. Но то, что его подложили туда, еще ни о чем не говорило. Например, вполне возможно, что Таран должен был, ничего не зная, довезти Суслика до пристани, а Степаныч с собутыльниками — спровадить покойничка, так сказать, «в набежавшую волну» с камешком на ногах. А вот то, что они этого не сделали, имея, должно быть, неплохие отношения с капитаном Васей, Кинзой и другими членами экипажа «Светоча», поворачивало вопрос «Кто виноват?» в сторону тех, кто пировал на дебаркадере.

Действительно, среди граждан, которые, пользуясь ненастной ночью и отменой прогулочных рейсов, уютно поддавали на дебаркадере, вполне мог найтись один трезвый ловек, который под предлогом «освежиться» вышел из будки, добежал до оставшейся без присмотра «шестерки» и установил в нее мину с радиовзрывателем. А потом, когда Кинза, благополучно доставив на берег Тарана, проводил его до машины и отправил в обратный путь, этот трезвый человек немного выждал, чтоб Таран отъехал подальше от пристани — и нажал» кнопочку. Никакого маячка и компьютерной карты у него, конечно, не было, поэтому догадаться, что Юрка через какое-то время вылезет из машины по нужде, он не мог. Просто выждал какое-то время. Получалась, возможно, очень солидная подстава, когда под внимание ментов, приехавших на взрыв, попадут и команда Зуба, представленная трупом Суслика и его сгоревшей машиной, и Коля, если менты сумеют вычислить, откуда эта «шестерка» выезжала, и Вася со своим экипажем, ибо кто-нибудь из кутил наверняка мог припомнить, что «Светоч» незадолго до взрыва швартовался у дебаркадера. Наконец, попадала под засветку и система Птицына, потому что на руках у Юрки было не только фальшивое удостоверение на имя Суслика, но и его собственный подлинный паспорт.

42
{"b":"635","o":1}