ЛитМир - Электронная Библиотека

Так прошло около часа. Им то и дело приходилось перебираться через разрушенные дамбы, и колонна изрядно растянулась, когда спереди и с левого фланга галопом прискакали разведчики. Войско остановилось. Каждый думал только о том, чтобы не наткнуться на переднего. Гонцы ехавших в авангарде баронов неслись к отставшему обозу и пехоте. Они оказались в неглубокой лощине. Чуть в стороне лежало заросшее тростником озеро, а в нескольких сотнях ярдов справа и слева от дороги закрывали линию горизонта невысокие холмы. Как раз перед тем как поднять тревогу, разведчики забрались на их отроги. Увидев, что Гуго опустил поводья и принялся зашнуровывать оберк, Рожер поспешил последовать его примеру. Пальцы юноши путались в ремнях щита, он натужно пыхтел от волнения, перед глазами плясали цветные пятна, руки и ноги не повиновались. Оберк царапал щетинистый подбородок — после ухода Годрика его некому было брить. Капли выступившего на лбу холодного пота стекали по наноснику слишком тяжелого и тесного шлема, на крепость которого Рожер не особенно полагался. Он никогда не ощущал себя столь не готовым к бою. Слева, на вершине левого холма, всего лишь в четырехстах ярдах, вдруг появилось несколько высоких черных шестов вроде хоругвей. Первый объявился довольно далеко, там, куда еще не добрался авангард рыцарей, а последний виднелся совсем рядом с отчаянно спешившей к войску колонной пеших. Эти шесты внезапно взвились вверх, а затем под ними показались головы и сверкающее оружие. И только тут Рожер понял, что это за шесты: турки подняли украшенные конскими хвостами бунчуки, заменявшие им штандарты.

Длинную колонну норманнских рыцарей окутало облако пыли. Все развернули лошадей влево и начали пробираться в первый ряд. Жак ткнулся мордой в хвост жеребца мессира Ральфа, и Рожер слегка придержал коня, опасаясь удара копытом. Однако лошади, привыкшие к тесноте еще со времен долгого похода по Европе, без труда заняли свои места. Рожер оказался во втором ряду, справа от него был Гуго, а слева рыцарь, которого он знал только в лицо. На холм высыпали полчища турок, строй которых четко вырисовывался на фоне неба. Правый фланг турецкого войска огибал тыл паломников, который стал левым флангом образовавшейся цепи. Группа графов и баронов распалась, и вожди галопом понеслись к обозу. Вот мимо проскакал герцог в сдвинутом на затылок шлеме. Обернувшись через прикрытое щитом левое плечо, он прокричал:

— Пилигримы, всем оставаться на своих местах! Не атаковать холм! Стойте, пилигримы, и дайте им спуститься в лощину! Ни один рыцарь не пойдет в атаку без моего приказа!

Он поскакал дальше, на скаку снимая шлем, чтобы каждый мог узнать своего герцога. Вождь сорвал голос, пытаясь докричаться до задних рядов. Графы Блуазский и Булонский скакали за ним следом. Взбудораженная шеренга постепенно успокаивалась, останавливалась, и только усталые лошади продолжали возбужденно топтаться на месте. Спина и бока Жака покрылись испариной, и Рожер с трудом управлял им — из-под края щита он мог высунуть только кончики пальцев.

— Крепче держи поводья! — крикнул Гуго. — Просунь запястье через ремень щита и крепче держи поводья! Если он понесет, когда мы начнем атаку, пиши пропало. Ради бога, парень, коли не можешь справиться с конем, слезай и веди его в поводу. Дай пехоте время построиться, а не то турки захватят всех вьючных лошадей еще до начала боя и у тебя не останется чистой рубашки для Антиохии. Стой на месте, пока не услышишь приказ герцога!

Рожер отпустил нижний ремень, щит крепко стукнул его по плечу, но зато юноша как следует ухватился за широкие кожаные поводья и успокоил лошадь. Он поглядел в сторону врага. Турки стояли на склоне холма в пять-шесть рядов, но так плотно, что трудно было определить, сколько их там собралось. Лошади у них были низкорослые, ростом с пони, очень ловкие. Короткая уздечка заставляла их то и дело поводить головой из стороны в сторону. Правую руку турки держали воздетой вверх и согнув в локте, но юноша с удивлением заметил, что щитов у всадников нет. Доспехов под развевающимися одеждами тоже не было! Похоже, враг им достался не слишком грозный, хотя его внезапное появление заставило паломников понервничать.

Рожер слегка успокоился и оглядел собственную цепь. Они оказались чуть левее центра, в самой гуще вассалов герцога. Справа стояли норманны из Сицилии и Апулии, слева — кое-кто из фламандцев, хотя большинство их оказалось южнее, где теперь находился тыл войска. За фламандцами развевалось что-то похожее на корабельные паруса: это пехотинцы спешно разбивали палатки, пытаясь создать хоть какое-то препятствие для неприятельской конницы и защитить свой левый фланг. Ярко светило солнце, все сильнее становилась жара, и не умолкая трещали цикады. Рожер ожидал, что поле боя должно чем-то отличаться от обычного участка земли — ну, скажем, отсутствием сорняков. Но сорняков здесь как раз хватало, а над неподвижно стоявшими конями вились стаи мух. Жак нещадно хлестал себя хвостом, и Рожер мучительно завидовал ему.

Вдруг слева донесся крик, и туча пыли взметнулась в небо из-под копыт множества лошадей.

— Следи в оба, — пробормотал Гуго. — Видно, они собираются атаковать по всему фронту. Хотя нет, они атакуют только лагерь! Стой спокойно и жди нашей очереди. Они не смогут на полном скаку преодолеть заслон из палаток: веревки помешают!

По цепи с быстротой молнии, как бывает только во время боя, понесся слух, что турки схватили нескольких отставших от колонны пехотинцев, копьеносцев, женщин и священников, выгнали их в чистое поле и устроили резню, а потом ринулись на палаточное заграждение. Но там было болото, да и веревки, которыми были связаны палатки, сдержали их, и атака захлебнулась. Тем временем полчища турок все прибывали, а на вершине холма гарцевали всадники, число которых в несколько раз превосходило число рыцарей в цепи.

— Но где же их пехота? — услышал Рожер голос своего соседа слева. — Не похоже, что она у них есть. Тысячи и тысячи разбойников в суконных плащах, скачущих верхом на низкорослых лошадках, и среди них ни одного рыцаря, ни одного копейщика. В жизни не видел такого странного войска!

Казалось, неверные вдруг стали выше ростом:— это началась атака. Передние ряды уже спускались с холма, а задние еще не показались из-за его вершины. Войско было огромным и двигалось оно шагом!

Со своего места Рожер видел лишь плечи и голову кого-то из вождей. Кажется, это был граф Блуазский. Он сидел на коне, боком к строю воинов, вытянув перед собой копье, и его вид говорил сам за себя: стой спокойно! Рожер так и делал. Он уверенно сидел в седле, крепко держал щит и поводья и, хотя весь обливался испариной, зорко смотрел вперед. Он поворачивал голову из стороны в сторону, насколько позволял оберк, но в голове его билась только одна мысль: «Так вот что такое настоящая битва! Это мой первый бой. Я не имею права что-то упустить. Я должен видеть все и запомнить это навсегда!» Поэтому он и отстал на корпус лошади, когда спустившиеся с холма турки оказались на расстоянии ста пятидесяти ярдов и граф, развернув коня, поднял копье.

Через мгновение они перешли в галоп. От слитного топота тысячи копыт земля гудела. Рожер осторожно наклонил копье, наконечник которого оказался в опасной близости от правого колена скакавшего впереди Ральфа. Он и сам почувствовал, что его уколол в голень острый конец щита Гуго. Жак несся вперед, прижав уши и задрав хвост. Сжав зубы, выставив далеко вперед носки и скосив глаза на наносник, Рожер ждал удара. Ничто не могло противостоять такой силе. Сейчас они сметут этих неверных вместе с их хилыми лошадками! Но удара не последовало. Вместо этого он увидел тощие зады турецких лошадей, взбиравшихся на холм, и вдруг на рыцарей посыпался град стрел. Две стрелы пронеслись мимо его лица, и он поспешил прикрыться краем щита. Следующая стрела попала в правое плечо, и у него перехватило дыхание. «Смертельно ли я ранен?» — мелькнуло у него в голове, но стрела отскочила от кольчуги, не причинив ему вреда. Стрелы свистели вокруг, но цели, которую он мог бы достать копьем, не было. Вдруг скакавший впереди Ральф куда-то исчез. Жак сделал длинный скачок и неожиданно встал на дыбы, так что Рожер крепко приложился копчиком о луку седла. А потом все лошади вокруг остановились, и он тоже. Рыцари достигли гребня холма, и Рожер оказался в первом ряду, а чуть ниже, развернувшись лицом к ним, стояли турки и метали стрелы так быстро, что едва успевали доставать их из колчанов. Армия неверных состояла из конных лучников. Таких воинских частей на Западе не знали, и даже старейшие из норманнских ветеранов никогда с ними не сталкивались.

13
{"b":"6356","o":1}