ЛитМир - Электронная Библиотека

Элизабет по-прежнему крутила в руках поясок.

– Но я никогда не снимала мерки, – неуверенно ответила она.

– Представь, что это примерка одного из твоих платьев, – ответил Тревелиан.

Элизабет колебалась. Она считала неприличным касаться джентльмена, как того требовала примерка. Но знала, что сам Хейворд не слишком придерживается светского этикета. Если какое-то правило ему казалось глупым, он просто игнорировал его и делал по-своему.

Хейворд нахмурился:

– Ты очень помогла бы мне, сняв мерки, но если по каким-то причинам ты считаешь эту пустяковую просьбу унизительной, я сделаю это сам.

– Обещаю, что не буду кусаться, – с насмешкой подбодрил Эш.

Девушка повернулась к Макгрегору. Он протягивал ей мерную ленту. Поза напоминала кота, дразнящего мышь.

Ну, и негодяй! Он, конечно, ожидает, что она сейчас подхватит юбки и с пронзительным визгом бросится из комнаты.

Девушка стояла перед выбором. Могла отказаться, считая просьбу Хейворда неприличной. Но этим она обидела бы его. К тому же, ей и самой не хотелось казаться мышью, испуганной до смерти. Она вполне может подавить в себе безумное влечение к Эшу и снять мерки, не моргнув глазом. Так она докажет этому самодовольному дикарю, что спокойно относится к его мужским чарам. Второй вариант ей понравился больше.

Двумя быстрыми шагами преодолев расстояние, разделяющее ее с Макгрегором, Элизабет подошла и взяла у него мерную ленту.

– Если я не ошибаюсь, вы превратились в свирепого зверя в тот момент, когда мистер Дибелл измерял талию, – сказала она.

Тихо засмеявшись, Эш приглашающим жестом развел руки в стороны.

– Милости прошу.

Элизабет смотрела в его смеющиеся глаза и старалась не обращать внимания на широкую мускулистую грудь, туго обтянутую черной рубашкой. Но тут же нахлынули непрошенные воспоминания: сильные руки, бережно и нежно обнимавшие ее, теплые и жадные губы, впивающиеся в нее с упоением и восторгом. Сейчас, когда он стоит, раскинув руки, ей приходится сдерживать себя, чтобы не броситься к нему в объятия.

– Леди Бет? – в дразнящем полувопросе Эша, чувствовалась ирония – неужели все-таки решится?

Ну и дура же она!

Он просто мужчина.

Всего лишь мужчина.

Эш Макгрегор – обыкновенный мужчина, пусть даже красивее, чем другие. Ей не должно быть до него никакого дела! Он не значит для нее ровным счетом ничего. Он – самодовольный, красивый и надменный дикарь.

Но, как она ни старалась, не могла унять дрожь в руках и ногах.

«Я должна снять мерки», – убеждала Элизабет себя.

Она обвила лентой мужскую талию, думая лишь о том, что делает это только ради Тревелиана. Щека девушки ощущала тепло, а пьянящий лимонный аромат кожи кружил голову.

– Тридцать четыре, – прошептала Элизабет чуть слышно и с трудом узнала свой голос.

– Верно, – отозвался Хейворд, сверяясь с цифрами в блокноте Дибелла. – И не забудем сделать скидку на одежду, в которой Пейтон сейчас.

Элизабет отступила назад. Чувствуя взгляд Эша, попыталась казаться спокойной. Ни за что на свете она не позволит этому негодяю торжествовать от сознания победы над ее ужасно глупыми чувствами!

Девушка перевела нетерпеливый взгляд на Хейворда, ожидая, когда тот проставит цифры.

Оторвавшись от блокнота, Тревелиан подсказал:

– Нам нужно еще измерить длину с внутренней стороны ноги.

Элизабет едва не задохнулась от возмущения.

– С внутренней стороны? – с нескрываемым ужасом переспросила она.

– Да, – продолжал Хейворд, ничего не подозревая о причине нерешительности Элизабет. – Ты что, не знаешь?

Элизабет хорошо понимала, что ей предстоит измерять. Макгрегор небрежно расставил ноги. Губы девушки пересохли, язык от волнения стал шершавым. Она протянула конец ленты Эшу, надеясь, что тот не заметит, как сильно дрожит ее рука.

– Приложите... к верхней точке вашей... ноги, – глухо пробормотала Элизабет.

Взяв ленту, Эш с усмешкой приложил верхний конец к ноге.

Элизабет была не в силах отвести взгляд от ленты, белевшей на фоне темных брюк. Ей вспомнились статуи великолепных мужчин, не раз виденный в музеях. Резко очерченные мускулы. Длинные, стройные ноги, высеченные из белого мрамора. Мраморные мужские тела были абсолютно, обнаженными, за исключением одного места, прикрытого фиговым листком. Глядя на мистера Макгрегора, она невольно подумала, что ему потребовался бы крупный листок. Она тут же строго отчитала себя за эту фривольную мысль.

Эш потянул мерную ленту, которую Элизабет все еще держала в руках. Ее взгляд с того места, на котором он не должен был останавливаться вообще, переместился на красивое мужское лицо. По выражению глаз она поняла, что Эш догадался, о чем она только что подумала. Вот, негодяй!

Тихо прошелестев платьем, девушка присела перед Макгрегором на колени. Сердце в груди бешено колотилось. Измеряя голень, Элизабет не переставая твердила себе, что не должна обращать на Эша внимания.

Под плотной черной тканью брюк она нащупала края высоких кожаных ботинок. Черные, видавшие виды, они были начищены до блеска. Элизабет почувствовала странное желание пробежаться пальцами по подъему ноги, пощекотать голень или даже прижаться к ней щекой. От всепоглощающего желания, которого раньше никогда не испытывала, она дрожала всем телом. Чувствуя, что мысли окончательно спутались, Элизабет тупо смотрела на ленту, силясь разобрать цифру.

– Тридцать пять, – наконец сказала она, к ужасу своему, замечая, как сильно дрожит голос.

– Ну, вот и отлично! – отозвался Хейворд. – Теперь у нас есть все мерки.

Элизабет же думала о внезапно нахлынувшем на нее чувстве, застигшем ее врасплох. Как сейчас оно было некстати!

Погрузившись в размышления, она хотела подняться с колен, но запуталась в подоле платья и упала бы, не приди Эш на помощь. Помогая Элизабет встать, он обхватил руками тонкие запястья и легко потянул к себе, словно весила она не больше тряпичной куклы. Поднимаясь, она опять покачнулась. В следующее мгновение сильные мужские руки подхватили и прижали ее к себе.

Опустив руку Эша на грудь, она убеждала себя, что сделала это лишь для того, чтобы удержать равновесие. И уж, конечно, не потому, что ей хотелось дотронуться до него. Как ни печально было сознавать, но она не могла заставить себя поверить в эту ложь.

Элизабет стояла, не отводя глаз от верхней пуговицы на рубашке Эша. Над ней виднелся небольшой треугольник загорелого тела с темными завитками. Скользни ее взгляд выше, на красивое лицо Эша, Элизабет увидела бы – она в этом не сомневалась, – каким самодовольным было оно в этот момент.

– Благодарю вас, – пробормотала девушка, нарушая, наконец, затянувшуюся паузу.

– Рад был помочь, – отозвался Эш.

В низком голосе прозвучало что-то такое, что заставило Элизабет поднять голову и посмотреть на Макгрегора. Она ожидала увидеть насмешку, но, к удивлению, ошиблась.

Ясные синие глаза красноречиво выражали желание, страстное желание.

Ей доводилось видеть вожделение в глазах поклонников, джентльменов из высшего общества. Они засыпали ее комплиментами и подарками, но свое истинное желание обычно прикрывали светскими уловками.

В глазах же Макгрегора не было и тени пристойности. Никогда она не видела такого откровенного и страстного зова плоти, какое, отражалось сейчас в мужских глазах. Это было нечто дикое. Первозданное, как сама природа.

– Я велел приготовить экипаж. Можете съездить с Элизабет за покупками, – голос Тревелиана вернул обоих к действительности.

Эш отпустил девушку и посмотрел на старика, словно только сейчас вспомнил о его присутствии. Потом отвернулся, подошел к окну, подставил лицо прохладному ветерку.

Взглянув на опекуна, Элизабет была озадачена довольным и спокойным выражением его лица.

Он даже не догадывался, какая буря чувств разыгралась в его присутствии.

– Может быть, вы сами съездите с мистером Макгрегором за покупками? – спросила девушка.

14
{"b":"6361","o":1}