ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Любопытство. Ну и что особенного? Обыкновенное любопытство, уверяла она себя, пытаясь вдохнуть воздух, которого ей вдруг стало не хватать.

Она взглянула на его лицо: он улыбался! Выражение его глаз заставило ее ужаснуться — не прочел ли он ее мысли? Нет, только не сейчас, ведь единственное, о чем она могла сейчас думать, это о том, как она жаждет снова ощутить его губы…

Что он сделал с ней? Она ведь не из тех женщин, которые позволяют чувствам властвовать над разумом. Она совсем не такая… но с этим мужчиной она только чувствовала, не в силах рассуждать и взвешивать…

Он постоял еще мгновение, глядя на нее так, будто хотел запечатлеть каждую ее черточку в своей памяти. Потом вдруг совершенно неожиданно протянул руку к ее лицу и погладил ее щеку так осторожно, будто щека ее была лепестком розы.

— Я рад, Кейт, что вы больше не носите эти уродливые маленькие стеклышки. Ваши глаза слишком прекрасны, чтобы прятать их.

В первый раз он назвал ее по имени. Ей нравилось, как звучало оно в его устах, нравилась грубоватая ласка его шершавого голоса. Он провел большим пальцем по изгибу ее нижней губы. В серебряно-голубых глазах вспыхнул хищный блеск, жаждущий… но чего?-спрашивала она себя.

Он снова провел пальцем по губе. Это прикосновение эхом отдавалось в ее теле, рождая в нем мощную сладкую волну желания, оно зарождалось где-то в низу ее живота и поднималось все выше, пока ее груди не отяжелели и не набухли, пока руки и ноги не сделались точно ватными, пока она не потянулась к нему, как роза, ловящая лучи солнца.

Он наклонил голову. Его дыхание скользнуло по ее щеке, и она ощутила манящее тепло. Она раздвинула губы и ждала, предвкушая прикосновение его губ. Он не шевелился, скользя взглядом по ее рту. Но только одно мгновение он боролся с собой, одно мгновение. Потом сдвинул брови и отдернул руку, отшатнувшись от нее, как от яда.

— Еще не поздно все изменить, профессор. Возвращайтесь в Лондон.

Эти слова мигом стряхнули чары, которыми он так умело ее опутал.

— Спасибо за чай, мистер Маккейн. Но я не нуждаюсь в ваших советах.

— Ну, ясное дело, кто я такой — так, помощничек, без которого, к сожалению, не обойтись в джунглях. — Он покачал головой и глубоко вздохнул. — Я надеюсь, что ваша надменность и тщеславие достаточно сильны, чтобы преодолеть ожидающий вас кошмар.

Не сказав ей больше ни слова, он повернулся и зашагал вниз по палубе. Она захлопнула дверь и прижалась лбом к холодному дереву. Она докажет этому человеку, что она ничуть не слабее его. Но предательская дрожь охватила ее, когда она подумала о том, что ждет ее в джунглях.

Частный пароход «Стикс» был пришвартован к пристани в Пара. У распахнутой двери, ведущей из изящного салона на навесную палубу, стоял Лейгтон ван Хорн, что-то разглядывая в подзорную трубу. За ним наблюдала Джудит, понимая, что отнюдь не звезды приковали его внимание.

— Смотри-ка, леди, оказывается, имеет слабость к проходимцам, — прошептал он — Взгляни своими милыми карими глазками, моя королева.

Джудит взяла длинную узкую трубку из его рук и поднесла ее к глазам. Сквозь линзы она увидела темноволосого мужчину и блондинку, стоящих на палубе белого корабля в нескольких сотнях ярдах от них. Женщина смотрела на мужчину, его рука лежала на ее щеке.

Джудит получше навела резкость, и у нее сразу перехватило дыхание. Красота — слишком бедное, невыразительное слово, чтобы описать этого мужчину. А как он смотрел на эту блондиночку, будто она была каким-то бесценным сокровищем. Взгляд этого незнакомца всколыхнул волну желания, опалившего ее чрево.

— Ты находишь его красивым?

Неужели она так себя выдала? Она опустила подзорную трубу, когда Девлин Маккейн отошел от Кэтрин Витмор. Он даже не поцеловал ее. А из того, что Джудит увидела, было совершенно ясно, что женщина ждала поцелуя, и не только поцелуя.

— Полагаю, некоторые женщины могут счесть его привлекательным.

Лейгтон, откинув голову, расхохотался.

— Может, я и позволю тебе приручить его. Ты бы хотела этого, моя королева? Ты хотела бы иметь своего собственного раба?

Раб. Может, и она теперь рабыня?

— Мы могли бы приладить ему золотой ошейник. Ты возьмешь его в мой дом в Корнуолле и будешь выгуливать на золотой цепи.

Ей сразу представилось, как темноволосый незнакомец с могучим торсом и с золотым ошейником вокруг шеи стоит на коленях в ожидании ее приказаний.

— Ты сможешь бить его, можешь дрессировать, как тебе угодно. Представляешь, сколько удовольствия он тебе доставит?

— Довольно, — сказала она и отвернулась от Лейг-тона, стараясь преодолеть волнующие грезы, которыми он дразнил ее.

— О, моя милая прекрасная Джудит. — Он положил руки на ее плечи. — Пока ты сделала лишь глоток вина. Я научу тебя, как смаковать его.

Джудит закрыла глаза. Она хотела молиться, но знала, что ей нет спасения. Так же, как она знала, что, если бы ее воля могла исполниться, тот темноволосый красавец и в самом деле стоял бы уже перед ней на коленях…

— Лейгтон, давай вернемся в Лондон. Мне страшно. — Страшно подумать о том, что станется со мной — если я не спасусь от твоих чар. Джунгли — это так опасно.

Он провел пальцами по ее напрягшимся плечам.

• — Но чем опаснее, тем интереснее.

• — Чего ты хочешь? — спросила она, обернувшись к нему. Чем тебя так влечет этот город, что такое ты хочешь там найти? Неужели есть что-то, что стоит наших жизней?

Лейгтон улыбнулся.

— Ищу разгадку некой тайны.

— Ты будешь рисковать своей и моей жизнью ради игры? — прошептала она, отталкивая его. — Ты ищешь этот скорее всего не существующий город, затерянный в джунглях, который согласно логике не существует вообще, ты рискуешь нашими жизнями — при этом ты даже не знаешь, что хочешь найти.

— О, город существует. Не сомневаюсь в этом. Ты знаешь, я читал все работы Фредерика Витмора. — Он опустился на изогнутый стул и дотронулся пальцем до розы на зеленой парче. — И я верю, что в этом городе нас жду г бесценные сокровища.

Девлин сидел вместе с остальными членами экспедиции за круглым обеденным столом, который был установлен на палубе. Стол освещали масляные лампы, свисавшие сверху по обеим его сторонам — достаточно близко, чтобы было светло, но и как бы в отдалении, чтобы людям не досаждали мотыльки и мошки, тучами слетавшиеся на свет.

Красно-белый полосатый тент был с одного боку подтянут кверху, чтобы пассажиры могли любоваться рекой, сверкающей в лунных бликах.

В своем новоорлеанском детстве Девлин частенько бегал в доки смотреть, как большие корабли подплывают к городу. Этот корабль был не менее великолепен, чем самый лучший из виденных им прежде. Когда ему было двенадцать, он плыл на одном из таких, с похожим на затейливое кружево верхом, по Миссисипи. Тогда он служил чернорабочим и спал на нижней палубе среди кип с хлопком и бочонков с ромом. Это теперь у него были целые апартаменты.

Теперь он путешествует по Амазонке как настоящий богач, думал Девлин, поглядывая туда, где рядом с лордом Остином Синклейром сидела Кэтрин Витмор.

Кейт с улыбкой кивала Остину, видимо, соглашаясь с чем-то, что он ей вполголоса говорил, — Девлин не мог расслышать его слов. Он почувствовал, как на грудь его навалилась тяжесть. Ну да, он ревнует. Яснее ясного.

Ревность. Самое глупое из чувств. Девлин и не помнил, чтобы он когда-нибудь его испытывал, и особенно глупое, когда касается этого английского бутончика.

— Вот логическое объяснение мифам, — сказал Фредерик Эдвину Мелвиллу, размахивая вилкой. — Египет, Греция, Рим, майя, инки, кельты — у всех похожие предания И боги, которым поклоняются эти люди, и легенды, которые они пронесли через века — все восходит к временам Атлантиды.

— Сплошные химеры, — сказал Эдвин, отрезая кусок жареной курицы.

— Вы разве не верите, что в самом сердце Бразилии затерян древний город Аваллон? — спросил Девлин.

— К сожалению, мой дорогой друг на протяжении многих лет гоняется за радугой. — Эдвин обмакнул курицу в соус из белого вина. — Я отправился в это путешествие, исключительно чтобы помочь ему, чтобы исполнить его желание.

18
{"b":"6362","o":1}