ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Один против Абвера
Тайна Голубиной книги
Делай космос!
Мысли, которые нас выбирают. Почему одних захватывает безумие, а других вдохновение
Издержки семейной жизни
Незнакомка, или Не читайте древний фолиант
Девушка с Земли
Уроки плавания Эмили Ветрохват
Аромат от месье Пуаро
A
A

Он неспешно соскребал мыло и черную щетину со своих щек, вытирая лезвие о полотенце, засунутое за ремень брюк. Странно, каким сокровенным ритуалом казалось ей это чисто мужское действо. Интересно, жены так же наблюдают за своими мужьями?

— Как движутся дела?

Кейт слегка подпрыгнула, услышав голос отца. Она подняла голову и увидела, что тот стоит рядом, а она не слышала даже, как он подошел.

— Прости, я не хотел испугать тебя, -Фредерик водрузил свой стул на песок рядом с ней. — Никогда бы не подумал, что ты такая прыгучая.

Девлин покосился, смывая мыло с бритвенного лезвия, одна черная бровь поднялась в молчаливом вопросе, когда он посмотрел на нее. Она проигнорировала этот жест, уткнувшись снова в свой эскизник.

— Хочу взглянуть, как идет работа, — сказал Фредерик, потянувшись к открытому альбому.

Кейт мгновенно захлопнула обложку, прихватив при этом пальцы отца.

— Прости, — прошептала она, когда он вскрикнул.

— Что-нибудь не так? — спросил Фредерик, потряхивая ушибленными пальцами.

• — Нет, просто я предпочитаю не показывать наброски, пока они не закончены. Фредерик нахмурился.

— С каких это пор ты начала стесняться своей работы?

Жар подползал по ее шее к щекам, она не могла скрыть румянца. Она чувствовала, что Маккейн смотрит на нее. Она могла только гадать, что он думает в этот момент.

— Мне не слишком нравятся эскизы, которые я сделала недавно.

— А, понятно. — По голосу отца она поняла, что он догадывается, что она что-то скрывает.

Ей надо побыстрее избавиться от набросков с Девлином Маккейном, она должна уничтожить их, все до одного. Но она никак не могла заставить себя вырвать из альбома те страницы.

— Не делайте этого, Девлин, — сказал Фредерик, взглянув поверх головы Кейт. — Вы же отрежете себе ухо этим лезвием.

— Я осторожно.

Кейт посмотрела на Девлина как раз в тот момент, как он отхватывал бритвой прядь волос из своей косматой гривы. Она прикусила губу, увидев, как на землю упал шелковый завиток. Малейшее неосторожное движение, и Маккейн не оберется неприятностей. Ей-то что, пусть увечит себя, если ему охота. Ей наплевать, уверяла она себя.

— В экспедиции меня всегда стригла Кети, — сказал Фредерик, опустив ладонь на ее плечо.

Предчувствуя, что может последовать дальше, Кейт ощутила, как быстро забилось ее сердце. Она взглянула на отца, но прежде чем она успела открыть рот, Фредерик определил ее судьбу.

— Пойду принесу ей ножницы, пусть сыграет роль Далилы.

Как только отец юркнул в палатку, Кейт бросила взгляд на свои руки. Как ей унять дрожь? И резать волосы Маккейна, а не свои пальцы?

Она ничего не могла с собой поделать. Она не перенесет его близости. Она не выдержит прикосновения шелковых волос, когда они заскользят между ее дрожащими пальцами. Может, все-таки попробовать? Нет, слишком опасно.

Но он испортит свою шикарную шевелюру, если она не поможет. К тому же ее отказ воспримется теперь как настоящая грубость.

Нет. Это невозможно. Надо срочно придумать какую-нибудь отговорку, решила она, глядя на Девлина.

В его глазах она прочитала то, что он сам думает по этому поводу. Ей почему-то показалось, что он скорее бы согласился сделать заплыв в компании аллигаторов, чем позволить ей приблизиться к нему. Отлично, оно и к лучшему, подумала Кейт, вставая на ноги.

— Я справлюсь сам, мисс Витмор. — Девлин повернулся снова к зеркалу.

— Что с вами, мистер Маккейн? — она уронила свой альбом на землю. — Боитесь, что я на самом деле Далила?

Девлин посмотрел на лезвие, которое он держал в своей руке, пригляделся к своему отражению в хорошо отполированной стали… да, ему только что вынесли приговор.

— Я совсем неплохо умею стричь.

Девлин не смотрел на нее, но точно знал, что ее подбородок гордо поднят, этот решительный жест означал, что она готовится к атаке. Он понимал, что стоит ему разок качнуть головой, она мигом откажется от своей затеи. Когда Фредерик принес ножницы, Девлин уже направлялся к стулу Кейт и усаживался на брезентовое сиденье.

— Не волнуйтесь, Девлин, Кети занимается этим уже много лет, — успокоил его Фредерик и ушел к реке, где были Эдвин и Остин.

Кейт постояла мгновение, изучая Девлина, — будто собиралась писать его портрет, в одной руке она держала ножницы, в другой — черепаховый гребень. Заходящее солнце пронзало светом ее непослушные локоны, которые выбились из толстой косы, свисавшей на ее спине. Они сверкали, как полированное золото вокруг ее лица, побуждая его намотать шелковые пряди на пальцы.

Он закрыл глаза, пытаясь избавиться от наваждения. Но с закрытыми глазами сильнее одолевали иные желания.

Ее пальцы скользнули в его шевелюру, их подушечки коснулись корней волос. Вокруг него расцвели розы, их бархатистые лепестки падали на него дождем, окутывая его ее ароматом. И за ароматом он уловил запах женщины, запах ее влажной кожи, гладкой кожи, соленой кожи, которую так хотел попробовать на вкус. Он тяжело сглотнул.

Она провела гребнем по его волосам, снова и снова, жесткие зубья мерно массировали его скальп. Нежными пальцами она распутывала сбившиеся пряди, и эти движения и возбуждали, и успокаивали одновременно. Волосы его были мокрыми после купания, и вода капала с них на плечи и грудь, лаская теплом его кожу.

— Ну а я искупаюсь попозже, дождусь вечера. — Ножницы тихонько защелкали, в то время как ее пальцы мягко сжимали его затылок.

Он пытался представить, как бы она выглядела, если бы на ней не было ничего, — кроме лунного света и воды. И как чувствовала бы себя в его объятиях… ее мокрая кожа ласкает его кожу… атласные бедра обвивают его талию, нежные кончики ее сосков трутся об его грудь. Желание, точно острое лезвие пронзило пах.

— Никаких купаний.

Она остановилась, ее пальцы замерли на его макушке.

— Вы купались, а почему мне нельзя?

— Можно Но только до наступления темноты, и чтобы кто-нибудь был рядом.

— Ясно Мне дозволили искупаться, но я должна устроить развлечение для всей экспедиции.

— В темноте плавать слишком опасно. Да и днем неожиданностей хватает.

Она затихла, молча стоя позади него, тепло от ее пальцев струилось на его обнаженную шею. Но даже и не глядя на нее, он знал, она состроила сердитую мину — нижняя губа прямо выпячена, в глазах голубой огонь, на щеках румянец. Боже милостивый, она была просто великолепна, когда сердилась.

— Хорошо, я подогрею чан с водой и принесу к вашей палатке, — сказал он, желая пригладить перышки, которые он растрепал. — Это вас устроит?

— Что ж, я вынуждена подчиниться. Ножницы закрывались с мягким стуком стали о сталь. Шелковые пряди спадали на его обнаженные плечи и грудь, щекоча его чувствительную кожу. В его сознании тут же возник образ женщины, с распущенными волосами, они ласкают его плечи, эти шелковые золотые нити скользят по его груди, в то время как она обволакивает его сладким теплом своего обнаженного тела.

— Вы всегда так заботитесь о своей внешности, мистер Маккейн? — спросила она, в ее голосе слышался укор, смешанный с любопытством.

— Я понял, что о мужчине часто судят по его внешнему виду.

Ее пальцы на секунду замерли, ухватив прядь волос на его затылке.

— Поэтому вы бреетесь каждый вечер перед обедом? — чуть помедлив все-таки спросила она.

• — Просто привычка.

— Понятно.

Он готов был поклясться, что в ее голосе проскользнуло разочарование. Неужели она воображала, что единственная причина того, что он нещадно драил себя бритвой — это ее присутствие? Он не мог себе не признаться, что в общем-то Кети Витмор попала в точку, не будь ее, стал бы он с таким тщанием выскребать каждый вечер свою физиономию. Но будь он проклят, если он этому английскому розовому бутону даст понять это… И так уж эта женщина забирает власть над ним.

Он услышал, как она глубоко вдохнула, почувствовал нежное копошение ее пальцев на своем затылке, потом снова щелкнули ножницы. Толстая прядь покатилась по его спине, роскошные волосы прилипли к его мокрой коже.

31
{"b":"6362","o":1}