ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Искусство убивать. Расследует миссис Кристи
Ухожу от тебя замуж
Союз капитана Форпатрила
Между небом и тобой
Состояние – Питер
Мои живописцы
Солнце внутри
Хроники одной любви
Преследуемый. Hounded
A
A

Теплый лен скользнул по его плечу, под ним было что-то слишком мягкое, чтобы быть ее рукой, слишком упругое, чтобы быть чем-нибудь, кроме холмика ее груди. Он почувствовал спазм в пояснице. Проклятье, он не мог припомнить, когда в последний раз женщина возбуждала его с такой легкостью.

— Вы чуть не испортили свои волосы этим безжалостным кромсанием. — Она встала напротив него, ее фигура всплыла темной тенью под его сомкнутыми веками.-Я вынуждена была срезать их до самых мочек.

— Это именно то, что я и собирался сделать. — Он поднял на нее глаза. Между светло-коричневыми крыльями бровей легла глубокая морщинка. — А вам что, нравились длинные?

Его вопрос, видимо, захватил ее врасплох. Она спешно скользнула в палатку, и он слышал, как Ножницы и гребень стукнулись о брезент.

— Мистер Маккейн, меня ни в малейшей степени не интересует, что вы решили сделать со своими волосами. Уверяю вас. — Она пробежалась ладонями по его плечам, смахивая остриженные прядки.

Он чувствовал, что ее тянет к нему и что ей это совсем не нравится, как и ему не нравится то, что его тянет к ней. Они не подходили друг другу, это было ясно, как день. Когда ее пальцы пробежались вдоль позвоночника, Девлин выгнул спину.

— Щекотно? — он услышал усмешку в ее голосе.

— Нет. — Щекотка не имела ничего общего с тем, что он испытывал. Он не мог вынести этого, только не зги легкие ласковые прикосновения, каждое из которых вызывало в его сознании грезы о том, как ее руки ласкают все его тело. Он встал и обернулся через плечо.

Она смотрела на него этим своим загадочным взглядом, сочетающим невинность и страсть, так смотрела, будто он был первым мужчиной, которого она видела, единственным мужчиной. Он сразу вдруг почувствовал, как жаркое солнце припекает его обнаженное тело и как она смотрит на него, будто хочет раздеть его до конца и ласкать, ласкать его — везде.

Сладкая боль нарастала где-то внизу живота. Если бы он был уверен, что она осознает действие ее взгляда, он немедленно схватил бы ее в объятия. Но он знал другое: она даже не догадывается о том, что делает с ним, да поможет ему Господь!

— Спасибо за стрижку. — Он отвернулся .от нее. Она умела сковывать его волю, он терял контроль над собой и оказывался на краю катастрофы.

Он направился к реке. Хотя понимал, что теплая вода не остудит пламя в его крови.

Бежать некуда! Ему нет избавления от этой пытки — быть около нее. В душе крепло ужасное предчувствие: мучения, которые он испытывает, будут становиться еще страшнее с каждым днем.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Здесь совсем неплохо, подумала Кейт, вечерний воздух освежал прохладой, и пока ни одного москита. Однако если верить Маккейну, очень скоро они встретятся с этими маленькими тварями. Она вымылась, как могла, в тазе с теплой водой. По крайней мере, ее тело было теперь чистым и прохладным, в первый раз за весь день она почувствовала себя хорошо. Во всяком случае физически. Но душу ее терзали тысячи эмоций, настолько разных, что когда они сталкивались, это было похоже на удар камня о кремень, белые вспышки так и сверкали, разжигая в ней раздражение и беспокойство.

Костру что-то нашептывал ветерок, подбрасывая сверкающие красные искры в воздух: они летели в сторону Девлина Маккейна и опускались на бледный песок, на лету успев превратиться просто в серую толу. Сквозь сомкнутые ресницы Кейт смотрела на мужчину, сидящего по ту сторону мерцающего огня. Он оперся спиной о бревно, больше похожее в лунном свете на отполированный камень, а не на дерево. Длинные ноги были вытянуты. Он что-то вырезал из длинного куска ножом, не тем, который он носил на бедрах, а совсем маленьким. Что он там мастерит? Похоже на флейту.

Девлин Маккейн был так погружен в свои мысли, что, видимо, не замечал никого вокруг и не слышал ни слова из того, о чем громко спорили ее отец, Эдвин и Барнаби. По поводу ирландского фольклора и его возможной связи с Атлантидой. О чем думал Маккейн? Было ли в его мыслях место для одной английской дуры, которая не в состоянии думать ни о чем и ни о ком, кроме него?

— Ты улетела за тысячу миль отсюда.

Кейт посмотрела на Остина. Подперев щеку рукой, он развалился на шерстяном одеяле, как-то странно улыбаясь, — будто что-то заподозрил.

— О, простите… Мой ход? — она опустила глаза на шахматную доску, лежащую между ними.

— Да, я уже минут пять в ожидании.

— О, -прошептала она, чувствуя, как жар подбирается к ее щекам. Она посмотрела на доску, пытаясь заставить свой разум хоть немного работать, он совсем не хотел ей подчиняться. Слева донеслось слабое шуршание песка, и она увидела, что к костру плетется Роберт. Он явился очень кстати.

— Вы уверены, что именно этого хотите? — спросил Остин, когда она захватила слоном его пешку.

В тот момент она не была уверена ни в чем.

— Думаю, что да. — Она отклонилась от доски, присев на пятки.

Остин тут же взял-ее слона конем, угрожая ферзю.

— Шах.

— О, Кети, дорогая. Не похоже, чтобы вы бросили вызов лорду Синклейру. — Роберт упал на колени на одеяло рядом с ней. — Или я ошибся? — он наклонился ближе. — Может, вы просто хорошо маскируетесь?

Кейт отвернулась. От Роберта разило виски, этот резкий запах пропитал его насквозь, смешиваясь с ужасной вонью немытого тела.

— Вы убьете себя, если не прекратите пить. Роберт, расхохотавшись, откинулся на спину.

— О, черт, мы все умрем от чего-либо. А уж в этом путешествии у нас будет предостаточно шансов на это.

— Интересно. — Остин поднял одну из захваченных пешек Кейт. Он покрутил в пальцах выточенную из красного дерева фигурку и пристально посмотрел на Роберта. — Почему вы решили отправиться в эту экспедицию?

— У меня не было выбора, старик. Никакого. — Роберт с трудом вытащил бутыль с виски из пиджачного кармана. Ему это удалось, но вместе с бутылкой он оторвал и кусок кармана.

— Уже поздно, Роберт. — Кейт заметила, как дрожит бутыль в его руках. — Почему ты не идешь спать?

— Да, уже поздно, слишком поздно что-то менять, как и старику Фаусту, — сказал он, в его интонации чувствовалось странное сочетание иронии и грусти.

Роберт вытащил пробку и сделал большой глоток, потом, опершись ладонью о бедро, доверительно наклонился к Остину, делая вид, что хочет с ним посекретничать.

— Знаешь ли, отец все еще надеется, что это путешествие даст мне шанс завоевать руку Кети. Я не ты, я с умом бы использовал миллионы Витморов. Так что, если ты еще не сделал ей предложения, повремени. Ради меня, старик. Может, она решится на этот отчаянный шаг, все-таки уже не девочка.

Его бесстыдство разожгло гнев Кейт.

— Вы уже, наверное, высосали все, что можно, из вашего отца?

Роберт кивлул.

— Я был ужасно гадким мальчиком, — сказал он, покачиваясь. — Очень гадким. Я сдружился с дьяволом, вы знаете. И боюсь, что по моей милости честный Эдвин очутится в богадельне. — Его плечо прижалось к ее. — А вы когда-нибудь вели себя как гадкая девочка, Кети? Неужели вы и на самом деле такая неприступная, какой кажетесь. Не скрою, эго очень мне интересно. Неужто вы до сих пор сохранили невинность?

Кейг посмотрела через доску на Остина. Свет от костра выхватывал из тьмы пол его лица. Оно было спокойным, как гладь глубокого озера безветренным утром. Он бесстрастно смотрел на Роберта, и только крепко стискивавшие пешку пальцы выдавали его гнев.

— Иди-ка ты спать, Роберт.

«Пока не наговорил еще чего-нибудь более мерзкого», — подумала Кети.

— Я видел тебя днем с Маккейном, ты подрезала ему волосы, — прошептал Роберт в ее ухо. — Будь осторожна, старушка. Он не нашего круга, ты понимаешь. Второй сорт, как говорится.

Гнев и возмущение охватили ее. Резко обернувшись, она толкнула его в грудь, и он опрокинулся на песок, как тряпичная кукла.

— Какое вы имеете право говорить о мистере Маккейне таким безобразным тоном.

— Смотри, что ты наделала, пролила мое виски. — Роберт тщетно пытался принять сидячее положение.

32
{"b":"6362","o":1}