ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— И работы будет достаточно?

— Муж никогда не разрешит жене рыскать по всему миру в поисках потерянных миров. Он потребует, чт обы я бросила работу. Он потребует, чтобы я стала послушным маленьким украшением, подавала чай и обеды и… я не знаю, что еще. Мне было бы так противно все это, неужели ты не понимаешь? А через год-другой и он возненавидел бы меня — как я его, за то, что он превратил меня в нечто, совсем на меня непохожее.

И все же она пыталась иногда представить: каково это — соединить свою жизнь с каким-нибудь мужчиной, чувствовать, как обнимают тебя его руки. «Если я когда-нибудь встречу мужчину, который оставит мне мою независимость, который будет моим компаньоном…» Ах, но где ей найти такого человека… Она пришла к выводу, что он попросту не существует.

— Остин, кажется, принадлежит к тому типу мужчин, который никогда не будет держать тебя на привязи.

Это была правда. По крайней мере, так казалось. Но где гарантия, что этот человек не переменится после брачной церемонии? Где гарантия, что ты не окажешься в ловушке?

— Я уверена, что Остин никогда и не помышлял просить моей руки.

— Ну, если он наберется смелости, может и попросит.

Милый Остин. Такой он был умный и добрый, такой шутник. И смотреть на него одно удовольствие — она не могла этого не признать. У него было решительно все, что хочет женщина от мужчины. Однако между ними установились пусть очень теплые, но исключительно дружеские отношения. А этого было недостаточно.

Ее снова настиг образ Девлина Маккейна, принеся с собой волну тепла, странно беспокоящего ее тело. Она встала и взяла стоящий на столике рядом с софой стакан.

— Я просто не понимаю, как ты мог подумать, что я могу выйти замуж за такого человека, как Девлин Маккейн.

Взгляд отца дал ей понять, каким откровением прозвучал для него этот внезапный поворот в их разговоре. Она подняла глиняный кувшин в форме тукана — здесь его называют морингью — и налила воду из клюва в стакан.

— Уверяю тебя, я нахожу мужчин менее привлекательными, чем… чем тукан.

— Нет, это я пить не буду. — Кейт обнаружила в стакане дюймового таракана, барату, плавающего в воде. Дрожь пробежала у нее по позвоночнику. В этом климатическом поясе всюду ползали какие-то насекомые. Вот почему полы везде были голые: блохи любят селиться в коврах.

Она все еще не привыкла к жирным черным тараканам, они были повсюду. Сегодня утром один из этих красавцев дремал в ее туфле. Так как отец не разделял ее отвращения к этим мерзким существам, то не считал нужным убивать их. Некоторым он даже стал давать имена, тем, кто появлялся чаще своих собратьев.

— . Отец, мне бы хотелось, чтобы ты не держал своих любимцев в кувшине с водой.

— Я застал Горацио за пожиранием обложки моего дневника этой ночью, — сказал Фредерик, наблюдая за дочерью, которая понесла свой стакан к балкону. — Маленький дьяволенок любит есть кожу.

Кейт выплеснула Горацио на улицу и вернулась в комнату. Изумленный вздох и длинное ругательство заставило ее замереть.

— О Боже! — прошептала она, глядя на отца. Фредерик склонил свою темную голову, на его губах была улыбка.

— Я думаю, тебе следовало выглянуть наружу, прежде чем выкидывать бедного Горацио с балкона

Кейт бросилась обратно на балкон и, взглянув вниз, обнаружила Девлина Маккейна, который стоял на траве в двадцати футах ниже и смотрел на нее. Солнце играло в каплях, повисших на его темных волосах. Кейт следила за блестящей капелькой, которая скользнув с его щеки, упала на могучую шею и исчезла под воротником белой сорочки. Ее воображение дорисовало, как эта капелька скатилась в густые черные завитки, покрывавшие, как она знала, его широкую грудь.

Увидев ее, Девлин сделал глубокий вздох и с шумом выпустил воздух через стиснутые зубы.

— Мне следовало предвидеть это.

Она почувствовала, как от смеха ей свело живот, она еле сдерживалась и даже прикусила губу, чтобы не расхохотаться.

— Мне ужасно жаль, — сказала она с предательски вырвавшимся смешком.

Девлин заметил ее насмешливый взгляд и вопросительно вздернул темную бровь.

— Жалеете, что не выбросили следом и стакан?

— Ну раз уж вы сами это сказали, то да.

— Мистер Маккейн, пожалуйста, простите мою дочь, — Фредерик положил руки на перила рядом с Кейт. — У нее плоховато с чувством юмора. Поднимайтесь. В комнате есть чистое полотенце. Номер 203.

Кейт посмотрела, как Маккейн скрылся под балконом, потом повернулась к отцу.

— Почему ты думаешь, что он направляется сюда?

— Возможно, он изменил свое решение, — сказал Фредерик, возвращаясь в гостиную.

Кейт последовала за ним. Ее пальцы по-прежнему сжимали стакан.

— Он считает, что мы дураки, поскольку верим в Аваллон.

— Он прагматик, дорогая.

— По-моему, он просто невоспитанный невежа. Кейт поставила стакан на стол около кувшина и взглянула на свои ладони. Они были влажными, и это скорее всего из-за Девлина Маккейна, нежели из-за мокрого стакана, который она держала. Когда раздался стук в дверь, она вздрогнула.

— Между прочим, ты покраснела, — сказал Фредерик, направляясь к двери.

— Отец, пожалуйста, не будь вульгарным, — прошептала она, борясь с желанием прикрыть горящие щеки руками. Она сделала глубокий вдох, пытаясь успокоить внезапно забившееся сердце. Боже милостивый, она вела себя как женщина, влюбленная в какого-нибудь жестокосердного красавца. В слабоумного представителя существ, которых она не выносила. Ну уж нет, с ней подобной чепухи никогда не произойдет.

Кейт стояла около софы, глядя, как ее отец открывает дверь и приветствует Девлина Маккейна. Она всегда была уверена, что ее отец довольно высок. Но Маккейн на несколько дюймов был выше шестифутового стройного Фредерика. На мгновение Маккейн заполнил собой весь дверной проем, потом отец пригласил его войти. Маккейн широким пружинистым шагом прошел в комнату. Настоящий гигант.

— И снова грубая сила и мощь этого человека поразили ее. Они были заметны в каждом его движении, они обвевали ее, как жаркий ветер в пустыне. Ей вспомнились легенды о бессмертных богах, живущих на высоких горных вершинах, спрятанных за облаками от простых смертных.

Она читала в кельтских преданиях о мужчинах, наделенных магической силой, о мужчинах, которые уносят земных женщин в свои небесные дворцы, где они становятся недоступны холодящему прикосновению времени. Бессмертие. Вечная жизнь среди величия и власти.

Это все не более чем миф, напомнила она себе, Маккейн обыкновенный человек. Просто не совсем цивилизованный. Но она по-прежнему ощущала дрожь в глубине тела, пугающую слабость, которую вызывал У нее один лишь взгляд на этого мужчину — ощущения, доселе ей неведомые.

Большинство из знакомых ей мужчин были ученые или аристократы. Таких, как Девлин Маккейн, она никогда не встречала. Может, он поэтому так поразил ее, успокаивала она себя. Между тем, она ничего не могла поделать с собой, ее неудержимо тянуло к этому грубому варвару. Ну да, она ведь все-таки ученый.

Она совсем не из тех женщин, которых можно очаровать красивым лицом и прекрасно сложенным телом. Просто он ей любопытен, и только. И все же она не могла не думать о том, каково это прикоснуться к нему, почувствовать его теплую кожу своей ладонью. Его теплую, гладкую кожу. Маккейн посмотрел на нее и поймал ее взгляд. Опять.

Серые и голубые тени мерцали, как грозовые облака в его глазах, края радужной оболочки были тронуты густой синевой. Зачарованная серебряно-голубым взглядом Маккейна, она не могла шевельнуться, у нее перехватило дыхание.

Этот взгляд пронизывал. Такого она прежде не испытывала. Он опалял, он испепелял все маски, за которыми она пыталась скрыться. Девлин срывал с нее пелену, и у нее было такое ощущение, будто он прочел ее дневник и теперь знает все ее секреты, и даже те, в которых она боялась себе признаться.

Ее отец что-то говорил, но она не слышала его, увлеченная собственными мыслями. Маккейн подошел и протянул ей руку, заполнив ее собой.

6
{"b":"6362","o":1}