ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Я думаю, что то ожерелье, что было на леди Джудит — копия. Настоящее наверняка хранится под стеклом в музее.

— Я наслышан о репутации ван Хорна. Его коллекции антиквариата может позавидовать любой музей, а это далеко не все, что у него есть. Ходят слухи, что существует еще одна коллекция, которую он никому не показывает. В ней еще более ценные вещи. — Фредерик разрезал истекающую соком папайю над одной из тарелок, выструганных Девлином из сухой пальмы. — Я думаю, он не остановится ни перед чем, чтобы пополнить свои коллекции. Это очевидно.

— Вы считаете, что он украл ожерелье из музея? — спросил Остин.

— Да, я совершенно в этом не сомневаюсь. Это лакомый кусочек для любой коллекции. Я думаю, что он специально заставил леди Джудит надеть ожерелье, хотел нас подразнить. Это он обожает.

— Похоже, ваи Хорн коллекционирует не только вещи, но и людей, — сказал Девлин, посмотрев на Остина. — Он мог купить кого-нибудь из музейных служащих, из тех, кто имеет доступ к ценному антиквариату. Это вероятно?

— Вполне. — Остин уставился на огонь, его лицо стало непроницаемым.

Девлин нахмурился — холодный ветерок донес до него фальшивые звуки. Девлин признал балладу «Зеленые рукава» по словам, потому что мелодию узнать было невозможно. Он вопросительно посмотрел на Фредерика.

Фредерик рассмеялся.

— Кети любит петь. Жаль, что у нее абсолютно нет слуха.

— Загадка, да? — сказал Остин, улыбнувшись Дев-лину. — Как такая очаровательная женщина, может издавать подобные звуки… Коты в подворотне поют гораздо лучше.

Интересно, подумал Девлин, сколько раз маркиз слышал пение Кейт. Страх заставил Кейт раздвинуть ноги перед выродком, перед владельцем казино, страх умереть, не попробовав запретного плода. А может, она воображала, что это Остин обладал ею, что это он проник за барьер невинности. Может, Девлин просто-напросто обокрал галантного лорда, лишив его чести сорвать цветок девственности в брачную ночь? Эта мысль как кинжал вонзилась в его душу, снова вскрыв раны, которые, он знал, не заживут еще очень долго.

Фредерик вытащил носовой платок и начал вытирать пальцы.

— Когда ей было девять и пастор в нашей лондонской церкви попросил меня забрать ее из хора, она тогда очень расстроилась.

— Было бы гораздо хуже, если бы лопнули барабанные перепонки у прихожан, — сказал Остин, смотря на рыбу, которая будто покрывалась позолотой.

Кейт взяла высокую ноту, Девлин не сразу сообразил, что это уже не пение, а крик.

— Кети! — Фредерик вскочил.

Девлин был уже на ногах и с копьем в руке. Он споткнулся о Фредерика, и оказался в нескольких футах позади Остина — тот уже успел броситься в воду. Кейт вынырнула около водопада и откинула мокрые волосы с лица.

— В чем дело? — спросила она, когда Остин добрался до нее.

Остин нахмурился.

— Ты кричала.

— Я поскользнулась на камнях.

— С тобой все в порядке, Кети? — с тревогой спро-сил Фредерик.

— Вы напугали меня, вот и все. — В суматохе Кейт забыла, что на ней нет одежды. Она вспомнила об этом, заметив пристальный взгляд Остина, направленный на ее грудь.

Угасающие лучи солнца сверкали на ее теле, груди трепетали от частого дыхания, прохладный воздух превратил ее соски в тугие маленькие бутончики. Вода плескалась около ее талии, не скрывая и того, что было ниже, настолько она была прозрачна. Кейт в смятении глубоко вдохнула, но прежде чем она успела повернуться спиной, густой воздух разрезал голос Девлина.

— Прикройтесь, — крикнул Девлин, его голос был далеко не спокойным

Она посмотрела на него — злой огонек сверкнул в серебряных глазах. Кейт повернулась спиной к мужчинам.

— Теперь, когда вы все убедились, что со мной все в порядке, я попросила бы вас ненадолго меня оставить.

— Да, конечно, — сказал Остин. Кейт не смогла разобрать, смущение или восхищение было в его тихом голосе.

Она слышала шаги мужчин, которые удалялись от ручья. Но она чувствовала, что не одна. Оглянувшись, она увидела, что у берега стоит Девлии, мокрые рубашка и брюки плотно облегали его могучую фигуру. Он смотрел на нее, в его мрачных глазах была странная смесь желания и гнева.

— Мистер Маккейи, в чем дело? — спросила она.

— К черту. У тебя три минуты, чтобы вытащить свой прелестный маленький зад из ручья.

— Вы не имеете права.

— Две с половиной минуты.

— Вы не имеете никакого права приказывать мне, как будто я ваша служанка, — закричала она, поворачиваясь к нему, скрестив руки на груди.

— Одна минута.

Ветерок лизнул ее влажную спину, и она передернула плечами, щеки ее пылали.

— Даже если я решу подчиниться, две минуты еще не прошли

Он улыбнулся. Эта его улыбочка и огонек в глазах не предвещали ничего хорошего.

— Тридцать секунд.

Если бы не его возмутительные требования, она вышла бы из ручья — даже раньше, чем через три минуты. Солнце приближалось к горизонту, унося с собой тепло и заставляя ее дрожать. Но она не желала подчиняться этому мужчине.

— Ваш командирский тон на меня не действует мистер Маккейн.

Он вошел в воду и направился к Кейт, каждое движение было полно затаенной энергии.

— Позвольте напомнить вам, мистер Маккейн, что вы работаете на меня, — сказала она, борясь с побуждением убежать. Гневный огонек в его глазах заставил ее отступить.

— В данный момент я именно это и делаю, мисс Витмор. — Он остановился менее чем в футе от нее.

Она почувствовала тепло его тела. Темные тени завитков, просвечивающихся сквозь мокрую ткань дразнили ее. Какое искушение. Он был так близко… обхватить бы руками эту шею, прижаться озябшими грудями к этой теплой груди, почувствовать жар могучих бедер.

Она ощущала, как вода ласкает ее тело, проскальзывая между бедер, эта вода сначала касалась его ног, прежде чем нежно коснуться ее кожи. Жар разгорался внутри нее, медленно и верно он набирал силу. Власть, которую он имел над ее телом, была унизительна. Ее раздражала эта власть.

— В ваши обязанности не входит приказывать мне.

— В мои обязанности входит предостеречь одну упрямую женщину от самоубийства. Шагом марш из ручья. Быстро.

Внезапный прилив злобы заставил ее потерять над собой контроль.

— Катись к черту! Я вылезу только тогда, когда захочу я, а не ты. Если ты думаешь…

Тут ей пришлось завизжать, поскольку он перекинул ее через плечо.

— Отпусти меня! Никакого результата.

— Ты не имеешь никакого права так со мной обращаться! — Она замолотила кулаками по его спине. Он вцепился пальцами в ее ногу, одно прикосновение теплой руки точно ветер разожгло угольки желания, тлеющие внутри нее.

— Девлин Маккейн, поставь меня на ноги!

Он продолжал идти. Сквозь мокрую завесу своих полос она видела отца и Остина, пока Девлин шел и нес ее к хижине. Они сидели рядышком у костра, наблюдая, как Маккейн тащит ее, будто она была трофеем, который он принес с охоты. Оба улыбались.

Кейт трясло от злости. Она колотила Маккейна, била ногами, извивалась, а он шагал себе как ни в чем не бывало прямо к хижине. Как только он поставил ее на ноги, она набросилась на него с кулаками.

— Как ты посмел! — вопила она, колошматя его по плечам. Она предприняла повторную атаку, и тут он схватил ее за запястья. Одним легким движением он завернул ей руки за спину и притянул к себе.

У нее перехватило дыхание, когда ее нежные груди уперлись в его крепкие мышцы. Она сразу ощутила каждое место, где их тела соприкасались, тепло его тела и тугие мускулы вжались в ее хрупкую плоть. И тут воспоминания выплыли из неглубоких могил, воспоминания о том, что произошло в этой хижине, воспоминания о страсти и наслаждении, которые останутся навечно в ее душе.

Она ощущала твердое прикосновение его возбужденного члена к своему животу, его жар проникал через горячий мокрый хлопок, ей казалось, что от его брюк вог-вот пойдет пар. Да помогут ей небеса, она хотела его. Прямо здесь. Прямо сейчас. Хотя отец и Остин сидели не более чем в двадцати футах, хотя она понимала, что Девлин Маккейн разобьет все ее надежды, если подчинит ее, надежды па независимую жизнь. И все же она хотела его. Она должна была побороть это ужасное желание.

66
{"b":"6362","o":1}