ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Великий Поход
Три минуты до судного дня
Наказание жизнью
AC/DC: братья Янг
Любовь попаданки
Тихий уголок
Царство льда
Моей любви хватит на двоих
Вы ничего не знаете о мужчинах

– Думаешь, ты слишком хороша для меня? Я тебя проучу. – Голос его дрожал, когда он произносил эти слова. Прикосновение его губ наполнило рот Тори вкусом виски и сигар, и она почувствовала, как к горлу подступает тошнота.

В сознании ее уживались две мысли, два противоречивых ощущения. С одной стороны, Тори просто не могла поверить, что подобное происходит с ней в ее собственной гостиной, но с другой – она понимала, что этот отчаявшийся человек не остановится перед тем, чтобы изнасиловать ее ради достижения своей цели. Одной рукой удерживая руки Тори, Хейуард скользнул другой к ее ногам и, путаясь в многочисленных складках и оборках, лихорадочно пытался задрать ее юбки. Тори опять сделала попытку закричать и принялась отбиваться с удвоенной энергией. Но все было напрасно – он уже раздвигал коленом ее бедра. Господь всемогущий, да он и правда собирается овладеть ею! Если он сможет, то у нес не останется выбора – только выйти за него замуж. Нет, ни за что! Она не должна сдаваться, она не позволит обесчестить себя… Вдруг где-то рядом раздалось рычание. В следующую секунду тело Хейуарда, прижимавшее ее к дивану, волшебным образом потеряло вес и даже поднялось в воздух. Сам Хейуард выглядел при этом ошарашенным и испуганным. Тори повернула голову и увидела Спенсера Кинкейда, который стоял у дивана, держа Хейуарда одной рукой за ворот, а другой – за ремень его брюк. Схватив неудачливого насильника, Спенс отшвырнул его от себя, Распластав руки, как птица, которая разучилась летать, Хейуард грохнулся на пол. Тори наблюдала за происходящим со странным чувством: это просто кошмарный спектакль, потому что подобные вещи в действительности происходить не могут. Пока она старалась отдышаться и прийти в себя, Кинкейд схватил Хейуарда за волосы и рывком поднял на ноги.

– Не бейте меня, – успел пролепетать негодяй, прежде чем кулак Спенса врезался в его челюсть.

Голова Хейуарда мотнулась назад, и он снова упал бы, не держи его Спенс. Тори сморщилась, когда кулак в очередной раз опустился на залитое кровью лицо и раздался жутковатый звук лопнувшей плоти. На этот раз Спенс ослабил хватку, и Хейуард кулем свалился на пол. Кинкейд, который не считал разговор оконченным, нагнулся и попытался вновь поставить врага на ноги. Тот отказывался стоять самостоятельно, и Спенс схватил его за горло. Страшные булькающие звуки сорвались с губ Хейуарда, когда ноги его начали потихоньку отрываться от ковра, а руки Кинкейда по-прежнему сжимали его шею. Тут Тори наконец пришла в себя настолько, что смогла вмешаться. Не то чтобы ей было жалко насильника, но она не хотела.

чтобы Кинкейда обвинили в убийстве.

– Остановитесь, прошу вас, мистер Кинкейд! Вы убьете его!

Спенс сделал вид, что не слышал. Тогда она собралась с силами и, встав с дивана, подошла к нему:

– Прошу вас, не надо? Я не хочу, чтобы вы убили его, – он этого не стоит.

Спенс глянул на нее сверху вниз. Глаза его горели яростью. Она схватила его за руку, ощутив сталь напряженных мышц под своими дрожащими пальцами.

– Прошу вас, не надо!

Что-то прорычав, Спенс разжат руки. Хейуард опять рухнул на пол и некоторое время просто лежал, жадно ловя ртом воздух.

– С вами все в порядке? – Спенс осторожно взял ее за плечи и заглянул в лицо.

Она кивнула, но ноги вдруг отказались держать ее измученное тело. Кинкейд подхватил Тори на руки, и она, прислонилась к его плечу, ощущая тепло мужского тела – такого крепкого и надежного. Да-да, теперь она наконец-то призналась себе, что в кольце его рук она чувствует себя защищенной, почти спокойной и счастливой и какая-то часть ее души страстно желала остаться в объятиях этого человека навсегда. Тори незаметно потерлась щекой о его плечо – шерстяная ткань пиджака была теплой и мягкой и восхитительно пахла. Этот запах имел странное свойство – войдя в ноздри, он опустился куда-то вниз живота, вызвав приятную истому в ее измученном теле.

Кинкейд осторожно опустил Тори на подушки дивана. Устроив ее поудобнее, он сел рядом и ласково коснулся ладонью красной отметины на ее щеке.

– Надо приложить лед.

– У меня будет синяк? – Она испуганно прижала дрожащие пальцы к лицу.

– Кое у кого их будет гораздо больше. – Он подмигнул ей.

– Господи Боже! – В дверях гостиной возникла Лилиан Грейнджер.

Миссис Грейнджер сверкнула глазами в их сторону, и Тори испуганно вцепилась в рукав Спенса. Потом Лилиан посмотрела на распростертого, на полу насильника:

– Мистер Хейуард, что с вами случилось?

– Кинкейд… – прохрипел тот.

Лилиан обратила на Спенсера гневный взор:

– Мистер Кинкейд, я требую, чтобы вы немедленно покинули мой дом!

– Мама, мистер Кинкейд меня защищал.

– Защищал? От твоего жениха?

– Жениха? – Спенс был ошарашен. Он перевел растерянный взгляд на Тори.

Она покачала головой. О, как бы она хотела все объяснить, но сначала нужно успокоить мать.

– Мистер Хейуард пытался силой… навязать мне свое внимание.

– Глупости. Я уверена, ты просто неправильно его поняла. Не так ли, мистер Хейуард?

– Мы разговаривали, когда в комнату ворвался Кинкейд. Он сумасшедший! – Хейуард с трудом принял сидячее положение и жалобно смотрел на Лилиан из-под начавших опухать век.

– Мистер Кинкейд, вас больше не примут в этом доме. – Лилиан была вся воплощенное негодование.

– Послушайте, леди! – Спенс шагнул к ней. Он начал сердиться, его лицо и фигура снова стали пугающе грозными. – Когда я вошел…

Тори схватила его за пиджак и дернула, заставив обернуться и замолчать. Она была уверена, что объяснения только вызовут ярость матери и усугубят и без того незавидное положение, в котором она оказалась.

– Мама, мистер Кинкейд и правда пытался мне помочь.

– Не вмешивайся, Виктория, – приказала мать.

– Но, мама…

– Мистер Кинкейд, – теперь Лилиан вообще игнорировала дочь, – покиньте мой дом, иначе мне придется позвать слуг.

– Боже мой, из всех глупых гусынь… – пробормотал Спенс и повернулся к Тори: – Вы тоже хотите, чтобы я ушел, мисс Грейнджер?

– Мистер Кинкейд, в этом доме решения принимаются не моей дочерью! – Голос Лилиан сорвался на визг.

Но Спенс продолжал смотреть на Тори.

– Мисс Грейнджер?

Тори взглянула на мать, застывшую в напряженной позе, потом перевела взгляд на Кинкейда. Он показался ей еще огромнее, чем всегда. Кроме того, он был явно рассержен и, судя по всему, готов был броситься на первого попавшегося дракона и разорвать его на куски. И все же она чувствовала в нем заботливую нежность, и это заставляло ее безумно желать его объятий, и совсем не хотелось его прогонять. Наоборот, ей страстно хотелось вновь оказаться в кольце сильных и надежных рук, и пусть он ее защитит. Позаботится обо всем… Но это невозможно, немыслимо…

– Я думаю, будет лучше, если вы уйдете, – мягко произнесла она. Нужно взять себя в руки. Она не может позволить себе быть слабой. И все свои проблемы она решит сама.

Спенс разочарованно вздохнул. Но в следующий момент он ласково сжал ее ладонь.

– Помните, что я говорил вчера: если я вам понадоблюсь, вы всегда можете рассчитывать на мою помощь. Я остановился в «Хэмптон-Хаусе».

Он зашагал к выходу. При его приближении Лилиан демонстративно подобрала юбки, словно боялась испачкаться. У порога Кинкейд помедлил и зло посмотрел на Хейуарда, как будто опасаясь, что тот опять набросится на Тори. Она поспешно заверила его в том, что с ней все будет в порядке.

Спенс, похоже, не был в этом уверен, но, кивнув, скрылся за дверью. Тори осталась в обществе Лилиан и Хейуарда. Она попыталась объясниться с матерью, но та просто отказалась ее слушать. Лилиан не желала видеть синяк на щеке дочери, не желала принимать ее объяснения. Она уже сделала вывод – во всем виновата Тори. Она вела себя недостойно, и это привело к тому, что мужчины набросились друг на друга. Вернее, Кинкейд набросился на мистера Хейуарда.

Теперь Тори поняла – мать твердо решила выдать ее замуж за этого человека, а Хейуард, в свою очередь, не остановится ни перед чем, лишь бы добраться до денег отца. Он будет выжидать, а потом опять постарается сделать так, что у нее не останется выбора. Сегодня ему не повезло, но кто знает, что случится завтра? Тори сидела на диване, сжав руки и почти не слыша очередной нотации Лилиан. В голове ее был полный сумбур. Она вспомнила ультиматум отца, слова Кинкейда… и вдруг поняла, как избежать неволи. Сердце ее забилось быстрее. Пожалуй, это уже похоже на план, и он сулит выход из кошмарного тупика, в котором она оказалась. Да-да, так и будет – она родит ребенка и сохранит свою независимость. Отец будет доволен, и миссия не потеряет его деньга… Все должно получиться, как она задумала. Но имеет ли она право поступить так с ним? Она подняла голову. Мать ходила по комнате, гордо выпрямившись, и все еще читала нотацию. Ее слова были колючими и холодными, но она ни на йоту не повысила голос – леди всегда сдержанна. Решимость Тори таяла. Мать никогда ей не простит, если она сделает то, что задумала. Это будет… скандал. Она не сможет… Но тут Тори встретилась взглядом с Ричардом Хейуардом. Он улыбался, уверенный в своей победе. Это решило все. Она не выйдет замуж за этого человека. Обстоятельства не оставляют ей выбора. Господи, дай ей силы привести ее план в исполнение.

18
{"b":"6364","o":1}