ЛитМир - Электронная Библиотека

Одинокая слеза скатилась по ее бледной щеке. Она смахнула ее и с негодованием ответила:

– Мне не нужна ваша помощь.

– Неужели вам никогда не приходило в голову, что настоящие леди – некоторые из них – получают удовольствие от ласк и поцелуев мужчины? – Спенс нежно провел пальцем по влажной щеке. – Женщина тоже может получать удовольствие от занятий любовью – поверьте мне.

Но Тори отстранилась.

– Я сомневаюсь, что вы часто имели дело с леди, мистер Кинкейд!

– Черт возьми! – Выдержка Спенса подходила к концу. – Перестаньте убегать от меня! – Он схватил ее за плечи.

– Уходите! – Тори вырвалась и попятилась от него. – Оставьте меня!

– Позвольте мне, Тори… – Спенс шагнул за ней, протягивая руки.

– Нет! Мы заключили сделку. Почему вы просто не можете сделать мне ребенка и убраться из моей жизни?

Несколько секунд Спенс молчал. Потом, удивляясь собственному терпению, ответил:

– Потому что я хочу снова встретиться с той женщиной, которую вы прячете под маской Принцессы Ледышки. Я знаю, что она нежная, чувственная… Я мог бы полюбить ее.

Слова вырвались сами собой, и Спенс был удивлен не меньше Тори. Но она быстро справилась с удивлением и опять рассердилась.

– Вы готовы пойти на что угодно, лишь бы еще больше меня унизить!

– Тори…

– Нет, подождите. Я не хочу слушать ваши лживые слова и играть в дурацкие игры. Мне нужен только ребенок. Понятно? Ребенок, а не вы и ваша любовь!

Слова хлестнули его, словно пощечина. Несколько секунд Кинкейд не мог оправиться, потом заговорил, и голос его был обманчиво спокоен:

– Боюсь, все будет не так просто, Принцесса. Дайте мне знать, когда надумаете стать любящей женой.

Спенс стоял на темной палубе и вдыхал прохладный морской воздух, пытаясь прийти в себя после тяжелого разговора. Какого черта он тратит столько сил? Она сама сказала, что ей не нужен муж. Казалось бы, чего проще – положить ее на спину и сделать ей ребенка. Тяжелые волны перекатывались за бортом, луна серебрила их нежным, но таким холодным светом. Как глаза Виктории. Спенс чувствовал себя измотанным, как будто провел несколько раундов в схватке с серьезным противником. И обиженным – он не побоялся открыть душу, а она ему не поверила. В следующий раз он не будет так откровенен.

– Чудесный вечер, сэр. – Капитан Харли подошел и остановился рядом. – Надеюсь, вы и миссис Кинкейд довольны поездкой?

– Мы оба не скоро забудем это плавание, – честно ответил Спенсер.

Спенсер возлагал большие надежды на это путешествие. Он намеренно увез Тори из города, лишив ее привычного окружения, надеясь, что это поможет разбить строгие правила, в которых ее воспитала мать, и растопить лед. Но теперь он не был уверен, что затея была так уж хороша. И все же сдаваться рано. Он не может отказаться от нее. Найдутся другие способы залечить душевные раны Тори и разбудить ее сердце.

Капитан не спешил уходить.

– Мы будем на асиенде завтра утром.

Кинкейд мгновенно представил себе: белый песок, бирюзовая вода и молодая женщина, одетая в простую юбку и тонкую белую рубашку.

– Мы можем сделать небольшую остановку по пути? – спросил он капитана. – Я хотел бы купить миссис Кинкейд кое-что из одежды.

– Мы будем проходить мимо поселений, но… – капитан Харли с сомнением покачал головой, – вряд ли вы найдете там одежду, которая подошла бы такой изысканной леди.

– Это к лучшему. – Спенс ухмыльнулся и подмигнул капитану. – Я хочу что-нибудь необычное для нее. Думаю, костюм деревенской красотки подойдет в самый раз.

– Тогда, уверен, мы найдем что нужно, – кивнул капитан, улыбаясь.

Спенса вдруг охватило беспокойство. «Я уже нашел, – подумал он. – Я нашел женщину, которую искал всю жизнь. Но смогу ли я удержать ее?»

Глава 14

Принадлежащая Алану асиенда располагалась на весьма живописном месте: на мысу, в рощице пальмовых деревьев. Низкий белый дом, построенный в виде соединенных друг с другом двух флигелей, напоминал раскинувшую крылья морскую чайку. Дом был оснащен всеми мыслимыми удобствами, включая собственный колодец с чистейшей водой. Тори вздохнула с облегчением: шесть спален и откровенная роскошь развеяли ее опасения – она уже приготовилась увидеть какую-нибудь лачугу. Гостей приняли с радушными улыбками и постарались устроить как можно удобнее. По просьбе Кинкейда для них приготовили две спальни. И вот теперь Тори стоит в своей комнате, смотрит на ухоженный сад и грустно размышляет: а почему Кинкейд захотел иметь отдельную спальню? Их комнаты разделял небольшой внутренний дворик, выложенный мраморной плиткой. Но Тори казалось, что между ними воздвигнута высокая каменная стена. В спальне было прохладно, несмотря на сильную жару. Легкий ветерок играл тонкими кружевными занавесками и приносил из сада аромат цветущих лимонных деревьев, а с берега – свежий запах моря. Белые стены были украшены бронзовыми гравюрами. Самая впечатляющая из них – восход солнца над горами. Раздался стук в дверь, и на пороге возникла полная темноволосая женщина. На лице ее сияла улыбка, в руках она держала серебряный поднос. В хрустальном графине был ледяной напиток, и Тори почувствовала жажду.

– Входите, Росита.

– Я принесла вам лимонад, сеньора.

– Спасибо.

Каблучки Роситы звонко стучали по выложенному глиняной плиткой полу. Поставив поднос на столик, она наполнила стакан и подала его Тори.

– Вы настоящая красавица, сеньора! Все женщины, которых сюда привозил сеньор Алан, всегда были одеты ярко, словно павлины. Вы первая, у кого хватило ума одеться так, чтобы не умереть от местной жары.

Тори разгладила вырез своей блузки и вспомнила скандал, который устроила Кинкейду, когда он утром принес ей эту одежду. Одежда! Хлопковая блузка, простая юбка и под ними тонкая короткая батистовая сорочка – и все! Она отказывалась надевать этот непристойный наряд до тех пор, пока он не пригрозил, что отнесет ее на берег в ночной рубашке. Тори впервые оказалась без привычных чулок, панталон, корсета и нижних юбок, не говоря уже о сколько-нибудь приличном платье. Это было немыслимо, недостойно ее, но зато – это ей пришлось признать – удобно и не жарко.

Она попробовала лимонад.

– Как вкусно! – искренне похвалила она.

– Благодарю вас, сеньора, – улыбнулась Росита.

– Вы давно здесь живете? – спросила Тори.

– О да, много, много лет. Мои отец и мать присматривали за асиендой, еще, когда хозяином был отец сеньора Алана. Когда я вышла замуж за Фернандо, мы решили остаться здесь. Но с тех пор как умер сеньор Уоррен, многое изменилось. – Росита прижала руки к пышной груди и печально покачала головой. – Вот уж три года прошло, а я все жду, что он приедет на Рождество, никак не могу привыкнуть, что его больше нет.

Уоррен Торнхилл, хороший друг отца Тори, погиб в результате несчастного случая – чистил ружье, а оно выстрелило. Его смерть оплакивали многие – он был в высшей степени достойный человек. Удачливый бизнесмен, он был и хорошим семьянином. Много лет носил траур по рано умершей жене, да так и не женился вторично. Но что странно – Алан был полной противоположностью отцу: его интересовали лишь удовольствия и женщины. «Похоже, Кинкейд недалеко ушел от своего друга», – печально подумала Тори.

– Так приятно видеть вас и сеньора Спенсера семейной парой. Вот только сеньор Алан никак не женится, – грустно вздохнула Росита.

– Он проводит здесь много времени?

– Приезжает раза три-четыре в год. Но каждый раз он привозит с собой новую сеньориту! А ведь уже пора бы остепениться и завести детей!

Тори уставилась в стакан, в голове ее закружились нерадостные мысли: а ведь Спенс тоже, наверное, привозил сюда женщин. Женщин, которые умели доставить ему удовольствие.

– Что с вами, сеньора? – встревожено спросила Росита.

– Все в порядке, – заверила ее Тори.

Да, все хорошо. Вот только она замужем за человеком, который жаждет от нее избавиться, который не колеблясь произнес слова любви лишь для того, чтобы унизить ее. Неужели он думал, что Тори поверит? Не так уж она глупа!

32
{"b":"6364","o":1}