ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Нойер. Вратарь мира
Влюбленный граф
Инженер. Золотые погоны
Право рода
Миры Артёма Каменистого. S-T-I-K-S. Окаянный
Свидетель защиты. Шокирующие доказательства уязвимости наших воспоминаний
Наизнанку. Лондон
Level Up 3. Испытание
Закон охотника

— Я постараюсь побыстрее выпроводить Филиппа, — сказала Лаура, бросив яростный взгляд на улыбающееся лицо Коннора. — А вы постарайтесь избавиться от викинга.

Лаура помедлила в коридоре, перед дверью гостиной на втором этаже, проверяя, не осталось ли на юбке перьев. «Спокойнее», — твердила она себе. Филипп никак не может знать, что она прячет в доме викинга. Никак не может знать? Она сделала глубокий вдох, пытаясь унять ощущение надвигающейся катастрофы.

Филипп, стоявший у окна, обернулся, когда она вошла в комнату. Он был высоким и стройным, его короткие темные волосы были аккуратно зачесаны назад с широкого лба, темно-серый пиджак и брюки в полоску безупречно сидели на нем, он выглядел таким красивым, воспитанным, здравомыслящим, что Лауре захотелось обнять его. Но Филипп, конечно, посчитает такое поведение скандальным, поэтому она только протянула руку в знак приветствия.

— Доброе утро.

— Доброе утро, Лаура, — ответил Филипп, едва прикоснувшись к ее руке. — Как я рад вас видеть!

Лаура смотрела в его темные глаза, когда он прикасался сухими губами к ее пальцам, надеясь увидеть в них хотя бы самую маленькую искорку живого чувства. Ей нужно было почувствовать что-нибудь — все равно что, — лишь бы погасить огонь, зажженный прикосновением Коннора. Но она не ощутила ничего, хотя бы крошечной толики тепла.

— Что-то не в порядке? — спросил Филипп, отпуская ее руку. — Вы хмуритесь.

— Правда? — она выдавила улыбку. — С чего бы? — Вероятно, это не имело никакого отношения к несносному варвару.

— Что это у вас в волосах? — Он снял белое перо с ее кудрей, короной поднимающихся над головой, и поднес его к глазам.

Лаура проглотил комок.

— Похоже на перо.

— Перо. — Филипп нахмурился, глядя на нее так, как будто она была очередным камнем в его коллекции минералов. — Хотя я не понимаю, что оно делает у вас в волосах.

— Наверно, это из подушки. — Лаура

смотрела на жемчужную булавку в аккуратных белых складках его галстука, — проклиная Коннора за то, что ей приходится лгать. — У меня слегка болела голова, поэтому я немного вздремнула после завтрака.

— Надеюсь, сейчас вам лучше. Я думал, что мы могли бы сегодня днем прогуляться в Музей естественной истории. Доктор Холшелл выставляет часть своей коллекции минералов. Насколько я помню, у него есть замечательные образцы малахита.

— О, это чрезвычайно интересно! Но боюсь, сегодня не смогу составить вам компанию. Понимаете… — Она замолчала, увидев, что Филипп смочит мимо нее, и оглянулась через плечо. О Боже милосердный! Она обречена!

В лучах света, струившихся через окна, к ней шагал Коннор. При его виде дыхание замерло в груди Лауры. Он снова надел свои черные штаны, в которые была заправлена белая рубашка ее отца; рукава были закатаны до локтей, открывая сильные, загорелые руки; верхние пуговицы расстегнуты, обнажая золотистую кожу и черные волосы. Этот человек выглядел настоящим пиратом.

Она посмотрела на тетю, которая шла рука об руку с Коннором, как будто гулять в компании викинга из девятого века — самая естественная вещь в мире.

Филипп взял Лауру под руку. Взглянув на него, она обнаружила, что он смотрит на нее, нахмурившись. Затем молодой человек обратил свой мрачный взгляд на Коннора, как будто почуял приближающегося хищника.

— Филипп, как мило, что вы зашли, — сказала Софи, когда они приблизились. — Я хочу познакомить вас со своим кузеном Коннором Пакстоном.

На губах Коннора появилась улыбка, когда он протянул руку для приветствия. Но в его глазах блестел свирепый взгляд льва — безмолвное предупреждение сопернику.

— Добрый день, мистер Гарднер, — поздоровался он, бросив взгляд на руку Филиппа, прикасающуюся к локтю Лауры.

Филипп еще крепче сжал ее руку, затем отпустил.

— Добрый день, мистер Пакстон.

Лаура смотрела, как они обменялись торопливым рукопожатием, и застыли, разглядывая друг друга. Филипп хмурился, Коннор улыбался, если можно было назвать холодный изгиб его полных губ улыбкой.

Филипп почти не уступал в росте Коннору, но в ширине плеч не мог с ним тягаться. Они оба были красивы, но каждый в своем роде. Филипп — бледный и ухоженный, с тонкими чертами лица, человек, предпочитающий тесноту библиотек широким просторам за пределами четырех стен. Коннора же переполняла энергия, его волосы были черными до синевы, кожа потемнела от поцелуев солнца, лицо — сплошные резкие линии и углы. Такого человека не ограничишь четырьмя стенами.

Если Филиппу было что-нибудь нужно, он просил.

Коннор брал без всякого разрешения.

— Лаура не говорила, что у нее гости, — заметил Филипп.

— Я приехал сегодня ночью.

— Понятно. И откуда вы приехали? Лаура почувствовала, как ее кровь превращается в лед, когда Коннор раскрыл рот для ответа. Если он проговорится, они погибли.

— Я прибыл из…

— Корнуэлла, — подсказала Софи, похлопав Коннора по руке. — Он удивил всех нас, явившись нынче ночью.

«Это верно», — подумала Лаура.

— Из Корнуэлла? — Филипп поднял темные брови, разглядывая своего соперника. — У вас довольно странный акцент. Я бы не догадался, что вы из Корнуэлла.

— Я еще с детского возраста много путешествовал, — Коннор бросил на Лауру взгляд, в котором поблескивали озорные искорки. — Мой отец был моряком.

«А кроме того, пиратом и грабителем», — про себя добавила Лаура.

— Понятно… — произнес Филипп, поглаживая свои тонкие усики. — И эти путешествия внушили вам страх к парикмахерам, мистер Пакстон?

— Парикмахерам? — Коннор нахмурился и взглянул на Лауру. — Кто такие эти парикмахеры? Кого он имеет в виду?

Лаура засмеялась, надеясь, что Филипп не расслышит в ее голосе истерических ноток.

— Ох, Коннор, вы такой шутник! Филипп посмотрел на нее и нахмурился. Веселья в нем не было ни капли.

— Понимаете, Коннор был в археологической экспедиции. Боюсь, он иногда забывает о настоящем, когда погружается в прошлое, — стала объяснять Софи, и все взгляды обратились к ней. — Он большой специалист по викингам девятого века. Особенно ирландским.

Лауре оставалось только ошеломленно глядеть на тетю.

— Специалист по викингам? — Филипп насупился, бросив на Коннора надменный взгляд. — И эта любовь к девятому веку заставляет вас ходить в таком странном костюме?

Глаза Коннора прищурились.

— Багаж Коннора задержался, — сказала Софи.

— Ясно. — Филипп смахнул невидимую пылинку с рукава костюма. — Должен сказать, я не понимаю, как можно интересоваться сворой кровожадных варваров.

Лаура поморщилась, про себя желая Филиппу поосторожнее обращаться с кровожадными варварами.

— Викинги — отличные мореходы, — Коннор улыбнулся, но Лаура видела ледяной блеск в его глазах, от которого у нее застыла кровь. Она почти не сомневалась, что он может уложить Филиппа одним ударом. — Едва ли их можно назвать кровожадными варварами.

Филипп поднял брови.

— Вы говорите так, как будто они существуют до сих пор.

— Их дух — жив.

— Но только не в душе цивилизованных людей, — возразил Филипп. В его голосе послышались раздражающие нотки высокомерия.

— Не исключено, что человек многое потерял, пока становился цивилизованным.

— Сильно сомневаюсь, что появление викинга приветствовали бы в бостонском обществе, мистер Пакстон. Мы уже давно оставили обычай решать свои проблемы мечом и боевым топором.

«Спокойно, Филипп», — подумала Лаура. У Коннора есть меч.

— Насколько я припоминаю, люди этого столетия всего несколько лет назад пытались решать свои проблемы мечами и пушками, — Коннор сделал паузу, когда его взгляд встретился с сумрачным взглядом Филиппа. — Кажется, это называлось Гражданской войной.

Филипп громко фыркнул.

— Вы не можете сравнивать благородную борьбу за избавление нашей нации от позора рабства с той резней, которой прославились викинги.

— Я всего лишь хотел заметить, что под лакированной поверхностью цивилизации, — Коннор взглянул на Лауру, — человек за тысячу лет мало изменился.

18
{"b":"6365","o":1}