ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Про деньги, которые не у всех есть
Затонувшие города
Война
Хитмейкеры. Наука популярности в эпоху развлечений
Гридень. Из варяг в греки
Избранная луной
Будда слушает
Чудо любви (сборник)
Три царицы под окном

— Я ждал тебя!

Лаура обернулась при звуке голоса Кон-нора и увидела его посреди водоема, под водопадом. Викинг стоял около блестящих черных скал, окружавших бассейн со сверкающей кристально-чистой водой. На мгновение Лаура замерла, как смертная женщина, встретившая языческого Бога в самом сердце его державы.

Его густые волосы были откинуты со лба, черные вьющиеся пряди падали на спину. На его широких голых плечах поблескивали солнечные лучи, и капли воды на его широкой груди казались золотой россыпью. Когда Коннор взглянул на Лауру, она почувствовала, как тепло солнечных лучей пробудило в ней ощущение, мурашками разбегающееся по коже.

— Иди ко мне! — произнес Коннор, улыбаясь.

Лаура колебалась только мгновение, стараясь отделаться от надоевшего голоса разума, твердящего о приличиях. Приличиям нет места в этом тайном царстве! Она помедлила на берегу пруда, чувствуя босыми ногами холод гладкого черного камня, который не могло согреть даже солнце, заливающее все вокруг своим светом.

Лаура улыбнулась, заметив, что Коннор наблюдает за ней. От его пристального взгляда у нее перехватило дыхание. Он стоял по пояс в воде, совсем голый, закрытый только сверкающей гладью воды.

Лаура сделала глубокий вздох, ощутив сладкий аромат диких цветов и луговой травы, перемешивающийся с водяными брызгами водопада. Она смотрела, как завороженная, не в силах отвести глаз от сильного мужского тела.

— Иди ко мне. — Мокрая рука Коннора прикоснулась к ее лодыжке.

По ее телу разливался жар, лишая ее способности к сопротивлению, делая ее слабой и сильной одновременно. Лауре казалось, что она стояла так целую вечность, раздираемая страхом перед неведомым желанием, которое поднималось внутри нее.

— Иди! — Его рука скользила по ее ноге, длинные пальцы обхватили ее икру. — Я хочу, чтобы ты была рядом со мной.

— Коннор, мы не должны…

— Иди, иди сюда!

Она не находила в себе сил, чтобы отказать ему. Ведь перед ней был Коннор, человек, которого она любила всю жизнь. Она положила руки ему на плечи, почувствовав пальцами его гладкую и мокрую кожу. Он схватил ее за талию, поднял и опустил в пруд. Она скользила вдоль его тела, медленно погружаясь в воду.

Дыхание застыло в груди Лауры при первом прикосновении к его телу. Он был воплощением силы и могущества. Влажный жар его кожи опалял ее. Холодная вода обнимала ее ноги, лизала икры, ляжки, бедра и, наконец, заплескалась у ее пояса, когда ее ноги коснулись гладкого каменистого дна. Лаура покачнулась, и он крепко обхватил ее своими сильными руками.

Водопад гнал в их сторону журчащий поток. Вода обнимала ее, окутывая своим теплом.

— Красавица, — произнес он бархатным баритоном.

— Для тебя. — Ее ладони скользили по его рукам, обхватывая пальцами упругие мышцы. — Я хочу быть красивой для тебя, только для тебя.

— Мне никто в мире не нужен, кроме тебя. Лаура подняла на него сверкающий желанием взгляд.

Он прикоснулся к ее груди сквозь тонкий шелк, зажав сосок между большим и указательным пальцем.

У Лауры перехватило дыхание, она откинула голову. По всему ее телу пробежала сладкая дрожь.

— Я целую вечность ждал, чтобы прикоснуться к тебе.

Где-то глубоко в ее груди зародился стон. Он околдовал ее. Это было все, о чем она могла думать.

Она опустила голову и увидела под поверхностью воды, как из гнезда черных курчавых волос поднимается его плоть, стремясь к ней. Это зрелище пугало ее и захватывало. Можно ли прикоснуться к нему, хотя бы на мгновение?

— Прикоснись ко мне, — прошептал он, обхватив пальцами ее запястье. — Почувствуй, как ты повелеваешь моим телом.

Он прижал ее ладонь к своей поднимающейся плоти, и ее пальцы опалило жаром. Она отдернула руку.

— Прикоснись ко мне, Лаура, — прошептал он, лаская ее щеку. — Познай меня. Пойми, что тебе нечего бояться.

Лаура подняла взгляд и увидела страсть в его синих глазах и озорную улыбку, изогнувшую его губы.

— Я никогда не чувствовала ничего подобного, — прошептала она, обхватывая его плоть рукой.

Коннор стиснул зубы, как будто от сильной боли. Но Лаура понимала, что это наслаждение— наслаждение, проникающее до таких глубин, что его почти невозможно терпеть.

— Я хочу тебя. — Он расстегивал пуговицы ее платья, прикасаясь загорелой рукой к тончайшему шелку. — Всю, от кончиков волос до ступней.

Он хочет ее сердце. Тело. Душу. Она никогда не станет такой, как прежде, если отдастся ему.

Лаура безмолвно смотрела, как он отлепляет шелк от ее кожи, не в силах отвести глаз от его загорелой руки. Солнечные лучи блестели на розовых бутонах, которые распускались и молили его о прикосновении.

Она выгнула спину дугой.

Он опустил голову. Сперва его губы прикоснулись к соску, затем он взял ее грудь в рот. В глубинах ее груди зародился тихий стон, когда он касался кончиком языка чувствительного бугорка.

Она запустила руки в его волосы, черные, как полночь. Мокрые пряди обвивались вокруг ее пальцев. Между ее ног скользила вода, охлаждая ее плоть, которая едва не истекала горючими слезами от желания к нему.

Он отпустил ее грудь, но только для того, чтобы подвергнуть другую той же восхитительной пытке. Лаура прижалась к нему, и его твердая поднимающаяся плоть скользила по ее животу.

Он всегда приходил сюда к ней. Он всегда понимал ее, знал ее лучше, чем любой другой человек. И она хотела познать его так, как женщина только может познать мужчину. Но, однако, ей все же хотелось знать, какую цену придется заплатить за такое восхитительное удовольствие.

— Скажи мне… — Он гладил руками ее волосы, не отводя взгляда от ее глаз. — Скажи мне, что ты — моя, сейчас и навсегда. Навечно.

Глубоко внутри нее проснулся страх. Страх, что он унесет ее из ее мира, от всего, что ей знакомо.

— Пожалуйста… — прошептала она, неожиданно потеряв уверенность в себе.

— Ты боишься. — Он обхватил руками ее за талию, удерживая в своих теплых объятиях. — Скажи мне, что случилось?

— Не знаю… — Она смотрела в его глаза и видела в них обещание вечности. Но это обещание и манило и ужасало ее в одно и то же время.

Он вздохнул и медленно выпустил воздух из легких, окатывая ее влажное лицо жаром. Если он будет настаивать, то она уступит ему и отдаст все, что у нее есть. Она знала это. И он тоже — она читала это в его глазах.

Коннор отступил, освобождая ее из одурманивающих объятий.

— Давай поплаваем. Холодная вода способна творить чудеса.

Глава 11

Коннор был уверен, что Лаура не одобрит его вылазки, но не такой он человек, чтобы добровольно согласиться на заточение в комнате, особенно после того сна, который посетил их обоих в предыдущую ночь. Он проснулся, чувствуя напряжение мышц. Комок желания, сжавшийся в его чреслах, отдавался глухими толчками во всем теле, когда он представлял себе, как Лаура лежит одна в постели — так близко от него, что он ощущал ее дыхание.

Он сделал глубокий вдох и отправился в сторону, противоположную ее комнате. Та Лаура которая приходила во сне, была нежной и податливой, но эта бостонская Лаура могла заморозить человека своим взглядом. Все, что ему нужно, — немного времени. Так он уверял себя. Немного времени, чтобы растопить лед.

Пока он спускался по черной лестнице, с первого этажа долетал запах свежеиспеченных рулетов с корицей и сваренного кофе, дразня его обоняние. Коннор шел на восхитительный аромат и, оказался в кухне.

Лучи яркого зимнего солнца проникали сквозь окна, отражаясь в медных чайниках, подвешенных на фигурных железных крючьях над столом, заливая помещение золотистым светом. Рядом с большим дубовым столом, занимавшим центр кухни, стояла Фиона. Она заправляла салфетку за воротник темноволосой девочки лет шести-семи, сидевшей за столом.

— Доброе утро, — произнес Коннор, улыбнувшись Фионе.

— И вам доброе утро, сэр. Ох, а вы сегодня выглядите прекрасно!

— Вы тоже выглядите прекрасно, Фиона. Фиона хихикнула, и ее щеки залил румянец.

24
{"b":"6365","o":1}