ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Нужно… разжечь огонь, — смог произнести он и бессильно повис у нее на плече.

Джордана медленно опустила Брига на пол. Теперь, находясь в беспамятстве, он бормотал лишь отдельные слова, обрывки фраз, мелькавших в его затуманенном сознании.

Джордане очень хотелось лечь с ним рядом, забыть обо всем, не шевелиться, ничего не делать, ни о чем не думать. Но она не привыкла сдаваться без борьбы.

Уложив Брига поудобнее перед очагом, Джордана онемевшими от холода пальцами размотала свой шерстяной шарф. Она перетянула им Бригу раненую ногу — не настолько туго, чтобы лишить ее притока крови, но вполне достаточно для того, чтобы остановить кровотечение.

Ей мучительно хотелось отдохнуть, но она вспомнила его слова, произнесенные до того, как он впал в беспамятство.

Рядом с очагом была сложена небольшая поленница дров, и Джордана сунула несколько поленьев в черное от копоти чрево печурки Сейчас ее беспокоило одно: дров было маловато для того, чтобы поддерживать огонь всю ночь.

Положив на поленья немного щепы для растопки, Джордана сунула руку в карман и достала непромокаемые туристические спички Ее так трясло от холода, что зажечь спичку довольно долго не удавалось. Когда же в темноте хижины затеплился слабый огонек, это показалось ей чудом. Некоторое время пламя довольно равнодушно лизало кучку щепы, но потом занялась сухая кора, и вскоре живительное тепло коснулось ее пальцев.

Только после того, как пламя наконец разгорелось основательно и стало потрескивать, Джордана распрямилась. Хотя ее тело от усталости и холода казалось деревянным, времени греться у очага и сушить одежду не было: следовало срочно обработать рану Брига, а перед этим собрать как можно больше дров.

Джордана сложила у очага все поленья и щепки, которые нашлись в хижине, после чего окинула взглядом скудную обстановку. Кроме колченогого стола, здесь имелся еще и сколоченный на скорую руку стул. От времени он совсем рассохся, и Джордане не составило труда разобрать его на части, пополнив тем самым запас топлива.

Ее зубы к тому времени давно уже выбивали чечетку, но она не хотела останавливаться. Джордана знала: стоит перестать заниматься делом, и она вряд ли найдет в себе силы, чтобы подняться снова.

Отмахиваясь от висевшей повсюду паутины, Джордана осмотрелась. Ее взгляд упал на грубые деревянные полки, кое-как державшиеся на стене с помощью подпорок. Вооружившись ножкой от стула, она принялась сбивать полки со стены. Пискнула в панике мышка и, пробежав у ее ног, юркнула в норку А Джордана все колотила и колотила по этим злополучным полкам, пока они наконец с грохотом не обрушились на пол.

Она замерла на мгновение, почувствовав, что по ноге у нее кто-то ползет, сняла паука и отбросила его с брезгливой гримасой.

Когда все, годившееся в хижине на дрова, было перенесено поближе к огню, Джордана пришла к выводу, что до утра топлива должно хватить. В случае необходимости можно было еще разобрать топчан, доски которого стягивали веревочные петли.

Бриг неожиданно заворочался на полу, и Джордана стряхнула с себя оцепенение. У нее не было с собой ничего дезинфицирующего, но хотя бы перевязать рану было необходимо Джордана подумала, что без горячей воды ей не обойтись, нашла в углу железный котелок и вышла из хижины.

При тусклом свете догоравшего дня Джордана сделала попытку почистить котелок изнутри гравием и песком.

Снова она стояла под открытым небом, продуваемая всеми ветрами, содрогаясь от холода. Если бы ей сейчас сказали, что где-то ярко светит солнце и зеленеет трава, она бы не поверила. Протерев котелок, Джордана плотно набила его снегом, внесла в хижину и поставила у огня.

Жар, исходивший от очага, покалывал кожу словно тысячей тонких иголок. Не в силах подняться, Джордана подползла к Бригу. Снег, покрывавший его волосы и ресницы, растаял; лицо побледнело и осунулось, резче обозначились скулы. Вся одежда Брига промокла насквозь.

Джордана понимала: для того чтобы не простудиться, им обоим нужно раздеться, вытереться насухо и просушить одежду.

Сняв мокрые перчатки, Джордана протянула к огню онемевшие от холода руки. Когда к пальцам вернулась чувствительность, она начала раздевать Брига. Это оказалось сложным делом — пальцы плохо слушались, едва справляясь с пуговицами, а бесчувственное тело Брига оказалось очень тяжелым.

Затем Джордана растерла ему грудь и плечи, пытаясь восстановить нормальную циркуляцию крови. Когда кожа Брига порозовела, девушка решила, что надо снять с него брюки. Джордана со всей возможной осторожностью начала стягивать джинсы, стараясь не задевать кровоточившей раны на бедре. Тем не менее боль была, очевидно, настолько острой, что Бриг временами стонал, а Джордана в отчаянии кусала губы.

В сущности, Джордана была даже рада, что Бриг без сознания, поскольку догадывалась, какую боль сейчас ему причинит. Ткань отделилась от раны вместе с коркой запекшейся крови, и девушке с трудом удалось остановить кровотечение. Несмотря на то, что крови было много, Джордана смогла разглядеть входное и выходное отверстия. Хоть в этом повезло — не надо было извлекать пулю.

К этому времени закипела вода в котелке. Прежде чем обработать рану, Джордана тщательно растерла Бригу ноги. На краткий миг ее вдруг охватило легкое возбуждение от того, что сильное, красивое тело Брига находилось в полной ее власти. Отвернувшись от волновавшей ее обнаженной плоти Брига, она ножом отрезала от его флане; левой рубашки рукава и погрузила их в кипящую воду.

Все это время Джордана не переставала сотрясаться от дрожи, ощущая леденящие прикосновения своей собственной насквозь промокшей одежды. Поняв, что так ни за что не согреется, она поспешно разделась до белья, а потом, поколебавшись немного, сняла с себя и всю остальную одежду Подбросив дров в огонь, Джордана направилась к столу, перевернула его кверху ножками и придвинула к очагу. Потом она срезала веревки, соединявшие доски топчана, и привязала конец одной из них к крюку в стенке очага, а другой — к ножке стола. На этой импровизированной бельевой веревке она и развесила для просушки одежду. Теперь ей ничто не мешало заняться раной Брига.

Джордана промыла рану, положила на нее отжатую, еще горячую, фланель. Поискав глазами, чем бы ей закрепить повязку, и не обнаружив ничего подходящего, она оторвала полоску ткани от своей майки и с ее помощью закрепила кусок фланели.

Больше никакой работы не было, и она присела возле Брига, опершись на теплые камни печурки. Джордана отчаянно боролась со сном. Однако она была так измучена, что наверняка задремала бы, если бы не холод стоило закрыть глаза, как та сторона тела, которая была повернута от огня, начинала замерзать Поэтому она постоянно меняла положение. Кроме того, ей приходилось подкладывать в огонь дрова. Она двигалась в полусне, словно робот, почти не сознавая, что делает, движимая одной-единственной мыслью — огонь не должен погаснуть.

За дверью тем временем сгустилась ночь Снег продолжал покрывать окрестности белым покрывалом, а ветер все так же завывал, заметая одинокую хижину в горах. Огонь уютно потрескивал, а в нарах скреблись неугомонные грызуны Впрочем, Джордана так устала, что ничего этого не слышала.

Бриг очнулся и попытался принять более удобное положение. В следующую секунду его тело пронзила острая боль, и он окончательно вернулся к действительности. Некоторое время он бессмысленно смотрел прямо перед собой, но постепенно в призрачном свете очага разглядел стены хижины и какие-то тряпки, висевшие на веревке.

Сразу же вслед за этим он инстинктивно протянул руку к бедру, и его пальцы наткнулись на повязку, кое-как примотанную к ране. Бриг осознал, что лежит совершенно обнаженный, и, повернув голову, посмотрел в направлении источника тепла и света.

Посмотрел и замер при виде прекрасного обнаженного женского тела. Женщина стояла спиной к нему. Свет очага вырывал из темноты ее скульптурные формы и окрашивал их в золотистый цвет. Каждая линия этой изящной фигуры была совершенна — длинные стройные ноги, тонкая талия, округлые бедра и горделиво развернутые плечи. Волосы цвета темной меди струились по спине, вспыхивая в отблесках пламени рыжими искорками.

77
{"b":"6367","o":1}