ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

В воскресенье, в полдень, снова позвонил Паркер. Ханна убивал время в баре «Куортер Дек».

– Слушаю, – устало сказал он.

– Все в порядке, шеф, экипаж выспался. Мы готовы лететь.

– Отлично, – сказал Ханна.

Он бросил взгляд на часы. Восемь часов полета плюс четыре часа разницы во времени… Если Алан Митчелл согласится работать ночью, то Ханна получит результаты в понедельник, когда на Саншайне будет время завтрака.

– Так теперь вы взлетаете? – на всякий случай уточнил он.

– Видите ли, не совсем, – ответил Паркер. – Понимаете, если мы взлетим сейчас, то мы совершим посадку в Хитроу после часу ночи. А это запрещено. Из-за шума, кажется.

– Что же вы собираетесь делать, черт возьми?

– Видите ли, обычно рейс на Лондон отправляется отсюда в начале седьмого вечера и прибывает в Хитроу в начале восьмого утра. Ну, они решили следовать этому расписанию.

– Но это значит, что два лайнера поднимутся в воздух одновременно, – заметил Ханна.

– Да, шеф. Но не волнуйтесь, оба будут полны, так что авиакомпания не понесет убытки.

– Спасибо и на этом, – рявкнул Ханна и бросил трубку.

Двадцать четыре часа, не мог он успокоиться, целых двадцать четыре часа пошли прахом. В этой жизни бесполезно бороться с тремя вещами: смертью, налогами и авиакомпаниями. По ступенькам отеля поднимался Диллон в сопровождении крепких на вид молодых людей. Наверное, тоже из его чертова Министерства иностранных дел, зло подумал Ханна. Настроение у него было отвратительным. На другой стороне площади из церкви после утреннего богослужения высыпала паства мистера Куинса: мужчины в отутюженных черных костюмах, женщины в ярких, как оперение тропических птиц, платьях, в белых перчатках, и в соломенных шляпках, с которых свисали восковые плоды. В руках они несли молитвенники. Почти обычное воскресное утро на Саншайне.

В родных графствах Великобритании воскресенье оказалось не таким мирным. В Чекерсе, загородной резиденции премьер-министров Великобритании, занимающей тысячу двести акров земли Бакингемшира, миссис Тэтчер по обыкновению встала очень рано и до завтрака, который она должна была провести в компании Дениса Тэтчера перед весело потрескивающими в камине поленьями, успела просмотреть содержимое четырех красных вализ с документами государственной важности.

Миссис Тэтчер едва разделалась с бумагами, как в дверь постучали. Вошел Бернард Ингем, пресс-секретарь премьер-министра. Он принес свежий номер «Санди экспресс».

– Возможно, вам это покажется интересным, – сказал он.

– Кто еще хочет со мной разделаться? – весело осведомилась премьер-министр.

– Дело не в этом, – пояснил вечно серьезный йоркширец. – Речь идет об островах в Карибском море.

Миссис Тэтчер прочла большую статью на развороте газеты и нахмурилась. Статья сопровождалась фотографиями: Маркус Джонсон на трибуне в Порт-Плэзансе и он же несколькими годами раньше, снятый через щель между портьерами; его восемь телохранителей на Парламент-сквер в последнюю пятницу и их же портреты из досье полиции Кингстона. Большую часть статьи занимали пространные заявления «высокопоставленного сотрудника Бюро по борьбе с наркотиками» и комиссара Фостера, шефа кингстонской полиции.

– Но это ужасно, – сказала премьер-министр. – Я должна поговорить с Дугласом.

Она тут же направилась в свой кабинет и набрала номер Дугласа Херда, министра ее величества иностранных дел и по делам Содружества.

Министр с семьей находился в своей загородной резиденции Чевенинг в графстве Кент. Он уже просмотрел «Санди таймс», «Обсервер» и «Санди телеграф», но еще не добрался до «Санди экспресс».

– Нет, Маргарет, этой статьи я еще не видел, – сказал он. – Но газета у меня под рукой.

– Я буду ждать вашего звонка, – сказала премьер-министр.

Министр иностранных дел, прежде довольно известный писатель, умел отличить хороший репортаж от плохого. Судя по всему, этот репортаж был основан на чрезвычайно надежных источниках.

– Да, согласен, это ужасно, – если это так. Да, да, Маргарет, утром я сам непременно займусь этим и прикажу Карибскому отделу все проверить.

Но государственные служащие – тоже люди (о чем часто забывают другие), и у них тоже есть жены, дети и дома. За пять дней до Рождества парламент был распущен на каникулы и даже в министерствах многие ушли в отпуска. Все же кто-то должен был остаться в Карибском отделе. Значит, вопрос о назначении нового губернатора – уже в новом году, разумеется, – можно будет кому-то поручить.

Миссис Тэтчер с семьей отправилась на утреннюю службу в Эллсборо. Она вернулась в Чекере вскоре после полудня, а в час села за ленч в компании семьи и нескольких друзей, одним из которых был Бернард Ингем.

Программу «Каунтдаун», начавшуюся в час дня, первым увидел советник премьер-министра по политическим вопросам Чарлз Пауэлл. Ему нравилась эта программа. Там частенько попадались интересные новости международной жизни, что его, как бывшего дипломата, особенно привлекало. Когда Пауэлл прочел заголовки тем сегодняшней программы и среди них – скандал на островах Карибского моря, он нажал кнопку «Запись» на видеомагнитофоне под телевизором.

В два часа миссис Тэтчер поднялась из-за стола – она никогда не видела большого смысла в долгих обедах, это была пустая трата драгоценного времени. Возле столовой ее уже поджидал Чарлз Пауэлл. В кабинете премьер-министра он поставил кассету с только что записанной пленкой. Миссис Тэтчер молча просмотрела репортаж и опять позвонила в Чевенинг.

Мистер Херд, примерный семьянин, только что вернулся домой после долгой прогулки с маленьким сыном и дочерью по полям. Он мечтал о ростбифе, когда раздался телефонный звонок.

– Нет, Маргарет, этого репортажа я тоже не видел, – сказал он.

– У меня есть видеозапись, – сказала премьер-министр. – Это нечто совершенно ужасное. Я немедленно отправляю ее вам. Пожалуйста, просмотрите и сразу же перезвоните мне.

В тот пасмурный декабрьский день курьер на мотоцикле по автомагистрали М25 обогнул Лондон и прибыл в Чевенинг в половине пятого. В 5.15 министр иностранных дел позвонил в Чекере. Его тут же соединили с премьер-министром.

– Я согласен, Маргарет, это совершенно ужасно, – сказал Дуглас Херд.

– Мне кажется, мы должны направить туда нового губернатора, – сказала премьер-министр. – Не в следующем году, а немедленно. Мы должны показать, что мы не сидим сложа руки, Дуглас. Вы понимаете, кто еще увидит все эти репортажи?

Министр иностранных дел хорошо знал, что ее величество с семьей находится в Сандрингеме, но она не отрезана от мировых событий. Королева всегда читала газеты и просматривала телевизионные программы новостей.

– Я тотчас займусь этим, – сказал Херд.

И министр занялся. В Суссексе он поднял из любимого кресла своего постоянного заместителя, который сразу взялся за телефонную трубку. В тот же день в восемь часов вечера выбор пал на сэра Криспиана Раттри, бывшего дипломата и высокого комиссара на Барбадосе. Сэр Криспиан не возражал.

Он согласился в понедельник утром приехать в Министерство иностранных дел, где он получит официальное назначение и пройдет подробный инструктаж. До полудня он вылетит из Хитроу и прибудет в Нассау в понедельник во второй половине дня. Там сэр Криспиан проконсультируется с высоким комиссаром на Багамских островах, проведет в Нассау ночь, а во вторник утром чартерным рейсом отправится на Саншайн, чтобы навести там порядок.

– Это ненадолго, дорогая, – укладывая вещи, успокаивал он леди Раттри. – Пропущу охоту на фазанов, но что ж поделаешь. Похоже, мне придется снять кандидатуры этих двух мошенников и провести выборы с двумя новыми кандидатами. Потом им предоставят независимость, я спущу старый флаг, Лондон направит туда высокого комиссара, островитяне будут заниматься своими делами, а я вернусь домой. Уверен, один-два месяца, не больше. Жаль, что упускаю охоту на фазанов.

* * *
118
{"b":"637","o":1}