ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Свидание напоказ
Мир уже не будет прежним
Сфинкс. Тайна девяти
Карлики смерти
Блуждание во снах
Пленница пиратов
Убийство в переулке Альфонса Фосса
Дневник моей памяти
Менеджмент. Стратегии. HR: Лучшее за 2017 год
A
A

Иногда нужные кусочки вдруг обнаруживаются в совсем другой головоломке, иногда они оказываются вообще неверными, но никогда они не примыкают друг к другу так тесно, так идеально, как в загадочной картинке.

В Сенчери-хаусе, в сердце британской Интеллидженс Сервис, работают эксперты по головоломкам. Они редко отрываются от своих столов, кусочки информации им приносят агенты оперативной службы, а аналитики лишь их собирают и изучают. В конце апреля в Сенчери-хаус поступило два кусочка новой головоломки.

Автором одной из них был ливийский врач, который давал Каддафи лекарство в его шатре. У врача когда-то был сын, которого он очень любил. Сын учился в Англии, он хотел стать инженером. Однажды к нему пришли люди из Мухабарата и сказали, что если он любит своего отца, то ему придется выполнить одно поручение великого вождя. Ему дали взрывное устройство и объяснили, куда он должен его подложить. Устройство взорвалось раньше времени. Отец глубоко спрятал свое горе, принимал соболезнования, но с тех пор всем сердцем возненавидел Каддафи; воспользовавшись своим положением при дворе великого вождя, он стал собирать информацию и передавать ее британцам.

Свое сообщение о том, что он слышал в шатре Каддафи, врач не мог отправить через британское посольство в Триполи, ведь оно находилось под круглосуточным наблюдением. Поэтому сообщение ушло сначала в Каир и лишь через неделю оказалось в Лондоне. Там его сочли настолько важным, что сразу направили на верхний этаж Сенчери-хауса.

– Что он собирается сделать? – переспросил директор, когда ему изложили суть сообщения ливийского врача.

– Очевидно, он безвозмездно предложил ИРА оружие и взрывчатые вещества, – пояснил Тимоти Эдуардз, который только в этом месяце получил повышение, став заместителем директора. – Во всяком случае, такой вывод представляется единственным разумным объяснением подслушанного разговора.

– Каким образом было сделано это предложение?

– По-видимому, через ирландского священника, прилетавшего в Ливию.

– Этот священник нам известен?

– Нет, сэр. Возможно, в конце концов он окажется совсем не священником. Не исключено, что церковный сан был только прикрытием для человека из совета ИРА. Но, судя по всему, предложение исходило от Каддафи.

– Хорошо. Что ж, сначала нужно найти этого таинственного священника. Я поговорю с «ящиком» и выясню, нет ли каких-то данных у них. Если он на севере, пусть им займутся они. Если же он на юге или где-то еще, то искать будем мы.

В спецслужбах «ящиком» или «абонементным ящиком 500» изредка по старой памяти называют MI5, контрразведывательную организацию британских спецслужб, одна из задач которой заключается в борьбе с терроризмом в Северной Ирландии, являющейся частью Великобритании. Разведывательные или иные операции на других территориях, в том числе в Ирландской республике (на «юге»), – это дело Интеллидженс Сервис.

В тот же день за ленчем директор Интеллидженс Сервис встретился со своим коллегой – генеральным директором MI5. На ленче присутствовал еще один человек – председатель британского Объединенного разведывательного комитета, он обычно осуществлял связь между спецслужбами и кабинетом министров. Через два дня одна из операций MI5 принесла еще один кусок головоломки.

За этой информацией никто специально не охотился. Это был просто один из тех счастливых случаев, которые время от времени облегчают нам жизнь. Совсем молодой солдат ИРА, еще подросток, перевозил армалит в багажнике украденной им машины и неожиданно наткнулся на дорожную заставу ольстерской королевской полиции. Подросток растерялся, потом вспомнил о лежавшем в салоне машины карабине, который обеспечил бы ему несколько лет заключения в тюрьме Мейз, и попытался прорваться через заставу.

Его попытка почти увенчалась успехом. Будь он поопытней, он бы, возможно, прорвался. Автомобиль ирландца рванулся вперед, сержант и два констебля едва успели отскочить в сторону, зато четвертый полицейский, стоявший сзади, вскинул карабин и послал вдогонку мчавшейся машине четыре пули. Одна из этих пуль попала подростку в голову.

Он был всего лишь посыльным, мальчиком на побегушках, но совет ИРА решил, что он заслужил похорон со всеми воинскими почестями. Похороны состоялись в той деревушке, где жил подросток, на юге графства Армах. Убитую горем семью утешал президент партии Шин фейн Джерри Адамс. Он попросил их об одолжении. Не позволят ли они служить панихиду не приходскому священнику, а другому, которого они представят как давнего друга семьи? Родители, верные республиканцы, второй сын которых отбывал пожизненное заключение за убийство, согласились не раздумывая. Панихиду отслужил отец Дермот О'Брайен.

Мало кому известно, что в Северной Ирландии похороны члена Ирландской республиканской армии неизменно превращаются в совещание руководителей ИРА. Похоронные церемонии тщательно охраняют «крепкие ребята» из ИРА. Обычно в церемонии участвуют только верные сторонники армии – мужчины, женщины, дети. Во многих деревнях Южного Армаха, Ферманы и Южного Тирона все жители без исключения фанатично преданы ИРА.

Хотя на похоронах часто бывает телевидение, руководителей ИРА окружает настолько плотная толпа, что никому не удается прочесть ни слова по движениям их губ. Под защитой толпы руководители могут вполголоса совещаться, обсуждать планы, принимать решения, обмениваться информацией или готовить предстоящие операции. Для людей, находящихся под неусыпным наблюдением властей, это не всегда просто. Приближение британского солдата или ольстерского полицейского послужило бы сигналом к беспорядкам, а то и к убийству непрошеного гостя, такие случаи бывали не раз. Теперь за похоронами наблюдали только со стороны с помощью камер с телеобъективами, но с ними разговор вполголоса не подслушаешь. Так ИРА использует святость панихиды, чтобы готовить очередные убийства.

Британцы, узнав о тайных совещаниях на панихидах, не отстали от ирландцев в изобретательности. Кто-то однажды сказал, что английский джентльмен обязательно должен знать одно – в каких ситуациях нужно перестать быть джентльменом. Руководствуясь этим принципом, британцы стали устанавливать в гробах подслушивающие устройства.

В ночь перед похоронами в Балликрейне два солдата полка специального назначения британских ВВС в гражданском проникли в зал, где в ожидании церемонии стоял пустой гроб. По ирландским обычаям тело пока еще лежало в гостиной дома родителей убитого. Один из солдат был специалистом в электронике, другой – искусным краснодеревщиком и столяром. За час они спрятали «жучок» в дереве гроба. «Жучку» предстояла недолгая жизнь, потому что до полудня следующего дня он будет погребен под шестью футами земли.

Утром солдаты войск специального назначения тщательно укрылись на склоне холма, возвышавшегося над деревней. С помощью мощного телеобъектива, который напоминал скорее ствол базуки, один из них фотографировал всех участников панихиды, а другой следил за записью всех звуков, которые передавал спрятанный в гробу микрофон. Сначала гроб пронесли по деревне до церкви. Магнитофон записал всю панихиду. Потом гроб вынесли из церкви и понесли к уже вырытой могиле.

Утренний ветерок развевал полы сутаны священника. Он произнес последние слова и бросил горсть земли на опускавшийся в землю гроб. Удар комка земли о крышку гроба был настолько громким, что сидевший у магнитофона солдат вздрогнул. Рядом с еще не засыпанной могилой стояли отец Дермот О'Брайен и второй ирландец, о котором британцам было известно, что он занимает пост заместителя начальника штаба совета ИРА. Опустив головы, они зашептались.

Их шепот записал магнитофон на склоне холма. Оттуда пленка попала в Лерган, потом в аэропорт Олдер-гроув и, наконец, в Лондон. Операция была довольно рядовой, но она принесла бесценную информацию. Отец О'Брайен сообщил совету ИРА все детали предложения полковника Каддафи.

– Ско-о-лько? – двумя днями позднее в Лондоне переспросил сэр Энтони, председатель Объединенного разведывательного комитета.

69
{"b":"637","o":1}