ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Джордж и ледяной спутник
Просветленные видят в темноте. Как превратить поражение в победу
Время злых чудес
Озил. Автобиография
Тайна красного шатра
Между небом и тобой
Книга Джошуа Перла
Бунтарь. За вольную волю!
Как приучить ребенка к здоровой еде: Кулинарное руководство для заботливых родителей

— Понимаете, мне бы не хотелось, чтобы вы напрасно страдали, когда этого можно так легко избежать. Я знаю, что Корд несет за вас определенную ответственность, и не стоит это превратно истолковывать. — На губах Лидии играла самодовольная улыбка, она поднялась со стула и поставила чашку рядом с серебряным кофейником. — Ну что ж, не смею вас больше задерживать. Знаю, как у вас много дел, если понадобится какая-то помощь, пожалуйста, обращайтесь.

— Конечно, — ответила Стейси, пытаясь улыбкой подавить боль в груди; уж к помощи Лидии она прибегнет в последнюю очередь, и совершенно очевидно, что Лидия это прекрасно понимает.

Она мрачно воззрилась на лежавшие перед ней гранки каталога. Она механически перелистывала страницы, в то время как в ушах все еще звучали слова Лидии: «Корд несет за вас определенную ответственность, и не стоит это превратно истолковывать». Ах, если бы это было возможно!

Он всегда вел себя так, как будто она ему в тягость. Удивительно, что он вообще ее замечал.

Стейси машинально начала открывать один за другим ящики огромного дубового письменного стола в поисках оригинала, с которого печатаются каталог. Наконец она обнаружила его в одном из нижних ящиков и приступила к вычитыванию гранок — то был длинный список лошадей американской породы с указанием их родителей и регистрационных номеров. Занятие это было весьма утомительным и требовало полной концентрации внимания, так что ее не отвлекал даже суровый образ Корда, время от времени возникавший перед глазами. Перевернув очередную страницу, Стейси вздрогнула. Перед ней был случайно попавший сюда фирменный бланк, увенчанный надписью: «Линдой, Пирс и Миллс, адвокаты». Слова плясали у нее перед глазами. Объятая ужасом, она взглянула на подпись под письмом — «Картер Миллс-старший»!

Что здесь, в письменном столе Корда, делает письмо мистера Миллса? Неожиданная находка возбудила в Стейси любопытство, и она стала читать.

Письмо было адресовано мистеру Корду Гаррису, ферма «Серкл-Эйч», Макклауд, Техас, и начиналось так:

«Уважаемый мистер Гаррис.

Мисс Стейси Эдамс, дочь одного из моих клиентов, сняла домик, расположенный на Вашей территории. Этим письмом я выхожу за рамки своих полномочий. Я хотел бы обратиться к Вам с просьбой присмотреть за ней.

Мисс Эдамс недавно потеряла отца, который был моим близким другом, и у нее не осталось никого из родственников. Она получила в наследство от отца внушительное состояние, так что она материально обеспечена до конца жизни. К сожалению, она чрезвычайно своенравна. Невзирая на все мои уговоры, она настояла на этой добровольной ссылке, чтобы оправиться от горя. Она обладает упорством и силой воли, однако ее космополитичное воспитание не подготовило ее к суровой жизни западного Техаса, а также к борьбе с теми опасностями, которые подстерегают одинокую девушку на каждом шагу.

Она не сказала, сколько времени пробудет в Ваших краях — ее пребывание там может затянуться на неопределенный срок. Я буду Вам очень признателен, мистер Гаррис, если Вы сумеете убедить ее вернуться домой. Если нет, прошу Вас, возьмите на себя ответственность за ее безопасность. Прилагаю чек, который, как я надеюсь, покроет все причиненные моей просьбой неудобства.

Остаюсь искренне Ваш,

Картер Миллс-старший».

«Нет!» — прошептала Стейси, глядя на росчерк под письмом. Ее припухшие от слез глаза — она частенько плакала в последнее время — сейчас были сухими, как и ее губы: она постепенно осознавала ужасную правду. Письмо объясняло многое. И то, почему Корд воспринял ее в штыки при первой встрече и тут же посоветовал ей вернуться к привычной и безопасной городской жизни. И то, почему он принял в ней такое участие, когда она упала с Диабло, и оставил у себя в доме выздоравливать. А когда она оправилась, случай с Диабло послужил удобным предлогом для того, чтобы ее задержать. Теперь была ясна причина того, почему он так ревностно оберегал ее от ухаживаний одного из погонщиков. Все встало на свои места. С ее приездом он взял на себя роль опекуна, и никаких других мотивов в его поведении не было.

В голове опять эхом отдались слова Лидии: «Корд несет за вас определенную ответственность». О Господи, подумала Стейси, лучше бы он мне сразу об этом сказал. Она все более отчетливо понимала унизительность своего положения. Как он, должно быть, мечтал от нее избавиться! Мучимая стыдом и болью, Стейси встала со стула и начала ходить вокруг письменного стола в поисках хоть какой-нибудь «соломинки», за которую можно было бы ухватиться. Она вышла из дома. Ни одной слезинки не скатилось по ее лицу. Боль была настолько велика, что ее нельзя было облегчить слезами.

Пухлая смуглая рука коснулась руки Стейси.

— С вами все в порядке? — раздался обеспокоенный голос экономки.

Стейси медленно повернула голову и выдавила слабую улыбку.

— Да, Мария, не волнуйтесь. Мне захотелось подышать свежим воздухом, вот и все.

— Вы что-то неважно выглядите, — покачала головой мексиканка и пошла в дом следом за Стейси. — Вам бы надо вздремнуть.

— Не беспокойтесь. Я действительно хорошо себя чувствую. Просто в кабинете было немного душно. — На Стейси снизошло какое-то неестественное спокойствие, вытеснившее боль из ее сознания. Если ей удастся и дальше сохранять такое хладнокровие, она сумеет выдержать всю долгую неделю впереди. При первой же возможности она сообщит Корду, что вернется на Восток, как только пройдет аукцион. Она освободит его от ложного чувства ответственности и избавит от своего присутствия раз и навсегда. С угрюмым видом она спрятала письмо адвоката в нижний ящик стола и принялась механически проверять каталог.

Вечером, когда Стейси спускалась по лестнице, она увидела, что Корд разговаривает в прихожей с Марией. Свеженакрахмаленная голубая рубашка и безупречные стрелки на синих брюках свидетельствовали о том, что он куда-то собирается. Она приблизилась к нему и с видом, преисполненным собственного достоинства, стала ждать окончания разговора.

— Вы что-то хотели мне сказать? — резко прозвучал голос Корда.

— Да, если вы сумеете уделить мне минуту» — решительно ответила Стейси, несмотря на то что сердце — помимо ее воли — готово было выскочить из груди. Он смотрел на ее бледное, изможденное лицо испытующим взглядом.

— Что у вас?

— Я лишь хотела вам сообщить, что возвращаюсь домой сразу по окончании аукциона, — тихо, но твердо произнесла Стейси.

В темных глазах отразилось изумление, взгляд их стал жестким, бровь резко вскинулась.

— Весьма неожиданное заявление, — сказал он и тут же добавил: — Насколько я понимаю, вам не требуется мое разрешение.

— Нет.

— Ясно, — бросил Корд. Исстрадавшаяся Стейси невольно вздрогнула, услышав эту отрывистую, холодную реплику. — Вы и так превзошли мои ожидания — я думал, вы сломаетесь раньше.

На следующий день, когда Стейси проснулась, утреннее солнце стояло уже высоко над горами. Накануне она полночи проплакала, пока наконец не уснула — сон придал ей сил встретить грядущий день. Она механически стянула с себя измятое платье — вчера у нее не было сил раздеться, — приняла душ и спустилась к завтраку. В столовой она посмотрела в окно — видневшиеся вдалеке горы манили ее. Был выходной, и почти все дела откладывались. Стейси решила провести день в горах верхом на лошади. Это был самый лучший способ избежать встречи с Кордом — ей вовсе не хотелось в очередной раз с ним поссориться. Попросив Марию приготовить ей еду в дорогу, она взбежала по лестнице к себе в комнату, чтобы надеть юбку и сапоги для верховой езды.

Через несколько минут она уже выходила из дому, держа в одной руке шляпу, в другой — пакет с едой. В ее походке не было легкости, зато присутствовала твердость. Дойдя до конюшен, она направилась к загону, где находился ее жеребец. При виде Стейси Диабло выбил дробь копытами и стал игриво покусывать ее руку, пока она надевала на него уздечку.

Она махнула рукой Хэнку, проскакавшему мимо. К счастью, ему было некогда остановиться и поболтать. У старика был слишком острый глаз, а она не чувствовала в себе сил для того, чтобы еще раз предстать перед его судом.

29
{"b":"6370","o":1}