ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Официант исчез. Лексингтон полез в заплечный мешок за своим ножом и вилкой из чистого серебра. Это был подарок бабушки Глосспан, он получил его в шесть лет, и с тех пор никаким другим прибором он не пользовался. Ожидая, когда подадут еду, он с любовью протер нож и вилку мягким муслином.

Вскоре вернулся официант с тарелкой, на которой лежал толстый кусок чего-то горячего. Едва блюдо поставили на стол, как Лексингтон тотчас же потянулся к нему, чтобы понюхать. Ноздри его широко расширились, втягивая запах.

– Да это просто божественно! – воскликнул он. – Какой аромат! Грандиозно!

Официант отступил, внимательно глядя на посетителя.

– Никогда в жизни не нюхал ничего более изысканного и восхитительного! – вскричал наш герой, хватаясь за нож и вилку. – Из чего, черт побери, это приготовлено?

Мужчина в коричневой шляпе оглянулся и пристально посмотрел на него, потом снова принялся есть. Официант между тем пятился в сторону кухни.

Лексингтон отрезал маленький кусочек мяса, пронзил его своей серебряной вилкой и поднес к носу, чтобы еще раз понюхать. Затем сунул кусочек в рот и стал медленно жевать, прикрыв глаза и напрягшись.

– Фантастика! – вскричал он. – Совершенно новый вкус!

О Глосспан, моя любимая бабушка, как бы я хотел, чтобы ты была сейчас со мной и попробовала это замечательное блюдо! Официант! Идите сюда скорее! Вы мне нужны!

Изумленный официант смотрел на Лексингтона из другого конца зала и, похоже, приближаться не желал.

– Если вы подойдете и поговорите со мной, я вручу вам подарок, – сказал Лексингтон, размахивая стодолларовой купюрой. – Пожалуйста, подойдите сюда и поговорите со мной.

Официант бочком подошел к столику, выхватил деньги и поднес их близко к лицу, рассматривая купюру. Потом опустил ее в карман.

– Чем могу быть полезен, мой друг? – спросил он.

– Послушайте, – сказал Лексингтон. – Если вы мне скажете, из чего приготовлено это восхитительное блюдо, я дам вам еще сотню.

– Я уже сказал вам, – ответил тот. – Это свинина.

– А что такое свинина?

– Вы что, никогда не ели жареную свинину? – спросил официант, уставившись на него.

– Ради бога, приятель, не держите меня в напряжении.

– Это свинья, – сказал официант.

– Свинья!

– Свинина и есть свинья. Вы разве не знали?

– Вы хотите сказать, что это свиное мясо?

– В этом я ручаюсь.

– Но... но... этого не может быть, – запинаясь, проговорил юноша. – Бабушка Глосспан, которая знала о еде лучше всех на свете, говорила, что любое мясо отвратительно, омерзительно, ужасно, противно, тошнотворно и гадко. Однако кусок, который лежит тут у меня на тарелке, без сомнения, самая вкусная вещь, которую я когда-либо пробовал. Так как же вы это объясните? Бабушка Глосспан наверняка не стала бы мне врать.

– Может, ваша бабушка не знала, как готовить свинину.

– А как?

– Со свининой нужно осмотрительно обращаться, иначе ее нельзя есть.

– Эврика! – вскричал Лексингтон. – Клянусь, именно так и было! Она неправильно ее готовила! – Он протянул официанту еще одну сотенную бумажку. – Сведите меня на кухню и познакомьте с тем гением, который приготовил это мясо.

Лексингтона немедленно проводили на кухню, и там он встретился с поваром – пожилым мужчиной с сыпью на шее.

– Это будет стоить вам еще одну сотню, – сказал официант.

Лексингтон был только рад исполнить такую просьбу, однако на сей раз деньги пришлось отдать повару.

– Теперь выслушайте меня, – сказал юноша, – должен признаться, то, что мне сейчас говорил официант, меня несколько сбило с толку. Вы вполне уверены, что восхитительное блюдо, которое я только что ел, приготовлено из мяса свиньи?

Повар поднял свою правую руку и принялся почесывать сыпь на шее.

– Хм, – произнес он, поглядывая на официанта и хитро ему подмигивая, – могу лишь сказать, я надеюсь, что это мясо свиньи.

– То есть вы не уверены?

– Никогда нельзя быть ни в чем уверенным.

– Тогда что же это могло быть?

– Хм, – произнес повар, по-прежнему глядя на официанта и медленно произнося слова. – Может быть, и так, знаете ли, что это был кусочек человечины.

– То есть мужчины?

– Да.

– Господи помилуй.

– Или женщины. На вкус они одинаковые.

– Вы меня просто удивляете, – заявил юноша.

– Век живи – век учись.

– Вот уж верно.

– По правде, в последнее время мы его много получали от мясника вместо свинины, – заявил повар.

– Вот как?

– Вся беда в том, что свинину и человечину невозможно отличить друг от друга. Обе хороши.

– То, что я только что съел, было просто великолепно.

– Рад, что вам понравилось, – сказал повар. – Но если быть до конца честным, я думаю, это скорее свинья. Почти уверен.

– Уверены?

– Да.

– В таком случае мы должны допустить, что вы правы, – сказал Лексингтон. – А теперь расскажите, пожалуйста, – и вот вам еще сто долларов за хлопоты, расскажите, пожалуйста, подробно, как вы ее приготовили.

Спрятав деньги, повар пустился в красочное описание того, как следует жарить филейную часть свинины, а юноша, не желая пропустить ни единого слова из столь замечательного рецепта, уселся за кухонный стол и записал каждую подробность в свою записную книжку.

– Это все? – спросил он, когда повар закончил.

– Все.

– Но наверняка есть что-то еще?

– Для начала нужно иметь хороший кусок мяса, – сказал повар. – Это уже полдела. Боров должен быть упитанный, и разделать его надо правильно, иначе, как ни готовь, выйдет скверно.

– Покажите, как это делается, – сказал Лексингтон. – Разделайте свинью прямо сейчас, чтобы я научился.

– Мы не разделываем свиней на кухне, – сказал повар. – То мясо, что вы сейчас ели, поступило с завода в Бронксе.

– Так дайте же мне адрес!

Повар дал ему адрес, и наш герой, многократно поблагодарив их обоих за любезность, выбежал на улицу, вскочил в такси и направился в Бронкс.

8

Вокруг четырехэтажного здания мясокомбината стоял сладкий и тяжелый запах, точно пахло мускусом. У главных ворот висело объявление: "Добро пожаловать в любое время", и воодушевленный Лексингтон прошел через ворота и оказался в мощенном булыжником дворе. Затем он двинулся дальше, придерживаясь указателя "Экскурсии с гидом", и наконец приблизился к сараю из рифленого железа, в стороне от главного здания, с вывеской "Комната ожидания посетителей". Вежливо постучав в дверь, он вошел внутрь.

В комнате ожидания уже сидели шесть человек. Там была толстая мама с мальчиками лет девяти и одиннадцати, молодая пара с блестящими глазами, похоже, отмечающая медовый месяц, и еще бледная женщина в длинных белых перчатках. Она сидела в напряженной позе и, сложив руки на коленях, глядела прямо перед собой. Никто не произносил ни слова. Уж не пишут ли и они, подобно ему, поваренные книги, подумал Лексингтон, но, когда он громко спросил их об этом, ответа не получил. Взрослые лишь загадочно улыбнулись про себя и покачали головами, а двое детей уставились на него, точно увидели сумасшедшего.

Вскоре дверь открылась. В комнату просунул голову какой-то человек с веселым розовым лицом и сказал:

– Следующий, пожалуйста.

Поднялась мать с мальчиками и вышла.

Минут через десять тот же человек возвратился.

– Следующий, пожалуйста, – снова произнес он.

Вскочила пара, у которой был медовый месяц, и последовала за ним.

Вошли новые посетители и сели – муж среднего возраста и среднего возраста жена. У жены была плетеная корзинка с продуктами.

– Следующий, пожалуйста, – сказал гид.

Поднялась женщина в длинных белых перчатках.

Вошли еще несколько человек и расселись на стульях с жесткими спинками.

Скоро гид вернулся в третий раз, и теперь наступил черед Лексингтона.

– Следуйте за мной, пожалуйста, – сказал гид, ведя юношу через двор к главному зданию.

143
{"b":"6374","o":1}