ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Блевать, стоя на кренящейся скользкой палубе среди потоков воды, под штормовым ветром и в кромешной тьме, оказалось очень непросто. Офицеры возвращались бледные и мокрые, похожие в неярком свете ламп на оживших утопленников, а некоторым из них привиделось чёрте что. Так, старший лейтенант Гуров позднее утверждал, что разглядел среди волн малое судно, похожее на мотобот. Зверев, который оказался устойчив к морской болезни и суевериям, всячески насмехался над очевидцем мистического явления и намекал на то, что пора бы товарищу старшему лейтенанту на покой. Однако Мазур отнесся к показаниям сослуживца с пониманием. И вечером следующего дня, когда офицеры батальона «Икс» расселись у стола, собранного на скорую руку в деревне Змеевка, сказал тихо Гурову: «Поздравляю. Если ты действительно видел мотобот, считай, на ту сторону сходил и живым вернулся. Причастился, короче. Теперь двести лет жить будешь…» В голосе Мазура старшему лейтенанту послышалась зависть…

Буря продолжалась два часа. А потом ветер начал стихать, и над Ладогой снова воцарился штиль.

К точке высадки подошли в три часа пополудни. Берег здесь был низкий, но и дно близкое – пришлось сапёрам Рокотова наводить импровизированную переправу из надувных понтонов с деревянным настилом, но к этому они были готовы и справились за полчаса. Машины сошли на берег, после чего Мазур связался с капитаном буксира и, поблагодарив его за сделанную работу, дал разрешение отчаливать. Буксир весело потянул за собой опустевшую баржу и скоро скрылся за горизонтом.

Водители сели в кабины, и колонна, ориентируясь по замаскированным в кронах деревьев транспондерам, двинулась вдоль побережья Ладожского озера. В качестве устройства для считывания информации с пассивных маяков и для позиционирования на местности использовался модифицированный умельцами Верлинова комплект инерциальной навигационно-топогеодезической аппаратуры «Румб». Следуя его указаниям, колонна вышла к ранее намеченной просеке. Здесь её скорость резко упала, автобус и машины часто останавливались, а водители даже вылезали покурить и потрепаться. Дело в том, что просека была совершенно не предназначена для движения по ней большегрузного транспорта – взводу сапёров приходилось по месту расширять её, а после прохождения очередного участка возвращаться назад, чтобы замаскировать следы своей деятельности. Из-за всех этих остановок пятнадцатикилометровый путь через заросший лесом перешеек отнял оставшуюся половину дня и часть ночи – в деревню Змеевка отряд входил уже под звёздами.

Первый этап новой операции батальона «Икс» был успешно завершён. Однако многое из намеченного ещё только предстояло сделать…

4.

Интересы заказчика на первом «полевом» совещании штаба представлял Владимир Карташов, командир отряда спецназа из Алонца. Специально за Карташовым в Алонец съездил капитан Виноградов, «легенда» которого (бизнесмен Ивановский, один из владельцев сети магазинов и баз проката «Охота-рыбалка») позволяла свободно перемещаться по республике, выезжать за её границы и возвращаться обратно, не привлекая внимания силовых структур Биармии.

– Удивляюсь, – признался Карташов, выбираясь из джипа бизнесмена Ивановского и оглядываясь вокруг. – В Змеевку ведут всего две приличные дороги. На этих дорогах, с той стороны границы, есть мои посты, но вас они не видели. Как вам это удалось?

– Это наша военная хитрость, – ответил Звягин, пожимая Карташову руку. – Надеюсь, наше появление здесь станет такой же неожиданностью для биармов, как и для вас.

– «Будь исключительно тонким, вплоть до отсутствия формы, – процитировал Виноградов. – Будь исключительно тайным, вплоть до отсутствия звука. И тогда ты сможешь управлять судьбой твоих врагов…»

– Что это такое? – полюбопытствовал Карташов.

– Так говорил великий учитель Сунь-цзы, – объяснил Виноградов, для которого изучение истории военного искусства давно превратилось из обязанности в хобби. – Поясняя эту мысль, выдающийся китайский прозаик Мэй Яочэнь писал: «Бесформенность означает пребывание в таком тонком и невидимом состоянии, что никто не сможет шпионить за тобой. Беззвучность означает такую быстроту передвижений, что никто не успевает заметить тебя…»

– Вижу вашу подкованность, – кивнул Карташов. – Но теория – это теория, а практика – это практика.

– Пойдёмте, товарищ майор, – поманил за собой Звягин, – я покажу вам, что мы умеем на практике.

Штаб развернули в самом большом двухэтажном доме Змеевки, принадлежавшем некогда то ли местному «кулаку», то ли, наоборот, председателю разорившегося колхоза. Штабной «икарус» подкатили непосредственно к дому, протянули через окно кабели, и теперь вокруг кипела работа: взвод Верлинова и взвод Рокотова возводили вокруг автобуса дощатую «времянку», должную скрыть его от посторонних глаз. Карташов приостановился, наблюдая за копошением загорелых людей в камуфляжных штанах и тельняшках.

– Не слишком ли вы усердствуете с маскировкой? – спросил он.

– С маскировкой невозможно переусердствовать, – отозвался Звягин невозмутимо. – Мы живём в такое время, когда спрятать что-либо очень трудно. И в то же время это – единственный способ победить. Наступает эпоха спрятанных армий и тайных войн. Пора бы это понять и учиться воевать по новым правилам.

Карташова на это заявление скептически хмыкнул:

– А по мне, так это лишняя трата времени и сил. По биармам следует нанести один мощный удар – чтобы отучить их зариться на чужое. А для этого маскировка не нужна – биармы просто не успеют отреагировать, а дело уже сделано.

– Почему же вы до сих пор не нанесли этот удар? – вежливо поинтересовался капитан Виноградов, у которого на языке вертелся совсем другой вопрос.

– У меня недостаточно сил, – честно сказал Карташов. – К тому же, мы люди подневольные и акции такого рода можем проводить только по указанию сверху…

Беседуя так, трое офицеров приблизились к дому и, миновав открытую веранду, вошли внутрь. В доме царил полумрак, поскольку никто и не подумал снять ставни, а всё освещение состояло из пары настольных светильников и мерцающих экранов компьютеров. За одной из машин расположились начштаба Александр Бояров и старший лейтенант Лев Гуров, отвечавший за систематизацию и анализ поступающей информации.

– Товарищи офицеры! – произнёс Виноградов, и когда начштаба и старлей-аналитик поднялись, чтобы поприветствовать своего командира, представил: – Майор Карташов из Алонца. Представляет интересы заказчика.

– Здравия желаю, товарищ майор, – сказал Бояров и тут же спросил: – Смотреть планы будем?

– Для этого я сюда и приехал.

– Тогда садитесь.

Когда все расселись за длинным столом, Бояров отошёл к дальней стене и включил подсветку у большой карты, охватывающей практически всю Биармскую республику плюс примыкающие к ней российские территории.

– Это, так сказать, наш оперативный дисплей, – пояснил Бояров. – Пока нам мало что известно о дислокации сил противника, а потому он содержит только самую общую информацию. Вот здесь и здесь голубыми флажками отмечены штаб и клубные помещения Сил самообороны Биармии, а здесь – головной офис «Спортсменов Биармии». Здесь красным флажками помечены наши опорные пункты в Белогороде. Дисплей позволяет следить за развитием ситуации в реальном времени и наглядно просчитывать варианты. Покажи, Лев…

Гуров послушно застучал по клавишам компьютера, засветились светодиоды на контрольной панели лазерного проектора, на карте появились синие линии и стрелки, означающие, видимо, перемещения «сил противника» – стрелки потянулись к мосту, однако наперерез им устремились красные линии, и в какой-то момент они пришли в соприкосновение, после чего виртуальная картинка застыла.

– Наглядно, – сказал Карташов. – Но как вы планируете собирать информацию о местоположении своих и вражеских сил?

– Для определения местоположения своих сил мы давно используем обычную радиотелефонную УКВ-связь дециметрового диапазона в комплекте с приёмниками системы глобального позиционирования. Для наблюдения за противником в ключевых пунктах будут установлены портативные видеокамеры с выходом в Интернет.

22
{"b":"639","o":1}